Последний шанс (СИ) - Давыдова Ника

— Что?.. Эй!

Не успела даже осознать, что именно он имел в виду, как Нерргар внезапно крепко схватил меня за бедра и, одним уверенным движением, перевернул на живот. Я резко вдохнула, ладонями упираясь в постель, но не успела и повернуть голову, как его ладонь легла мне на лопатки, прижимая к кровати.

— Ах!

По внутренней части бедра будто бы тонким лезвием полоснуло, разом приводя меня в чувство.

Ну все. Он все-таки маньяк. И не сексуальный, как я начала подозревать, а самый обыкновенный, который распилит тебя по частям, распихает по пакетам и после этого уйдет спать крайне счастливый и довольный.

— Что ты?... — я задергалась и попыталась подняться, но Нерргар просто придавил меня ладонью к кровати.

— Уже успела напридумывать мне разных интересных предпочтений в постели? — пальцы погладили ранку, и неприятная боль тут же исчезла. — Или, может, тебе такое нравится?

— Вовсе нет! — я оперлась руками о кровать, пытаясь подняться, но тяжелая ладонь между лопатками очень этому мешала. — С ума сошел?!

— Не нужно так возмущаться.  — он вдруг прижался своим телом сверху, вдавливая в матрас, — Я всего лишь убрал маячок. Наши аватары изначально были помечены, чтобы перемещения были видны на экране, и было легко найти в случае чего. Теперь, если захочешь, сможешь монстров обмануть и скрыться. Ну разве не нужно сказать мне спасибо за это? Они так старались запрятать его, наверное, не думали, что кто-то решится тебя раздеть.

Ну, то, что творил со мной Нерргар было бы крайне несправедливо обозначить простым раздеванием.

— О таком предупрежда-а-а-а... — его чертова рука скользнула обратно между ног и  всего несколькими ловкими касаниями заставила меня начать терять рассудок.

— Ах, что еще я хотел сказать, — он вдруг укусил меня за плечо. На этом не остановился, и прихватил кожу зубами чуть ниже, а потом прошелся по местам укусов размашистым движением языка. — Получается, я твой первый, не так ли?

И тут я поняла, почему мне вдруг стало неприятно перед тем, как он резко перевернул меня на живот. Испуганно округлила глаза и вцепилась пальцами в простыню, пытаясь выползти из-под Нерргара.

Меня-то секс не пугает, но я совсем забыла, что у этого тела действительно есть некие пробелы в образовании.

— Все, брейк! Демо-версия закончена, остальное как-нибудь...

— Как это подло, — я не видела его лица, но чувствовала, что он ухмыляется, — распалила, а теперь на попятную?

Его голос обжигал не меньше прикосновений — низкий, довольный, с этой чертовой хищной насмешкой, в которой сквозила уверенность: я никуда не денусь.

— Это не "попятная", — пробормотала я, — это стратегическое отступление.

— М-м, — Нерргар тихо засмеялся, вибрация его груди отозвалась в моей спине, — уважаю. Но стратегические отступления обычно случаются чуть позже. Когда хотя бы один из бойцов чувствует, что больше недееспособен. Я покажу.

Я правда не успела ничего понять.

Короткая вспышка боли, которую тут же смело целой смесью совершенно других ощущений. Было ощущение, что я резко сорвалась с американских горок вниз.

Я заскребла руками по постели, пытаясь уцепиться хоть за что-то, но Нерргар сцепил мои запястья вместе свободной ладонью. Вторая скользнула под живот, заставляя чуть приподняться.  Его тело, прижимавшееся сверху, было горячим, как расплавленный металл, и каждое прикосновение обжигало, даже несмотря на то, что он все еще был в рубашке, и нас разделял один слой одежды.

Все было быстро, стремительно, жадно. Не было времени ни на слова, ни на мысли — только движения, только пульс в горле, только мои тихие всхлипы и его рваное дыхание, срывающееся с губ.

— М-м-м!

Он будто знал каждую грань, каждую слабость, каждую точку, где можно надавить — и сделать так, чтобы я забыла, как дышать. Воздух казался горячим и плотным, будто бы сама спальня вдруг стала слишком тесной для нас двоих, для жара между нами, для этого звериного, безумного притяжения.

Меня трясло от силы чувств, от его власти, от собственного беспомощного нарастающего желания, которое вспыхнуло со всей возможной силой. Зубы Нерргара вновь впились в кожу возле плеча. Не нежно. Сильно, больно. С жадностью зверя, который добрался до своей добычи.

— Я... не... могу...

Я извивалась под ним, сгорая изнутри, замирая между каждым его толчком и поцелуем, которыми он жадно касался моей спины, шеи, затылка. Внутри все горело, картинка перед глазами размазывалась от скопившейся в уголках влаги, и мне казалось, что вот-вот я потеряю сознание.

Уже не знала, кричу ли, плачу ли, — всё слилось в белый шум, в дрожь, что прошла волной от затылка до пальцев ног. Нерргар навалился сверху, вышибая из легких последний воздух. Его дыхание — тяжелое, горячее — пускало толпу неконтролируемых мурашек по телу.

— А вот теперь можешь использовать фразу про стратегическое отступление.

— Иди... к... черту.

Тяжесть чужого тела сверху исчезла, и стало легче дышать, я все равно осталась лежать в том же положении, что и была, потому что у меня просто не было сил, чтобы пошевелиться. Даже глаза открыть не могла. По всему телу пробегали остаточные искры, мышцы сокращались, а в мозг превратился в желе. Поэтому когда Нерргар неожиданно осторожно перевернул меня на спину, я даже не особо протестовала. Дышать, когда твоя голова не прижата к кровати, было определенно легче.

— Мне нравится твой дезориентированный вид, — раздался комментарий, — я был хорош?

Не помню, чтобы близость с кем-то могла заставить меня почти потерять сознание и лишиться всех сил. Так же как и не помню столь ярких ощущений. Я сделала это, потому что не видела иного выхода, но неожиданно все оказалось не так плохо. Весьма. Даже никаких ужасных ощущений не было, только покалывали места укусов, но это была приятная боль.

Ох…

Осознала, что полулежу, прижатая к боку Нерргара, а его рука по-собственнически поглаживает меня по бедру. Не раздумывая, ударила по наглой конечности.

Ответ на вопрос ему знать необязательно.

Он лишь тихо усмехнулся — низко, хрипло, и, мне кажется, я услышала что-то, похожее на довольное урчание, как будто я только что подтвердила его превосходство. Рука, правда, послушно убралась, но через пару мгновений ладонь вернулась на безопасное место — на мой живот, чуть выше пупка, и осталась там, тёплая и тяжёлая.

Я рефлекторно вздрогнула.

— Значит, да, — самодовольно заключил Нерргара.

— Значит, больше тебе не светит, — буркнула я, всё же соизволив открыть глаза.

— Ты так говоришь, будто у тебя есть выбор, — лениво произнёс он, опуская взгляд к своей руке, которая всё ещё покоилась на моём животе. Пальцы чуть сжались, не причиняя боли, просто напоминая о себе. — Но я ведь уже тебя поймал.

Я мотнула головой — неуверенно, потому что движения давались с трудом. Казалось, что всё тело принадлежит не мне, а кому-то другому.

— Не льсти себе. Это была разовая акция.

Чтобы ты перебесился и оставил меня в покое.

— Вот как? — влажный язык скользнул от уха к скуле,  — И что я должен сделать, чтобы получить еще одно разрешение?

— Отлипнуть. — я завозилась, пытаясь принять вертикальное положение.

Ясность мыслей постепенно возвращалась. Вместе с ней и осознание, что я лежу в объятиях Нерргара голая, в то время как он так и остался в рубашке и брюках. Правда первая была расстегнута почти до пупка, а штаны… Ой, туда я смотреть не буду.

— Не человек, а одно сплошное противоречие.

Я не поняла, было ли это оскорбление, или своеобразный комплимент, да и времени подумать над этим не было: Нерргар вдруг резко встал, потом подхватил меня на руки, и, абсолютно игнорируя все мои возмущения понес в ванную. Да что же за маршрут у меня закольцованный, что я туда-сюда все время курсирую?!

Против совместного купания я тоже была категорически против, но злодею было на это кристаллически посрать. Благо, что он действительно держал себя в руках и не особо приставал, если, конечно, не считать постоянных попыток укусить меня куда-нибудь в заднюю часть шеи.