Банный бизнес попаданки (СИ) - Иконникова Ольга

А то, что это были весьма знатные особы, можно было понять уже по одному только экипажу — он был новым и явно дорогим и не шел ни в какое сравнение с нашей колымагой.

Я уже собиралась развернуть лошадь и отправиться домой, когда меня заметил дежуривший на крыльце лакей. Он поприветствовал нас поклоном и распахнул двери, приглашая меня войти.

Уехать сейчас было бы просто невежливо. Графу наверняка доложат, что я тут была и не посчитала нужным засвидетельствовать ему свое почтение.

Я вздохнула, спрыгнула с козел и поднялась по ступенькам крыльца.

Я вошла в огромный холл и вслед за слугой стала подниматься по лестнице на второй этаж. Я, как обычно, задумалась и не сразу обратила внимание на мужчину, который шел нам навстречу. И только когда между нами остались всего несколько ступеней, я подняла на него взгляд и вздрогнула.

Нет, это не могло быть правдой! С чего бы такому человеку оказаться здесь, так далеко от столицы? Тем более, что я не заметила поблизости ни охраны, ни вельмож, которые непременно должны были бы сопровождать его в такой поездке.

И всё-таки этот мужчина был удивительно на него похож — тот же рост, те же длинные волнистые волосы и тот же взгляд. Только на сей раз в этом взгляде не было ни гнева, ни презрения, только холодное равнодушие.

Мне показалось, что он готов был пройти мимо, но всё-таки правила приличия заставили его остановиться и поприветствовать меня легким наклоном головы.

Я всё еще надеялась, что это не мог быть именно он, когда услышала голос графа Ланже:

— Ваше величество, позвольте представить вам мадемуазель Донован!

Глава 25

Значит, я всё-таки не ошиблась, и это был именно он — король Эртландии! Тот самый человек, который унизил семью Аннабел, лишил ее родных того, что принадлежало им по праву. Тот человек, который, будучи могущественным и сильным, вздумал сражаться с маленькой девочкой, которая ему ничем не угрожала. Тот человек, которого я искренне презирала.

Он скользнул по мне уже более внимательным взглядом, а я так растерялась от неожиданности, что не сразу присела в необходимом в таком случае реверансе.

— Кажется, я не имел чести видеть вас прежде, мадемуазель.

Мне показалось, что в голосе его прозвучало сомнение.

И всё-таки он меня не узнал! Возможно, мое лицо и показалось ему знакомым, но он не узнал во мне дочь графа Арлингтона, которую видел лишь однажды — на том злополучном балу.

Да и на самом деле узнать меня было трудно — тогда Аннабел Арлингтон была, как и положено благородной барышне, с бледным, тщательно оберегаемым от солнечных лучей лицом, с изысканной прической и в платьях с фижмами и оборками, которые сильно меняли фигуру. Теперь же мое лицо было смуглым от загара, волосы были заплетены в простую косу, и мой нынешний наряд трудно было назвать изысканным. Вряд ли кто-то смог бы подумать, что когда-то встречал меня на балу.

— Мадемуазель Донован живет неподалеку, ваше величество, — торопливо добавил хозяин.

— Ну, что же, — король изобразил на своем лице дежурную улыбку, — я чрезвычайно рад нашему знакомству, мадемуазель!

И он продолжил свой путь, а граф устремился за ним следом.

Я же осталась стоять на лестнице, не понимая, что мне следует делать. Слуга, который меня сопровождал, исчез, а подниматься на второй этаж уже не было никакого смысла. И я развернулась и пошла вниз.

Когда я спустилась на первый этаж и вышла на улицу, карета уже отъезжала от крыльца. Мне показалось странным, что король решил путешествовать в пусть и красивом, но ничем не примечательном экипаже, на дверях которого не было ни королевского герба, ни каких-либо других опознавательных знаков. И разве мог он позволить себе ездить по стране без надлежащей охраны. Даже того, что я знала об истории Эртландии, было достаточно, чтобы понять, что и тут отнюдь не все подданые испытывали почтение к своим монархам.

— Простите, мадемуазель, что не предупредил вас о приезде его величества, — сказал граф, когда я к нему подошла, — для меня самого его визит стал большой неожиданностью. И сейчас я вынужден просить вас о молчании. Его величество прибыл в Ланже инкогнито и не хотел бы, чтобы кто-то знал о том, что он находится здесь.

— Разумеется, ваше сиятельство, — кивнула я. — Я никому не скажу об этом ни слова.

— О, что касается мадемуазель Донован, то, полагаю, от нее вам нет необходимости хранить этот секрет, — улыбнулся он. — Она не из болтливых.

А я подумала о том, что хорошо, что сегодня я приехала сюда без Дженнифер — если бы девочка встретила короля, то точно не смогла бы сдержать своих эмоций. Да и он, если бы увидел нас с нею вместе, с куда большей вероятностью вспомнил бы, при каких обстоятельствах видел нас прежде.

— С какой целью прибыл сюда король? — спросила я.

И сама же поняла, что граф не даст мне ответа на этот вопрос. Если король прибыл сюда тайно, то, может быть, даже сам Ланже не знал о цели его приезда.

— Я знаю немногим больше вашего, мадемуазель, — сказал он. — Я предложил его величеству расположиться у меня в поместье, но он сказал, что предпочтет остановиться в Ланжероне.

— Значит ли это, что он намерен тут задержаться? — полюбопытствовала я.

Эта новость меня не слишком обрадовала. Пусть король и не узнал меня сейчас, он мог вспомнить что-то позднее. И зная его злопамятность и мстительность, можно было не сомневаться, что он сделает всё, чтобы прогнать нас с Дженни еще и отсюда.

И я подумала, что теперь мне придется рассказать Нинелле всю правду о Дженнифер — чтобы она знала, кому дала приют и сама могла оценить те риски, которые у нее из-за этого возникали. Умалчивать об этом и дальше было бы нечестным.

— Он не изволил мне об этом сообщить, — ответил граф. — Но я понял, что он пробудет тут как минимум несколько дней. Знали бы вы, мадемуазель, сколько волнений это мне доставляет! Ланжерон довольно спокойное место, но вы же понимаете, что может случиться всякое, а мне бы не хотелось, чтобы о визите в мое графство у его величества остались неприятные воспоминания. К тому же, в городе нет ни одной гостиницы, которая соответствовала бы статусу столь высокого гостя. Впрочем, я совсем вас заговорил. А ведь вы наверняка приехали ко мне не просто так.

Он посмотрел на меня, а я растерялась. Я уже была не уверена, что хочу сейчас начинать тот разговор, ради которого я приехала/

Все мои мысли были заняты визитом короля. Мне оставалось лишь надеяться, что даже если его величество задержится в нашем графстве на несколько дней, нам уже не доведется встретиться с ним снова.

Глава 26

Трудный разговор с Нинеллой я завела в тот же день. Она как раз сидела у сарая и чистила рыбу, которую они с Дженни принесли с реки.

Сначала я просто села рядом и долго молчала, не зная, как подступиться к теме. Мадемуазель Донован не выдержала сама.

— Ты что-то хочешь мне сказать? — она смысла с рук рыбью чешую и протерла нож.

— Да, — выдохнула я. — Я хочу тебе признаться. Когда мы были в столице, я сказала вам, что ищу работу, потому что мой отец разорился. Но это не совсем так. Да, он действительно потерял свое поместье, и мы лишились средств к существованию. Но он потерял не только поместье, но и титул. По указу короля.

Нинелла отложила нож в сторону, вытерла руки о передник и посмотрела на меня чуть более внимательно, чем прежде.

— Что же нужно было сделать, чтобы попасть в такую немилость к его величеству?

— Как ни странно, но почти ничего. Вернее, ничего дурного. Он всего лишь подобрал на дороге больного ребенка. А этот ребенок оказался дочерью государственного преступника, и когда король это узнал, то предложил папеньке выгнать девочку из дом. Но отец отказался, и гнев его величества был страшен.

Нинелла присвистнула — совсем по-мужски, и я вздрогнула от неожиданности.

— Вот оно что! — протянула она. — А этот ребенок, должно быть, и есть наша малютка Дженни?