Рунник (СИ) - Борисов-Назимов Константин

Честно говоря, Юлия меня вновь удивила, и вновь своей фигурой. Нет, видел, что девушка хрупкая, уделяет внимание спорту, но не ожидал, что настолько. Конечно, пресловутых кубиков на животе у нее нет, точнее, очень смутно прослеживаются. Но, пожалуй, с парой обычных грабителей или насильников она с легкостью разделается. Уж не поэтому ли и не опасалась парней на байках и ко мне поехать легко согласилась. Впрочем, у нее еще и защита от домогательств. И вот тут возникает еще один вопрос! А это предназначение сделано только для того, чтобы девушку привязать к конкретному господину или, в большей степени, уберечь от других? С одной стороны, это может оказаться взаимосвязано, но оставлена ли возможность изменить так называемую привязку? Сейчас все узнаю.

— Только не говори, что собрался на мне маркером рисовать, — нахмурилась Юля, увидев, как взял набор фломастеров.

— Не бойся, они не перманентные, легко смоются, — отмахнулся я.

Ну, не уверен, что после активации рунического заклинания мои художества она так просто отмоет. И тут не важно, чем символы нанесу. В крайнем случае, всегда есть бытовые заклинания.

— А чего мне бояться, — усмехнулась Измайлова. — Это тебе следует беспокоиться, как бы не узнал кто-то, что ты на моем прессе рисовал. Боюсь, не поймут ни меня, ни тебя.

— И чем это грозит? — интересуюсь, а сам приступил к начертанию руны принятия моей силы.

— Ну, мой отец тебе голову открутить способен, предварительно чего-нибудь оторвав.

— Это ты о чем? — не понял я, так как слишком погружен в подготовку.

— Лёша, а ты догадайся с двух попыток, — усмехнулась Юля. — А тот человек, за которого меня пытаются замуж выдать, и вовсе тебя убьет.

— Врешь, — покачал я головой. — Ты уже себя ругаешь, что в эту авантюру пустилась и начала переживать, что проклятие не сработает. Про отца сказала правду, а про своего, пока еще несостоявшегося женишка, лжешь. Моя магия считывает твое психологическое состояние. Кстати, а кто у тебя родители? Чем занимаются?

— Мама дома сидит, отец службу несет, — сказала Измайлова, но потом уточнила: — Павел Борисович, батюшка мой, очень разносторонний человек.

— Это не ответ, — качнул я головой, — так про любого можно сказать, но если не хочешь говорить, то без проблем.

— Господин Воронов, а ты не испугаешься, когда узнаешь, кто мой родитель?

— Договаривались же, чтобы не обращалась ко мне, как к какому-то благородному на высокосветском приеме, — буркнул, а потом попросил: — Помолчи пока, сейчас все проверю и приступлю к снятию с тебя порчи.

Юлия хотела еще что-то сказать, но замерла с широко открытыми глазами. Я полоснул себя ножом по ладони, обмакнул в кровь указательный палец и к губам девушки его прижал.

— Так надо, — коротко сказал, ничего не объясняя.

Руны выстроены в правильной последовательности, осталось их между собой связать, совершить привязку к своему источнику, а потом активировать. Все ли предусмотрел? Вроде бы проблем не должно случиться. Хотя! Упустил-таки очень важную деталь! Не факт, что чужеродное заклинание разрушу или уничтожу. Оно способно образоваться в ментальном поле вокруг нас с девушкой, и как только прекратится воздействие рунной магией, то ударит по находящимся рядом. Меня даже пот прошиб от того, что могло бы произойти. Этак совершил бы непозволительную ошибку, и мы с Юлией оказались друг к другу привязаны.

— Минутку! Лежи и не двигайся! — подскочил я с кровати и стал озираться, ища какое-нибудь подходящее вместилище, во что направить предназначение из источника Юли.

Как на грех — ничего подходящего. Нет, теоретически, подойдет даже рубаха или любая другая вещь, но запечатать в ней заклинание окажется невозможно. А порчу, если она не уничтожена сразу, необходимо именно загнать в определенный предмет, чтобы потом от него избавиться. Для этой цели идеально подойдет камень размером с кулак. Как с ним потом поступить — другой вопрос. Встречал людей, которые на память оставляли и коллекционировали подосланные на себя проклятия. Бывали и такие, которые заставляли есть булыжник того и ту, кто негативное заклинание на них наслал. Но в большинстве своем, люди, избавившись от порчи, получившийся артефакт закапывали, дробили, топили в болотах, реках и даже морях.

— Ты куда? — стараясь не шевелиться, все же поинтересовалась Измайлова, когда я направился на выход из комнаты.

— Сейчас приду, прости, плохо подготовился, важную вещь забыл.

Метнулся на улицу, благо подходящие камни на участке имеются. Когда-то делались клумбы, а вокруг них выкладывались булыжники. Взял первый попавшийся, обтер его от земли и вернулся к девушке.

— Ой, он же холодный! — дернулась та, когда камень положил на ее пупок.

— Терпи, скоро нагреется и будет сильно печь, но этот жар будет не физический, а моральный, — не очень-то связно объяснил я.

— Алексей, не волнуйся, догадываюсь, что говоришь про ментальное поле. Правильно? — задумчиво произнесла Юля, которая до этого момента еще не осознала, что все происходит на самом деле, и ее, если так выразиться, не пытаются на что-то развести.

— Верно, не дергайся, — кивнул я и прикрыл глаза.

Насыщаю энергией одну руну за другой, в магическом свете добиваюсь того, чтобы каждый символ, на коже моей неожиданной пациентки, сиял ровным цветом. Замечаю, что и девушка знает и умеет пользоваться магическим взором. Не так проста этот менеджер! Пожалуй, все же следовало узнать подробности, к кому конкретно ей сделали предназначение. Этак на ровном месте врагом обзаведусь, сам того не подозревая. А еще у девушки источник проявляет склонность к навыкам бойца или воина. Готов поспорить, родитель Юли из военных. А те опасные типы, когда их дочурки начинают близко общаться с парнями. Мы же с Измайловой точно черту пересечем, уже и так на одной кровати находимся. И, кстати говоря, одежды-то на моей интересной и красивой знакомой немного, а следовательно, и страсть полыхнет такая, что ее не проконтролирую ни я, ни она.

— Активация, — чуть слышно произношу, больше для того, чтобы пациентка понимала происходящее.

Рунические символы переплетаются, образуя клубок, который приподнимается над животом девушки, а потом устремляется к ее источнику. Юля выгибается дугой, с ее губ слетает стон, а на глазах появляются слезы.

— Всё-всё, потерпи немного, уже не больно, — шепчу, вливая в тянувшуюся связь со своим заклинанием энергию.

— Ты же обещал, — выдавливает из себя девушка.

— Это не физическая боль, ментальная, а еще твой дар ставит щиты и мешает моему заклинанию. Доверься мне, тогда будет не так тяжело, — говорю, а сам стираю слезинки с лица Измайловой.

— Поцелуй, пожалуйста, поцелуй меня, — просит Юля и уточняет: — только не в губы, иначе тебя опять шибанет.

А вот тут она ошибается, руническое заклинание пробило ее защиту и уже заблокировало проклятие. Осталась пара минут, чтобы собрать всю наведенную обрядом гадость, а потом перенаправить ее в камень. Последний этап продлится где-то с полчаса, и в это время нельзя терять голову. А как это сделать? Отгородиться от источника девушки не мог, боялся, что не хватит запаса энергии. Но, положа руку на сердце, этого еще и не хотел. Знал, в момент, когда произойдет связь между нашей магией, то та либо оттолкнет, либо захочет слияния. Нет, не на постоянной основе, эмоции и адреналин захлестнет, заставит друг в друге раствориться. И этому девушка сама не противилась, она даже подспудно, а может быть и в мечтах, хотела, чтобы ей овладел. Другой вопрос, что не подтолкни Юлю ее же источник, то могла и дальше держаться на расстоянии от меня.

— Ты же понимаешь, к чему это приведет? — задаю вопрос, медленно целуя шею выгибающейся уже от наслаждения Измайловой.

— Не останавливайся, — схватила меня та за волосы и притянула к своему лицу, но в последний момент попыталась увернуться и подставить щеку.

Ей это не удалось, накрыл ее губы своими. Разряда током не случилось, точнее, он все же произошел, но совершенно не тот, как в машине. Глаза у Измайловой широко распахнулись, в них плеснулась страсть и похоть. Я же с трудом сдерживаюсь, чтобы с девушки не содрать одежду, которая мешает нам слиться воедино.