Пока жизнь не разлучит нас, Дракон (СИ) - Элари Елена

Мы будто попали в «основные» комнаты, стало теплее, полы укрывали тёмные ковры с длинным, поглощающим звуки ворсом. Приятно и успокаивающе было зарываться в него пальцами ног, щекотать ступни. И Зои дала мне эту возможность, остановившись у ступеней, на вид холодных и скользких.

– Звать-то, как? – она очень пристально на меня смотрела, неприязненно, хоть и заботилась о моём благополучии. – Молчишь, будто язык проглотила.

– Сложно осознать происходящее… – призналась я. – Вот и теряюсь, что говорить.

И умолчала, что меня отвлекают цветы на стенах, несуществующие для остальных, но явно ведущие куда-то, куда мне – очень странно – до боли хотелось пройти.

– Понимаю, – кивнула Зои. – Этот болван напугал тебя? Роберт бывает устрашающим. Это мой младший брат, живёт в западном крыле дома с женой. Он большой, но безобидный, поверь.

Я кивнула, зябко обхватив себя за плечи.

Интересно, здесь тоже зима? В моём мире заканчивался февраль, и лежали сугробы по пояс.

– Стеша, – представилась, спохватившись. – Меня зовут Стеша.

– И как мой брат тебя уговорил проследовать за ним? Расскажи о себе, после я введу тебя в курс дела за чашечкой горячего чая. Ты верно продрогла с дороги и натерпелась страха… Но, – потрясла она пальцем, – особого отношения к себе не жди, девочка! Я ни с кем не нянчусь. И недотёп не люблю. Вот чего опять замолчала?

– Не хотела перебивать, – проговорила я недоумённо.

И в этот момент Роберт вернулся, чтобы поставить передо мной меховые, красиво сшитые тапочки-башмачки и протянул шерстяную накидку, в которую я тут же укуталась с головы до ног.

– Спасибо.

Он выглядел простым, только очень крупным. И печальным… Лишь стрелочки морщинок вокруг пронзительных голубых глаз выдавали, что был у него когда-то весёлый нрав. А вот трёхдневная щетина и плотно сжатые тонкие губы добавляли суровости.

Он не стал подниматься с нами наверх, я же старалась не отставать от Зои, которая, в отличие от меня, лишь для вида вела ладонью над перилами, уверенно ступая по узким ступеням.

– Мне двадцать пять, – начала я.

– И замужем не была? – хмыкнула она.

– Нет.

– Но испорчена наверняка?

Мне сделалось неприятно. На самом деле, нет. Но оправдываться, означало бы, что я согласна с формулировкой. И с тем, что она вообще имеет право спрашивать о таком.

– Замужем, – повторила я с нажимом, – не была. Родителей лишилась рано, жила под опекой сводного брата. С ним и случились проблемы. Роберт меня спас, вовремя или нет, но появившись…

– Что же стряслось? – сухо поинтересовалась Зои, при этом перебив как раз на моём объяснении, когда мы вышли в небольшой, но светлый коридор и она открыла дверь в уютную гостиную с деревянным круглым столиком посередине и молочного цвета креслами вокруг него.

Её вряд ли заботила моя история, этой женщине, скорее всего, нужны сухие факты: свободна или нет, есть ли дети, заболевания и тому подобное.

Оно и к лучшему, значит, могу закончить эту тему лишь парой фраз. А не рассказывать, как…

Глава 2.2

– Меня собирались отдать, – говорила я по телефону днём ранее. 

Подруга не совсем понимала моего беспокойства.

«– Влад, единственный твой родственник, не неси чушь!»

– Может мне и показалось, – закусила я губу, стирая крошки с обеденного стола. 

Кухня у нас была крохотной и вечно заваленной посудой, какими-то баночками и вещами, на дверной ручке висел пакет с пакетами и полотенце для рук. На узком подоконнике цветочные горшки уже напоминали какую-то груду из земли, корней и зелени, но проредить этот дикий сад брат не разрешал. 

На синем цветке зажжённого газа пыхтел белый чайник в горошек, рядом в сковороде трещала картошка с луком. 

Влад должен был вот-вот прийти с работы, он обеспечивал нас двоих, потому что меня недавно уволили из школы. Ни за что, просто попала под сокращение. Работала учительницей музыки в частном учреждении. 

И мне бы быть благодарной Владу, что поддержал. Да только ему самому требовалась помощь… 

Я забросила очередную бутылку в мусорное ведро и закончила, наконец, уборку. 

«– Конечно, показалось, – продолжала щебетать подруга в трубку, – ты просто услышала, что у него долги. А дружки его пошутили некрасиво. Это только в фильмах бывает такой ужас. А ты ему просто запрети в следующий раз домой компании приводить и не придётся больше ни с кем сталкиваться!»

– Легко сказать, – устало опустилась я на стул и выглянула в окно.

Город казался сплошными квадратами из серых окон и клеток гудящих кварталов. Тоска… Хотя порой я и находила в этом нечто умиротворяющее. 

Уже начинало темнеть и то тут, то там зажигались окна и фонари. 

– Я завтра пойду устраиваться кассиром, – призналась подруге. – Уже две недели нигде пристроиться не могу. Пусть лучше так, а параллельно буду подыскивать место получше. Или попробую частные уроки давать. Но зарплата в любом случае не сразу появиться, а Влад сердится…

Подруга недовольно фыркнула:

«– Как деньги у тебя тянуть, так он рад был. А как поддержать в трудные дни… Ладно, слушай, если хочешь, – протянула она, – у меня погости, пока Влад в себя не придёт? Давай, собирайся прямо сейчас».

Мне показалось это хорошей идеей, и пусть неловко было стеснять её, я быстро набросала полный рюкзак вещей и уже думала переодеться, как услышала скрип ключа в замке. 

И возились с замком долго, подозрительно долго, из-за чего я поняла, что Влад снова пришёл, будучи слегка не в себе. 

– Стеш, – позвал он прямо с порога, ввалившись в дом. – Стеша-а! Пахнет вкусно, накроешь на стол? Я тебя познакомлю сейчас кое с кем.

И я, услышав незнакомые голоса, от греха подальше тихонько закрылась у себя, тщетно надеясь, что меня оставят в покое, если не покажусь им на глаза. 

Но ручка двери запрыгала вверх-вниз, и я вздрогнула от первого в неё удара.

Глава 3.1

В квартире этой даже стены были хлипкими, что уж о межкомнатных дверях говорить. 

Я заметалась по спальне в поисках телефона, но с досадой поняла, что его нет. Тогда открыла окно, позволяя сырому и холодному ветру запутаться в моих волосах, и свесилась с подоконника. 

Внизу никого. 

Однако всего этого Владу было неизвестно. 

– Я легла спать, – попыталась утихомирить его без конфликта, схитрив. – Пожалуйста, перестань шуметь! Или я вызову помощь.

В ответ последовали чертыхания и в дверь ударили сильнее.

– Врать надумала? Выходи, кому говорю, не позорь меня перед друзьями!

– Так иди, развлекай своих друзей, – отозвалась я, в отчаянье переворачивая вещи в поисках хоть чего-нибудь, чем могла бы защититься. – Я тебе зачем? Ужин приготовлен, иди, остынет ведь.

Но и это не подействовало. Дверь с оглушительным хрустом сломанного замка распахнулась, открывая мне вид на Влада, высоченного и короткостриженого, взирающего на меня из под нависших широких бровей, от чего взгляд становился ещё более тяжёлым. Двое его приятелей стояли за спиной, такие же крупные, но в отличие от негодующего, раздражённого Влада, с весёлыми чертями в глазах и… азартом. 

Никогда бы не могла подумать, что брат так просто станет подвергать меня опасности…

Когда моя мама вышла за его отца, мы были совсем ещё детьми. Он часто провожал меня в школу, не стеснялся держать за руку, переходя дорогу, помогал таскать тяжёлый рюкзак.

Что-то надломилось в нём, когда Влад лишился отца. Тот долго болел… Затем не стало и матери. 

И если меня поддерживала мысль, что родной человек у меня всё же имеется, то Влад об этом, видимо, забыл и утешение нашёл совсем в иных вещах и людях. 

Теперь эти люди, схватив меня за руки, просили Влада оставить нас наедине.

– … мешаешься тут, оглобля. Или чего хочешь?

– Ничего, – буркнул Влад, отступая к выходу. – Но после чтобы ни слова о долгах, ясно? Я заслуживаю уважения, видите, я всегда за слова и действия свои отвечаю!