Я снова не бог. Книга XXXVIII (СИ) - Дрейк Сириус

Директор приподнял бровь. Посмотрел на Валеру, который как раз доел все семечки, скомкал пакет и бросил на землю. Замечание ему никто не сделал.

— Разумеется, — Горький кивнул. — Прошу в мой кабинет.

Кабинет директора КИИМа.

Мы вошли в большой кабинет с высокими потолками, заставленный книгами, свитками и какими-то приборами, назначение которых я не понимал. На стене портрет Петра Петровича Романова. На столе три кружки с недопитым кофе разной степени остывания. Кажется, у Алексея Максимовича была такая привычка: наливать новую кружку, не допив старую.

Горький сел за стол, положил тросточку и посмотрел на нас.

— Итак, — произнес он, сцепив пальцы. — Судя по тому, что с вами Валерий, дело серьезное.

— Серьезнее некуда, — я сел напротив. Валера — рядом, стул под ним жалобно скрипнул. — Алексей Максимович, что вам известно о пятом Южном Поясе?

Горький чуть откинулся назад.

— Пятый Южный Пояс метеоритов. Один из пяти поясов. Расположен около Антарктиды. Считается наименее изученным, потому что до него сложно добраться, к тому же все те, кто добирался туда, обычно не возвращались. — Он помолчал. — Называют пятым, потому что по счету он последний относительно нас и находится южнее всего. Это все что я знаю. Больше знал только Конюхов.

— Боюсь, его уже не спросить. А Старостелецкий изучил образование снега в нашем поясе?

— Старостелецкий зафиксировал аномальные энергетические колебания. Низкочастотные, регулярные, как пульс. Он пока не может определить источник, но говорит, что частота совпадает с некоторыми характеристиками портальных метеоритов с Северного пояса.

— Совпадает с моими данными, — вставила Лора, стоя за моим плечом и делая пометки в невидимом блокноте.

— Валера нашел там кое-что, — сказал я и кивнул в сторону моего спутника.

Горький перевел взгляд.

— Два дня назад я был в Дикой Зоне, — начал Валера, и его голос стал непривычно серьезным. — Примерно в сорока километрах от границы Зоны я обнаружил скопление метеоритов. Не обычных, а портальных. Они выстроились в ровную линию, как будто кто-то их расставил. Расстояние между ними было идентичное — двести метров друг от друга. Семнадцать штук.

Горький молчал. Его синие глаза стали чуть темнее — я заметил это, потому что видел такое раньше. Когда директор напрягался, его магическая аура менялась, и глаза реагировали первыми.

— Расставил… — повторил он.

— Именно, — кивнул Валера. — Раньше такого не было. Метеориты падают хаотично. А тут — идеальная линия. Как мост.

— Мост куда?

— Вот это мы и хотим выяснить, — сказал я. — Сегодня мы с Валерой идем туда. Но перед этим я хотел предупредить вас. Если то, что мы там найдем, окажется тем, о чем я думаю…

— Даже не знаю, чем Я, могу помочь ВАМ, — сказал Горький.

— Помогать нам не надо, — возразил Валера. — Неужели вы думаете, что мы какие-то слабаки? Будьте готовы изучить то, что мы принесем.

Горький улыбнулся, встал и подошел к окну.

— Я буду ждать ваших данных. — Он повернулся. — Как только у вас будет что-то конкретное, свяжитесь со мной немедленно. Старостелецкий подготовит оборудование для анализа. Ермакова, если она не занята, может помочь с технической частью. — Он помолчал. — И, Михаил… Будьте осторожны. У нас и без того хватает проблем.

— У нас всегда хватает проблем, — усмехнулся я.

Горький позволил себе легкую улыбку.

— Тоже верно.

Повисла короткая пауза. И тут Валера подал голос:

— Леха, — он встал и расправил плечи. Стул под ним облегченно выдохнул. — У меня к тебе предложение.

Горький посмотрел на него с легким недоумением.

— Слушаю.

— Давай сразимся?

Тишина.

Горький моргнул. Это было настолько неожиданно, что даже его бездонные глаза, кажется, на секунду приобрели нормальный человеческий вид — удивленный.

— Простите?

— Ну, подеремся! — Валера развел руками, как будто объяснял очевидное. — Так, по-дружески. Без увечий. Я давно хотел проверить, насколько ты крепок, директор. Про тебя говорят, что одним взглядом ты можешь придавить целую комнату. Вот и давай проверим. Давай, мужик, я же чувствую твою силу!

— Валера… — я попытался вмешаться.

— Тихо! — оскалился он. — Взрослые разговаривают.

— Вы уверены? — наклонил голову директор, и я почувствовал огромную давящую силу. Пространство как будто стало плотнее. Стены задрожали, а мебель начала скрипеть.

— А почему бы и нет? — продолжал улыбаться Валера, даже не шелохнувшись. В то время, как я, честно признаться, прилагал не дюжие усилия.

Горький некоторое время молча смотрел на Валеру. И наконец произнес с той самой дипломатичной мягкостью, которая отличала его от всех остальных людей, которых я знал:

— Валерий… Могу я вас так называть? — и давление моментально пропало.

— Можешь просто Валера.

— Валера, — Горький положил руки на стол и слегка наклонился вперед. — Я ценю ваше предложение. Искренне. Но, видите ли, я прекрасно знаю, насколько вы сильны. Мне хватило одного раза, когда вы спасали мой институт. И это вы, по вашим словам, сдерживались. Я не выстою, даже если буду сражаться в полную силу, а вы на треть.

— Ну, это да… — Валера скромно кивнул.

— Так вот, — Горький выпрямился. — Мне стоило огромных усилий восстановить все это. И я бы не хотел повторять процесс. Поэтому, с вашего позволения, я дипломатично откажусь. Не потому что боюсь, а потому что я реалист. Мне, конечно, будет о чем рассказать внукам, но им негде будет учиться, если мы тут устроим поединок.

— Ну, я мог бы сдерживаться… — начал Валера.

— Погодите оба, — перебил я. — Вы же не серьезно?

— Ну… — почесал затылок Валера и подмигнул директору.

— Конечно, Михаил, не серьезно, — подмигнул он Валере в ответ. — Джентльмены! — Он поднял руку. — Предлагаю компромисс. Когда вы вернетесь, и если там все пройдет хорошо, я с удовольствием посмотрю, как Валера тренирует наших старшекурсников. Мне кажется, это будет полезнее, чем разрушение четвертого по счету корпуса.

Валера усмехнулся. Такой усмешкой, которая на его огромном лице выглядела одновременно устрашающе и обаятельно.

— Хитрый ты, директор! — Он ткнул пальцем в Горького. — Хитрый и мудрый. Ладно, принимаю.

— Вот и замечательно! — Горький сел обратно и отпил из одной из трех кружек. Поморщился — видимо, попал на самую холодную. — А теперь, если у вас все, не буду задерживать. Те странные метеориты не будут ждать вечно.

Я встал и пожал директору руку.

— Спасибо, Алексей Максимович.

— Не за что. И, Михаил… — он задержал мою руку на секунду. — Еще кое-что… О Дункане.

Я замер.

— Ищите быстрее, — Горький посмотрел мне в глаза. — Человек, у которого нет магии, но который может обойти любую охрану — либо лучший союзник, либо самая опасная загадка. И мне бы не хотелось, чтобы он был вторым.

— Понял.

Мы вышли из кабинета. В коридоре Валера покрутил головой, разминая шею.

— Хороший мужик, — сказал он. — Сильный. Умный. Но слишком осторожный.

— Он директор, Валера. Его работа — быть осторожным.

— Я бы его сделал.

— Не сомневаюсь, — кивнул я.

— Ну что, погнали в Дикую Зону?

— Погнали, — согласился я и остановился у окна, глядя на Стену.

Но, как на зло, в кармане зазвонил телефон. Это был Трофим.

— Слушаю?

— Михаил, — сказал он. — Знаю, может это покажется бредом, но я не могу дозвониться до Лермонтова.

Глава 6

В этой главе есть черный Снег

Попросив Трофима подождать, я посмотрел на Валеру. Тот стоял рядом и слушал, наклонив голову набок.

— Лермонтов пропал? — переспросил он. — Какой глупый некромант!

— Почему это он глупый?

— Хм, — Валера почесал подбородок. — Ну как тебе объяснить… Сильнейший некромант на этой планете, и пропал? Это насколько надо быть недалеким?