Егерь. Черная Луна. Часть 2 (СИ) - Скиба Николай

Камень треснул под когтями со звуком, похожим на выстрел из арбалета. Осколки разлетелись во все стороны, один из них звякнул о ножку стола.

— Ох ты ж какой! — Ирма выпрямилась и уперла руки в бока. — Я тебя первый раз вижу, а ты уже полы портишь⁈ В чужом доме⁈ — её голос поднялся до новых высот.

Старик в ответ демонстративно провёл когтями по камню. Царапина получилась глубокой и ровной.

Послание было ясным: «Я делаю, что хочу.»

— Макс! — рявкнула Ирма, разворачиваясь к внуку. — Твой зверь — хам и невежа! Ты его что, вообще не воспитывал⁈

— Как он будет слушать, когда кто-то лезет ему в морду, а мне говорит не лезть! Нормальные люди сначала дают зверю привыкнуть и освоиться!

— Нормальные люди не держат таких зверей снаружи, когда гости приходят!

— Ты не гость! — голос Макса взлетел. — Ты чёртов ураган!

— Это ты сейчас меня с ураганом сравнил⁈

— Ох уж извините, не то сказал, точно! Ураган бы проиграл!

Старик вдруг перестал рычать и с интересом уставился на хозяина — будто прикидывал, на чью сторону встать. Голова его поворачивалась от бабки к внуку и обратно.

— Ну знаешь что⁈ — Ирма развернулась к Максу, и на секунду показалось, что старуха сейчас зашипит не хуже росомахи. Руки сжались в кулаки.

Дедуля, почуяв, что внимание старухи переключилось на хозяина, воспользовался моментом. Поднялся с пола, встряхнулся и с подчёркнутым достоинством прошёл мимо Ирмы. Так близко, что его жёсткая шерсть мазнула по её юбке, оставив несколько длинных волосков на тёмной ткани.

Жест был настолько по-хамски королевским, что Мика за столом издал сдавленный звук и закрыл лицо руками. Зверь демонстративно проигнорировал продолжающуюся ссору, словно она была недостойна его внимания.

Дойдя до угла под окном, Старик развернулся, улёгся и положил морду на лапы. Затем уставился на бабку: «Это моё место. Привыкай.»

Ирма проводила росомаху взглядом.

— Мы ещё не закончили, блохастый!

Между старухой и зверем повисла невидимая нить взаимной настороженности.

Стёпа у стены закусил кулак — его плечи мелко подрагивали от сдерживаемого смеха.

Картина была слишком нелепой. Мика спрятал лицо в ладонях, но тряска плеч выдавала его с головой. Вальнор наблюдал за происходящим с выражением человека, который впервые за четыреста лет видит что-то подобное.

Барут первым заметил девушек в дверном проёме. Лана и Ника стояли на пороге с широко раскрытыми глазами. Он повернулся к ним, махнул рукой и широко улыбнулся.

— О, привет! — сказал он негромко. — А у нас тут бесплатное шоу.

— Это было… — Вальнор покачал головой. — Странно.

Ирма развернулась к оборотню, всплеснув руками.

— Ещё один дедуля, который хочет что-то обсудить? Лучше скажите-ка мне, что это у вас тут происходит? И с кем ты будешь сражаться завтра на арене, внук?

— Рано утром прибудет гонец, — тяжело выдохнул Максим.

Часом ранее…

То, что когда-то было Тадиусом, стояло на крыше ткацкой мастерской и смотрело вниз, вцепившись пальцами в черепицу.

По вечерней улице шли две фигуры — высокая девушка в тёмном плаще и девица помладше, которая едва доставала спутнице до плеча.

Они двигались молча. Девушка держала девицу под локоть.

Друид Крови не смотрел на Лану. Он смотрел на Нику — только на неё.

Этот запах. Слабый, едва уловимый, но безошибочный… Девушки свернули за угол и пропали из виду.

Сайрак простоял на крыше ещё минуту, вслушиваясь в звуки города. Обычный вечер в необычном городе. Ничего не предвещало грядущих перемен.

Он коснулся ястреба, сидящего на краю крыши, и мир схлопнулся. Ноги ударили в мягкую, податливую землю. Сосновая смола и запах грибов — ароматы леса разом хлынули в лёгкие. Стволы деревьев уходили вверх тёмными колоннами, теряясь в высоте. Ветер шевелил листву, создавая мягкий шёпот, похожий на дыхание спящего гиганта.

Друид Крови стоял на небольшой поляне вдалеке от городских стен.

Ястреб опустился на нижнюю ветку старого дуба. Альфа Крови. Тихий, неподвижный, терпеливый хищник, полностью поглощённый Сайраком.

Из зарослей донёсся хруст ломающихся веток.

Первый волк осторожно вышел на поляну — крупный самец с серебристой шерстью и рваным левым ухом. Морда у него была умной, настороженной. За ним появились второй, третий, ещё четверо.

Стая волков жизни третьей ступени.

Вожак почуял ястреба и остановился. Чёрные ноздри раздулись, втягивая запахи. Что-то в аромате хищной птицы заставило его оскалиться — низкий рык прокатился по поляне. Стая мгновенно отреагировала, ощетинилась и выстроилась полукругом.

— Вы-то мне и нужны, — Сайрак щёлкнул пальцами.

Ястреб расправил крылья. Багровые перья зашелестели, и по поляне прошла беззвучная волна. Она медленно и неотвратимо накрыла стаю.

Вожак рухнул первым. Его передние лапы подломились, словно их подрезали невидимым клинком. Массивное тело завалилось набок с глухим стуком. Из него потянулись тонкие, похожие на паутину, нити.

Это была жизненная энергия. Сила, которая управляла потоками крови и стуком сердца. Всё, что делало зверя живым, медленно покидало его тело, превращаясь в эти мерцающие нити.

Остальные волки падали один за другим. Ни воя, ни визга, ни попыток сопротивления — только глухие удары тел о мягкую землю поляны.

Семь зверей третьей ступени, каждый из которых мог разорвать человека пополам, легли на землю за считанные секунды.

Нити сплелись в воздухе над поляной, извиваясь, как живые змеи. Они собрались в небольшую пульсирующую сферу, внутри которой что-то билось, металось и пыталось вырваться наружу.

Ястреб склонил голову с почтительным поклоном. Сфера медленно поплыла к Сайраку.

Он протянул ладонь.

Работает! Ещё как работает…

Сайрак сжал пальцы. Энергия впиталась в кожу и потекла по венам.

Волки на поляне ещё дышали — едва заметно, по разу в десять секунд, словно их души зацепились за жизнь. Серебристая шерсть вожака поседела до грязно-белого цвета, будто зверь за секунды состарился на десять лет.

Живы, но жизни в них осталось на донышке — ровно столько, чтобы сердце продолжало биться.

Друид Крови посмотрел на свою ладонь.

— Мало, — тихо сказал он самому себе.

Ястреб на ветке издал низкий клекочущий звук.

— Всё равно мало! — вспылил друид, обращаясь к птице. — Нужно намного больше. Иначе она не проснётся!

Сайрак медленно повернул голову в сторону города.

Сквозь стволы деревьев и переплетение ветвей проглядывали далёкие огоньки. Где-то там, за камнем и деревом, через несколько дней тысячи людей набьются на трибуны. Будут кричать, сжимать кулаки и гореть азартом.

Будут переполнены энергией.

Тысячи пульсирующих жизнью тел, собранных в одном месте.

— Каких-то пару дней, — прошептал Сайрак. — Пару дней, и мы заставим Альфу Жизни пробудиться, пусть даже ценой великой крови. А мальчишка умрёт. Все умрут.

Ястреб сложил крылья и растворился в темноте.

Глава 7

Лес встретил меня тишиной.

Не мёртвой — живой. Птичий шорох, скрип веток, далёкий плеск ручья. Я отошёл от города на полчаса ходьбы, нашёл поваленное дерево у воды и сел.

Ушёл рано утром, пока остальные спали. Бешеная бабка спорила, но я был непреклонен.

Ирма…

Я усмехнулся.

Убедить её вернуться так и не вышло. Такое ощущение, что ничто во всей вселенной не может переспорить старую перечницу. Но на душе почему-то стало спокойнее — всё же был рад её видеть. Пусть пока думает, что победила. До финала всё равно сделаю всё, чтобы она убралась из Оплота Ветров подальше. Силой, если будет нужно.

А сейчас…

Мне нужно было побыть одному. Думать при людях я умел, но думать честно — только в тишине.

Система выставила условия для эволюции — распределить все очки моих питомцев, без исключения. Меня и самого раздражало постоянно держать их в запасе, но теперь это время ушло.