Богатырский ретрит (СИ) - Яр Елена

Я ловила себя на том, что невольно ловлю ухом знакомые звуки. Лязг богатырского оружия, голос с хрипотцой, движения человеческих тел. Но тут же одергивала грубо — зачем кормить надежду, которой нет? И тут же другая мысль захватывала голову — а что потом? Наконец я решилась подать голос:

— А что будет, когда… если за мной не придут?

Чернобог, словно очнувшись, моргнул и перевёл на меня взгляд. Лёгкая улыбка растянула его губы, и он уточнил:

— Переживаешь за свою судьбу, баба Яга?

Я дёрнула руками, натянув верёвки, и заметила:

— Было бы странно за это не переживать.

— И то верно. — Он ещё шире улыбнулся. — Вот, с тобой посоветоваться хочу: какое наказание было бы адекватным твоему проступку? Что, как считаешь, я сделаю?

Первая картинка, пронзившая мозг, была жутковатой. Мне представилось, как он бросает меня здесь, связанную, а сам исчезает. Без своего арсенала порошков, эликсиров и волшебных предметов я долго тут не протяну.

Но я тут же одёрнула себя — не хватало ещё подсказывать ему идеи. Поэтому усилием воли я воссоздала другой образ в голове: Чернобог развязывает мне верёвки, а ветряной див провожает до самого входа в избушку.

Стоящий напротив расхохотался, запрокинув голову. Лес вокруг в ответ на это тревожно затих, словно прислушиваясь.

— А ты и правда забавная, Рада, — отсмеявшись, сказал Чернобог. — Даже жаль, что такая непутёвая.

За спиной пришёл в движение див. Он зарычал, и когда я повернула к нему голову, то увидела, что вращение тяжей в его теле стало ускоряться.

— Спокойно, — сказал Чернобог. — Я слышу. — А потом добавил громко:. — Ну, заходите, раз пришли!

Сердце совершило прыжок с переворотом, едва не выскочив наружу — оно первое поняло то, что ещё не успела осознать голова. Они пришли! Не знаю, как, каким волшебством и какой удачей, чьими силами и чьими жертвами, но они за мной пришли. Невозможное, невероятное и невыполнимое вдруг чудесным образом воплотилось в жизнь.

Ноги вдруг ослабели, и я едва не упала. Закусила губу, чтобы не заскулить позорно от облегчения.

На поляну со всех сторон выходили поленицы, а сбоку, держа в поле зрения и меня, и дива, и Чернобога, появился Гордей. Все вооружённые, серьёзные, сосредоточенные.

— Вот так гости! — преувеличенно восторженно сказал Чернобог. — Я удивлён и обрадован вашим визитом. Но расскажите, зачем пожаловали?

Гордей сделал ещё шаг вперёд, сосредоточив всё своё внимание на говорящем, и сказал:

— Ни за что не поверю, что тебе это неведомо.

Богатырь был суров, почти мрачен. По тому, как рука сжимала меч, а на скулах проступали желваки, я отчётливо понимала, как он зол. Не наговорил бы лишнего — даже с таким численным перевесом я не была уверена, что победа будет за нами. Надо было срочно вмешаться.

— Твоё условие выполнено, Чернобог, — громко сказала я. — Ты хотел проверить, придут ли они, — и они здесь.

Я отметила краем глаза, что лица некоторых девчонок дрогнули — ну ещё бы, это вам не рядовая нечисть. Такого противника они и не видывали ещё никогда, и уж точно с таким не сражались. Я отдавала себе отчёт, что прямо сейчас немного уронила их боевой дух, но хуже нет ошибки для воина — недооценить противника.

Чернобог церемонно поклонился, обведя взглядом людей.

— Рад вас всех видеть здесь. — Затем он перевёл глаза на меня: — Полагаешь, Рада, это всё? Урок усвоен?

— Ты сказал, что моё освобождение зависит от того, придут ли за мной. Они здесь. Разве не так?

В крови всё ещё гулял восторг от того, что меня не бросили, он кружил голову и мешал связно думать. Но я всё же удержала себя от озвучивания ещё одной мысли: «Урок стоило усвоить не только мне. Люди достойны того, что я для них делала». Но щёлкать по носу всемогущее существо было бы крайне опрометчиво.

— Верно, — усмехнулся Чернобог. — Но и разойтись просто так мы не можем. Оглянитесь вокруг. — Он широким жестом словно приглашал к любованию окрестностями. — Навь. Велесова ночь. Богатыри и поленицы. Древние сердитые силы. Невинная девица у жертвенного камня… Чего-то не хватает, не находите?

Тон его был лёгким, почти игривым, но сердце окаменело и с почти слышимым звоном упало в пятки. Особенно когда Гордей спокойно и уверенно ответил:

— Не хватает битвы добра со злом.

Чернобог преувеличенно расстроенно всплеснул руками. С появлением зрителей он приобрёл какую-то ярмарочную развязность. И от этого становилось ещё тревожнее. Казалось, он слишком наслаждался происходящим, а это не входило ни в какие ворота. Надо было побыстрее заканчивать, а не растягивать весь это ужас на долгое время.

— Ну я не стал бы так уж резко делить присутствующих на чёрное и белое. Но — да, битва определённо нужна.

— Один на один, — сказал Гордей, покрепче перехватывая меч.

— Разумеется… — Чернобог слегка наклонил голову.

Пока ещё кто-нибудь не сказал чего-то разрушительного, я быстро выкрикнула:

— Гордей против ветряного дива!

Все перевели глаза на меня, богатырь удивлённо, а Чернобог — с пониманием. Ну ещё бы, против него у Гордея не было бы ни одного шанса. Будь богатырь хоть силы невиданной, хоть сноровки идеальной, он всё равно человек. Даже в схватке с дивом шансы не слишком велики.

— И то верно. — Чернобог кивнул в ответ на мое скоропалительное предложение. — Решено. Если богатырь побеждает ветряного дива, то вы все уходите. Если нет… то нет.

Я сжала руки в кулаки и впилась ногтями в ладони. Мне нужно было заставить себя соображать лучше, но как же это сложно, когда всё тело дрожит от волнения и напряжения.

— Никакой помощи твоему бойцу, — сказала я как можно более твёрдо. — Никакой подпитки или воскрешения. Лишь те базовые силы, что есть у него сейчас.

— Справедливо. — Чернобог слегка дёрнул бровями. — Гордею пусть тоже никто не помогает. Но, полагаешь, даже так… у богатыря есть шанс?

— А разве не всё здесь сегодня — испытание веры? — возразила я, отгоняя соблазн просить ограничить силу дива. Этого делать нельзя, я чуяла подвох. — Я должна была верить, что за мной придут. И теперь я верю, что Гордей победит. Он самый сильный и умелый богатырь, которого я знаю, это ему по силам.

— А мы, — подала голос Настасья, — оставляем за собой право вмешаться, едва лишь почувствуем, что условия не выполняются.

— Ну ещё бы, — усмехнулся Чернобог.

Настасья прошла через поляну ко мне и перерезала путы, которые держали мне руки. Затем повернулась к божеству и посмотрела прямо в лицо. Тот с интересом наблюдал за поленицей, но возражать против её самоуправства не стал.

Без предупреждения и объявления поединка, див тронулся с места.

Поленицы инстинктивно отшагнули к краю поляны, некоторые потянулись к оружию, но в конце концов взяли себя в руки. Я потирала затёкшие запястья и лихорадочно думала. А нет ли в условии лазейки? Не могу ли я как-то повлиять на исход поединка, или мне и правда стоит довериться богатырю, рассчитывать на его мастерство?

Гордей расправил плечи и повёл мечом, медленно шагая вперёд, к диву.

Тот двигался не слишком споро, но его форма начала меняться прямо на глазах. Тяжи вертелись всё быстрее, из непонятной массы выделилась рука с чем-то, напоминающим клинок, — и всё это тоже словно состояло из ветра и бури.

Когда первый раз схлестнулись мечи, я ожидала услышать звон. Ну или, наоборот, что меч Гордея пройдёт через бесплотный клинок дива, не встретив сопротивления. Но звук удара был сильным, он напоминал скорее завывание ветра в трубе. Они схлестнулись снова, и на сей раз Гордей пытался прощупать противника через усилие — он давил мечом на него, стараясь сдвинуть. И в какой-то момент это, казалось, вышло — но тут див потерял плотность, и Гордей едва не упал, лишившись равновесия. Див тут же воспользовался этим, развернулся и обрушил на богатыря сильный удар. Счастье, что Гордей успел среагировать и выставить клинок.

Див ускорился. На его стороне выступала подвижность и, конечно, способность обтекать и меняться. К тому же было непонятно, куда бить, чтобы поразить — ни сердца, ни головы в общепринятом значении у него не наблюдалось. Гордей пытался нащупать хоть что-то — он бил в центр, по верхам, в ноги, но всё бесполезно. Словно в холодец тыкать, толк примерно одинаковый.