Кожевник из Долины Ветров (СИ) - Град Артем

Стук в дверь раздался именно в тот момент, когда я собирался швырнуть испорченный сапожок в стену. Остановило только понимание, что стена не виновата, а сапог - единственный в своем роде.

- Тео? Ты там живой? - голос Марты просочился сквозь щели старого полотна. Она не дожидалась ответа: дверь скрипнула, и в мастерскую вплыл аромат свежеиспеченного хлеба и топленого молока. - Ох, и темень развел. Глаза же испортишь, дурачок. - Она поставила тяжелую корзину на край скамьи и замерла, заметив мой вид. Я не успел спрятать руки, не успел стереть с лица то выражение пустой обреченности, которое, должно быть, выглядело дико. Марта медленно подошла ближе, её взгляд упал на изуродованную детскую обувь в моих руках.

- Испортил? - тихо спросила она, не осуждающе, а скорее с какой-то материнской печалью.

- Испортил, - мой голос прозвучал чужой и хрипло. - Промахнулся. Руки... не слушаются, Марта.

Она вздохнула, присаживаясь на край табурета. Её руки, натруженные и узловатые, привычно легли на колени.

- Это от сердца идет, Тео. Ты за работу берешься, а мысли твои - на погосте, подле батюшки. Нельзя так. Кожа - она же живая была, она чувствует, когда у мастера душа не на месте. Ты её не шьешь, ты её мучаешь.

Я промолчал. Пускай думает, что дело в Александре. Так проще. Я положил сапожок на верстак и вытер ладони о грязный фартук. Пришло время возвращать себе контроль, хотя бы через бытовые вопросы.

- Марта, мне нужны материалы. То, что здесь есть... - я обвел рукой склад старых обрезков и чаны с ворванью. - Это мусор. Мне нужна качественная кожа. Телячья, тонкой выделки, желательно из Ривенхолла. Козлина, замша, сыромятина, чепрак.. И реактивы. Уксусная эссенция, квасцы, масла... Нам нужно наладить поставки.

Марта смотрела на меня, широко раскрыв глаза.

- Ты что ж, всю казну Охотника на шкурки спустить решил? Да на те деньги, что в кошеле, можно корову купить! А то и две! Куда нам столько кожи-то? Кто здесь её носить будет?

- Здесь - никто, - я отрезал жестко. - Но мы не будем вечно шить для этой деревни. Если я хочу, чтобы о Мастере Эйре узнали за пределами этой пади, мне нужен материал, который не стыдно в руки взять. Золото - это инструмент, Марта. Такой же, как нож или шило. И я собираюсь его использовать.

Я замолчал, подбирая слова для самого важного. Сапожки Лины наглядно показали: с местным инструментом я — калека. Мне нужно было вернуть себе ту ювелирную точность, которая когда-то была моим вторым «я».

- И еще... Инструменты. Марта, мне нужны иглы. Настоящие. Не эти ржавые гвозди, которыми можно дырки в заборе ковырять. Тонкие, стальные, чтобы проходили сквозь ткань как сквозь масло. Короткие, длинные, граненые...

Марта нахмурилась, вглядываясь в мое лицо.

- Так ты что же... не только кожу шить собрался? Александр-то, покойный, всегда говорил: «Сапожник - к сапогам, портной - к кафтанам». Не гоже это, Тео, всё в одну кучу мешать.

- Я не сапожник, Марта, - я посмотрел ей прямо в глаза, и она невольно отпрянула. - И не портной. Я - Мастер. И я хочу иметь возможность работать с любым материалом. Мне нужно вернуть себя …- я осёкся -… свои возможности. Где мне найти такие иглы? Ривенхолл?

Женщина долго молчала, задумчиво перебирая бахрому своей шали.

- Такие на рынке не купишь, Тео, на заказ куют. - наконец произнесла она. - Есть один кузнец толковый, только путь неблизкий. В соседней деревне, что за Черным логом, живет Ингвар. Его Хромым кличут. Он кузнец, но не из тех, что подковы гнут. Говорят, он когда-то в самом Ривенхолле при оружейной палате служил, да ногу на войне потерял, вот и вернулся на родину. Он для белошвеек городских иглы делает, да для ювелиров щипчики всякие.

Я почувствовал, как внутри шевельнулось нечто похожее на азарт. Первая реальная цель.

- Ингвар... Как далеко это?

- Идти через лес придется, Тео. Дорога там одна, но сейчас, после дождей, её развезло. Не меньше двух дней в одну сторону, если нога твоя позволит. А с твоей хромотой... - она скептически оглядела меня. - Хромой Ингвар да Хромой Тео - вы подружитесь.

Я оценил иронию, но виду не подал. Марта продолжила:

- Поговаривают, зверье из Долины Ветров совсем обнаглело, неспокойно там.

Взгляд блуждал по комнате пока не зацепился за трость, стоящую в углу. Нога ныла, напоминая о шрамах, но это было ничто по сравнению с тем зудом в пальцах, который я испытывал. Мне нужны были эти иглы. Без них я останусь лишь тенью того Артура Рейна, которым был. Без них я не смогу «взломать» свою новую жизнь.

- Пойду, - сказал я, и это не было вопросом. - Завтра на рассвете. Собери мне в дорогу еды, Марта, пожалуйста

- Да куда ж ты... - она всплеснула руками, но, увидев мой взгляд, осеклась. - Упрямый, весь в отца. Ладно уж. Еды соберу, да мазь от растяжений приготовлю. Только обещай, что не полезешь в самую чащу, если стемнеет.

Она ушла, продолжая что-то ворчать под нос о «молодежи, которой дома не сидится». Мастерская снова погрузилась в сумерки, но теперь они не казались мне такими давящими. Я подошел к верстаку и взял испорченный сапожок. Теперь я смотрел на него иначе. Это была не просто ошибка, это был урок. Я исправлю его. Позже. Когда у меня будут инструменты, достойные мастера. А пока... пока мне нужно было выйти за пределы этой маленькой клетки из кожи и ворвани.

Я коснулся куколки в кармане. София… Я найду ответы. Если для этого нужно пройти через все леса этого мира, я пройду

За окном медленно гас закат, окрашивая Ольховую Падь в цвета старой меди. Глава моих поисков только начиналась, и впервые за долгое время у меня был четкий маршрут. Два дня пути. Хромой Ингвар. Тонкие стальные иглы. Мой путь к самому себе.

*Это конец 9 главы. Друзья, ставьте лайки! Это мотивирует автора на дальнейшую работу) И спасибо, что остаетесь с Артуром, ему сейчас не просто

Глава 10. Визит в "Черный Лог"

Очередное утро в Ольховой Пади выдалось по-осеннему сырым и колючим. Туман, густой, как парное молоко, выползал из низин и обволакивал мастерскую, пытаясь просочиться сквозь щели в дверях. Я стоял у верстака, методично укладывая вещи в старую кожаную сумку.

Внутри всё еще было пусто и гулко после вчерашнего. Тени воспоминаний о дочери, которых я так отчаянно касался, оставили после себя лишь пепел и тупую боль в затылке. Но вместе с этой болью пришло нечто новое - холодная, почти кристаллическая ясность. Я больше не хотел быть призраком в теле Теодора Эйра. Я хотел быть мастером, у которого есть право на собственную жизнь. Бережно завернул в промасленную тряпицу свои «лучшие» инструменты: пробойники, пару шильев и вощеную нить. Последним в сумку отправился сверток коричневой кожи - мой неприкосновенный запас. Я планировал сделать из него бандаж на правую ногу: продырявленная несколькими днями ранее, она то и дело начинала ныть так, будто железный прут из нее все еще не достали. Но сейчас просто положил его поверх сухарей.

- Опять ты за своё, Тео? - Гулкий бас Стефана заставил меня вздрогнуть.

Плотник стоял в дверях, подпирая косяк плечом. Его массивная фигура почти полностью перекрывала свет, льющийся с улицы. Марта стояла чуть позади, нервно тиская край фартука.

- Я должен идти, Стефан, - не оборачиваясь, ответил я, затягивая ремень сумки. - Мне нужны иглы Ингвара. Те, что остались от отца, годятся только для мешковины.

- Иглы ему нужны... - проворчал Стефан, проходя внутрь. От него пахло свежей стружкой и сосной. - Ты посмотри на себя. Ты до колодца через раз без одышки доходишь, а до Черного Лога два дня пути через лес. Ветер там сейчас злой, а волки еще злее.

- Значит, я пойду ооооочень медленно и очень осторожно, - я наконец повернулся и посмотрел ему прямо в глаза.

Стефан замолчал. В его взгляде, обычно по-отечески снисходительном, промелькнуло удивление. Наверное, Теодор никогда так на него не смотрел - прямо, без тени заискивания или испуга.