Мои драконы. Император, князь и я (СИ) - Демидова Татьяна

И я даю вовлечь меня в эту игру. Моих рук не видно под приятно пузырящейся водой. И я смелею, во мне просыпается любопытство.

Поддаюсь властным направляющим мои рукам императора. Все верно. Он мой муж, и я хочу узнать его ближе. Так же близко, как и моего Стейна.

У нас не было столько времени для этого, но я надеюсь… я очень надеюсь мне хватит смелости и решительности сейчас.

Мои пальцы снова касаются возбужденной мужской плоти и осторожно смыкаются на ней.

Император резко выдыхает сквозь зубы и откидывается спиной на высокий бортик.

— Продолжай, сокровище мое, — прикрывает он веки. — Сожми его чуть крепче.

Я пробую это сделать и в первый момент пугаюсь. Глаза невольно округляются. Как это все поместится во мне? Я знала анатомию, но знать и осязать своими же руками, чувствовать, как она движется в тебе, восхитительно горячая, твердая и такая нежная на ощупь.

Я скольжу ниже по твердому стволу, смелею еще больше и пытаюсь обхватить член второй ладонью. Аллард что-то сдавленно шипит сквозь зубы про то, что терпения у него намного меньше, чем он думал.

Его руки внезапно приподнимают меня к его лицу и дракон обрушивает на мои губы всю свою страсть, что сдерживал до этого.

Боги, я совершенно перестала чувствовать свое тело. Растворилась в тягучих глубоких движениях упругого мужского языка, в жадной нетерпеливости его губ, в его жаре, что заполнил все мое тело.

Вторжение же в этот раз плавное и медленное. Осторожное очень. И я понимаю почему. Император все же крупнее моего князя. Он погружается в меня постепенно, короткими и уверенными толчками насаживая на свою горячую каменную плоть.

Теплая вода расслабила все мышцы, поэтому и в этот раз я не ощущаю сильного дискомфорта. Только наполненность внизу растет. Чувствую, как большой член растягивает меня изнутри, даря невероятное чувство единения с мужем.

Да, теперь мы едины с ним.

— Ролана, жизнь моя! — восхищенно рычит Аллард, когда метка на моем запястье вспыхивает, подтверждая наш брак. — Золотая моя девочка! Единственная…

Он покрывает мое лицо хаотичными нежными поцелуями и ускоряет свои движения. Брызги летят во все стороны, и я уже не пытаюсь контролировать себя. Полностью отдаюсь новым ощущениям уже знакомого мне полета и лопающихся пузырьков в животе.

Запрокидываю голову к высокому расписному потолку и вижу… небо. Надо мной облака и голубая свободная синь. Вот именно туда я сейчас взлетаю на вновь обретенных крыльях. Взмываю и снова с шумом и плеском опускаюсь в воду.

Еще! Еще! И вода не может охладить раскаленные от страсти тела. Мне кажется я уже в жидком огне вся целиком. Впитываю его в себя и все никак не могу насытиться.

Что со мной произошло? Я стала женой двух драконов.

— Наше сокровище… — слышу я низкое довольное урчание, перед тем как провалиться в ласковую темноту после опустошительного взрыва наслаждения.

Глава 21. Первое утро

Мое первое утро замужества начинается рано.

Казалось бы, после насыщенного эмоциями вчерашнего дня и переполненной яркими чувствами беспокойной ночи, я должна была бы спать, и спать, и спать…

Но нет, я просыпаюсь привычно рано, как от толчка. Распахиваю широко глаза в минутной растерянности. Потом вспоминаю, что сегодня не нужно идти в госпиталь. Оглядываюсь, убеждаясь, что все вчерашнее мне не приснилось? и цепляю взглядом, как закрывается дверь в спальню за широкой спиной императора.

Он полностью одет, в камзоле, и я приподнимаюсь, понимая от чего я проснулась: от его лёгкого поцелуя в висок и едва слышного шёпота «сокровище моё».

И тут же в ответ на моё движение меня обхватывают со спины сильные мужские руки, собственнически притягивая к рельефному горячему телу.

— Ролана моя, — жаркий выдох моего князя в моих волосах, — так сладко спала… — ласкающее движение его широких ладоней по моему животу, — ещё очень рано.

— Аллард, он… — робко спрашиваю я, позволяя Стейну прижать меня к себе крепче.

— Специально встал раньше, чтобы разгрести все дела и провести этот день с тобой. Он не предполагал, что так все получится, поэтому заранее не успел это сделать. У меня тоже полно дел, но я их загодя сдвинул на полдень. Знал, что не смогу сейчас от тебя оторваться.

Наклоняю голову, подставляя шею под его твёрдые губы, и не могу сдержать стон от движения упругого горячего языка по нежной коже.

— Ммм… — довольно выдыхает Стейн, тревожа волоски у моей шеи, — какая же ты чувствительная. Моя чувственная красавица. Пожалуй, я не позволю тебе сейчас спать. Иди ко мне.

Стейн ловко опрокидывает меня на спину, подминает под себя, накрывая своим большим горячим телом.

Ах!

Его пальцы проникают между моих бёдер, поднимаются выше, трогают моё вмиг увлажнившееся лоно.

— Стейн, любимый, — ошеломленно шепчу я, смущаясь и… разгораясь от его напора, от силы его желания. — А если кто из горничных войдет?

Наша истинная связь натягивается торжествующей струной, настаивая продолжать закреплять, требуя немедленно стать единым целым.

— Еще слишком рано, счастье мое. И дворцовая прислуга не войдет без сигнала, скромница моя, — слышу его тихий смех.

Он раздвигает мои мокрые лепестки, неглубоко погружает внутрь свои пальцы, и его зрачки резко вытягиваются в вертикаль.

— Идеальная моя, ты готова меня принять, едва тебя коснулся, — довольно шепчет в мои губы Стейн, жадно втягивая носом мой запах, — жена моя, княгиня обожаемая, — его ласкающие пальцы замирают. — Или будешь спать?

В его голосе улыбка. Мне же теперь совершенно не до сна. С моих губ срывается недовольный стон, а бёдра сами собой раскрываются, прижимая подрагивающее от желания лоно к его замершим пальцам.

— Нет, Стейн, — краснея от своего бесстыдства, шепчу я. — Не хочу спать.

— Меня внутри хочешь? Ммм?.. Скажи, Ролана.

— Стейн! — щёки полыхают.

— О, как бы я хотел это услышать от тебя, чтобы сама сказала, — довольно смеётся он и снова двигает своими волшебными пальцами, собирая подушечками мою обильную влагу, — но я пока поберегу твою скромность, нежная моя. Просто кивни. Хочешь?

Ловлю его взгляд, изумрудный, горящий, восхищенно-предвкушающий. Вертикальные зрачки аж пульсируют от сдерживаемого желания.

Прерывисто вздохнув, киваю.

Моей наградой за смелость становится широкая счастливая улыбка моего князя. Как же он красив… И решителен!

Ему достаточно одного моего кивка, чтобы перейти в атаку.

Мой дракон властно раскрывает мои бедра широко, глубоко и плавно наполняет меня одним уверенным сильным толком.

Мой протяжный стон взлетает под потолок, и всё исчезает. Остаются только его всё ещё осторожные движения, жадные головокружительные поцелуи, его жаркий порочный шёпот о том, какая нежная и тесная, как ему хорошо в моей глубине, как он хотел бы увидеть как смыкаются вокруг него мои сочные губы, и… о боги! Как бы он хотел наполнить меня вместе с императором, одновременно…

— Я дождусь, когда ты, наша скромница, осмелеешь, — довольно глядя в мои распахнутые от такого заявления глаза и целуя мои раскрасневшиеся щёки, — но пока… привыкай. Мы не будем торопиться. Всему свое время, Ролана. А времени у нас теперь — целая вечность, любовь моя.

— Стейн, Стейн… я… — умоляю его сама не зная о чем, чувствуя, как всё тело охватывает уже знакомое по нашей близости напряжение.

— Тшшш… — накрывает он мои губы своими.

Его движения становятся резче, глубже, и мы вспыхиваем наслаждением одновременно. И я счастливо улыбаюсь, окутанная любовью моего дракона.

Всё же проваливаюсь снова в сон, осыпанная лёгкими поцелуями, поглаживая мужа в ответ.

Моё новое пробуждение снова в объятиях Стейна. Он не спит, стережёт мой сон.

Улыбается с таким восхищением в глазах, потом наклоняется и затягивает в глубокий страстный поцелуй.

И… новая близость. Мой ненасытный дракон никак не может оторваться от меня.