Рунник (СИ) - Борисов-Назимов Константин

— Мне необходимо контролировать процесс, — шепчу, ощущая, как с меня эта охальница стаскивает штаны!

— Этим вполне и я могу заняться, — отвечает девушка и неуловимым движением оказывается на мне и без стеснения срывает с себя лифчик и отшвыривает его в сторону.

Ну, нет, верховодить рунником никому не позволено! Особенно в начале отношений! Объятия, захват, переворот, и Юля уже на животе, а мои руки на ее попе.

— Не вертись! — грозно говорю, а сам девушку беру в захват ногами и руками.

Под моими ладонями оказывается небольшая упругая грудь. Честное слово, вышло совершенно случайно. А вот стон из уст девушки сказал, что той такие объятия приятны, но ей этого мало.

— Лёша, если не продолжишь, то пожалеешь, — делая попытку высвободиться, говорит Измайлова. — Не забыл, к чему у меня предрасположенность?

— Ты воин и боец, — шепчу ей на ушко, не удержался и куснул мочку. — Однако, знаешь, с боевым рунником не так-то просто справиться.

— А кто такой этот боевой рунник? Где он, покажи мне его, — активно ерзая, с придыханием говорит моя горячая пациентка. — Это не тот ли, который готов на мне брюки прорвать? Чувствую, что он на самом деле великан. Уже даже боюсь, что раздерет меня. Ты чего молчишь и ничего не делаешь? Неужели тебе противна? — в интонации девушки проскочили нотки страха.

— Потерпи, еще минуты три-четыре, с трудом же сдерживаюсь, и ты это ощущаешь. Необходимо довести начатое до конца.

— Так и контролируй, а я другим займусь, — предложила Юля.

— Учти, ты все равно запросишь пощады! — возмутился я, когда та борцовским приемом смогла вновь перевернуть меня на спину и при этом стянуть мои штаны с трусами. — И прекрати пользоваться даром воина.

— А что если нет? Или думаешь, амазонки просили пощады? А мой источник имеет происхождение от одной древней воительницы.

— Побереги силы, они тебе еще пригодятся, — улыбаюсь я, контролирую, как рунное заклинание загоняет в камень последние крохи проклятия, наложенного на девушку.

В комнате появляется запах горелого камня, а потом раздается шипение и треск. Вместилище для проклятия запечатывается руной, теперь Юля свободна от того, кого ей предназначили в спутника жизни. Больше скажу, девушке уже не грозит повторный обряд, он не сработает. Но если использовать другую методику, к примеру: зелья, артефакты или те же руны, то будет возможно навести порчу, приворот или что-то похуже. Универсальной защиты от всего и вся не предусмотрено. А если бы такой щит существовал, то его следовало постоянно держать активным. Мне же приходилось, в очень далеком прошлом, поддерживать многослойную защиту. Удовольствие то еще, если честно.

— Что это? — поинтересовалась Измайлова.

Она отвлеклась, чем я и воспользовался, вновь подмяв девушку под себя.

— Подарю тебе артефакт, в котором твое проклятие. Он безопасен, но если будет рядом с тобой, то те, кто проводил обряд, не поймут, что их заклинание на тебя не действует. Если же пожелаешь, то мой подарок вольна уничтожить любым доступным способом, чтобы не вспоминать о неприятно прожитом времени, — говорю, а руки живут своей жизнью, снимают с девушки остатки одежды, чему та активно помогает.

— Давай все это обсудим позже, — задыхаясь от желания, произносит Юля, а потом вдруг замирает и спрашивает: — Это же не будет считаться совращением?

— Только не говори, что еще несовершеннолетняя, — усмехаюсь и прикусываю кожицу на шее девушки.

— Мне-то двадцать один год, это ты еще школьник! — с паникой в голосе произносит та. — У меня от желания разум помутился. Что ты со мной сделал?

— Еще ничего, но скоро это исправлю, амазонка запросит пощады у рунника. Так было всегда и так будет! — парирую я.

— Не дождешься, — усмехается Измайлова и шепчет: — Покажи же, на что способен, а то только угрожаешь.

Подруга оказалась неопытной в вопросах любви, но знающей и без каких-либо стеснений. Небольшую заминку у нас вызвало лишь то, что это был ее первый раз, и я настоял, чтобы залечить ранку. На тот момент девушка только распалилась и требовала продолжения. Да, мы с ней в постели друг другом наслаждались, то проявляли друг к другу нежность, то боролись как дикие звери. Не знаю, в какой момент, но у меня закралась мысль, что амазонка способна составить руннику конкуренцию. Мысленно отмахнулся и себя отругал. Не родилась еще та женщина, которая сумеет надо мной доминировать. Ну, если только кратковременно, а в итоге все равно запросит пощады.

— Алексей, прекрати, у меня нет сил, — прошептала Измайлова, когда за окном стало светать.

— Сдаешься и признаешь себя побежденной? — обхватив ее лицо ладонями и продолжая прижиматься к подруге, спросил я.

— Не признаю, а прошу передышки, — ответила та и, добавив в голос плаксивости, сказала: — Голодна и хочу в душ.

— Хитришь, — усмехнулся, но разжал руки. — Беги освежись, а я пока приготовлю перекусить. Хотя, — поймал девушку за ногу, — Юль, постой, с тобой же могу пойти, помогу вымыться, намылю тебя всю…

— Лёшка, не в этот раз, — лягнула та меня по руке ножкой, которая была свободна от захвата.

— Чего это ты, — со смехом потащил подругу к себе, — я же от всей души, как лучше хочу.

— Дай ты мне передышку! Откуда у тебя столько сил⁈ Мне подружки говорили, что по десять раз за ночь ни один мужик не сможет, и все это байки, они на собственном опыте проверяли! Или врали, либо у них любовники оказались слабаками! — возмущенно проговорила Измайлова, при этом брыкаясь и стараясь от меня уползти, правда, при этом почему-то довольно хихикая.

— Так ты, о несравненная, признаешь мою силу и свою слабость⁈ — сделав голос громовым, спросил я.

— Да, мой повелитель, сжалься, — подыграла мне девушка.

— Тогда, так и быть, отпущу ненадолго, на омовение, чтобы набралась сил и вдохновения, — продолжил я в том же тоне общение, но точеную ножку, правда, с сожалением, отпустил.

Юлька проворно вскочила и к двери уборной метнулась, но перед тем, как уединиться, постаралась оставить последнее слово за собой:

— Алексей, я-то не сдалась, за тебя испугалась! Побоялась твой инструмент из строя вывести! — скорчила мордочку и дернула на себя ручку двери.

Ха! Примерно такое поведение от подруги ожидал, предварительно руну замка использовал. Конечно, она обычно для таких бытовых нужд не применяется, а служит для энергетической защиты, пришлось заклинание перестраивать и упрощать. Хотя, если разобраться, оно получилось сложнее и затратнее.

— Не поняла? — озадаченно произнесла девушка.

— Не открывается, да? — с насмешкой в голосе поинтересовался я, медленно к подруге приближаясь.

— Не-а, никак, похоже заклинило замок, — еще не осознав ситуацию, произнесла Юля.

— Так ты попроси, помогу удовлетворить твое желание, — вкрадчиво произнес я.

— Воронов, так это твоих рук дело! — догадалась девушка и в гневе блеснула на меня своими зелеными глазами.

— Измайлова, так ты меня пожалела или сдалась на милость победителя?

— Дверь открой, — мрачно произнесла девушка. — Сдалась я, ноги не держат, в животе бабочки уже все нервные окончания переплели и оголили.

— Сразу бы так, — широко улыбнулся Юле, взялся за ручку двери и медленно ту открыл.

Девушка юркнула внутрь, прикрыла за собой дверь и щелкнула замком.

— Не думай, что это от меня надежное укрытие, — со смешком сказал я.

— Воронов, если попытаешься вломиться — убью! — пригрозила мне та.

— Только если сама позовешь, — ответил ей. — Пойду чего-нибудь перекусить соображу.

До меня отчетливо донесся вздох облегчения. Не стал больше над подругой подшучивать, направился на кухню. На скорую руку ничего, кроме бутербродов, придумать не мог, но в последний момент поджарил еще яичницу. Мою стряпню Измайлова оценила невысоко, но мы с ней утолили голод, а уже за чашечкой кофе решили серьезно переговорить.

— Алексей, то, что между нами произошло, это ведь воздействие или последствия твоего рунного заклинания. Верно? — не поднимая глаз, спросила девушка.