Путь Строителя. Дилогия (СИ) - Ковтунов Алексей

После запоя человек обычно не ест сутки, а то и двое. Это я знал еще из прошлой жизни, насмотревшись на разных людей в разных состояниях. Организм сначала отказывается от еды, потом резко вспоминает, что голоден, причем вспоминает с большим интересом.

— Берите, — кивнул я на рыбу, — Мне одному столько не съесть.

Хорг помолчал секунду, потом встал с ведра без лишних слов, и просто ушел. Обиделся что ли? Хотя ладно, мне же больше достанется. Достал мастерок, кое-как впорол рыбу, почистил… И к этому моменту как раз вернулся Хорг, неся в кулаке небольшой холщовый мешочек. Швырнул его мне, я поймал.

Соль? Вот это уже разговор!

Костер развели тут же во дворе, благо место для него было обжитое. Рыбу натер солью снаружи, сыпнул чуть в брюхо, нанизал на шпажки и установил над углями. Шипение, запах горящей поджаристой кожицы, от которого живот свернулся в узелок, а изо рта чуть не брызнула слюна.

Хорг устроился напротив и с совершенно пустым взглядом смотрел на карасей, но судя по тому, как часто он сглатывает слюну, видно, что к рыбе здоровяк явно неравнодушен. За время готовки Хорг не проронил ни слова, да и я сам не заводил общение. После нескольких дней в одиночестве и недавнего разговора про песни для Карлы совместное молчание казалось вполне уместным.

Рыба получилась хорошей, хотя я вряд ли могу трезво оценивать ее качество, когда изголодавшийся организм готов молиться за каждую калорию. Может это и не ресторанное блюдо, и косточек многовато, но с солью это было уже что-то настоящее, а не просто способ набить желудок. Хорг ел неторопливо, обстоятельно, изредка сплевывал косточки в сторону. Думал о чем-то своем, и я не мешал.

Солнце между тем ощутимо просело к горизонту. Небо над лесом начало наливаться густым оранжевым, тени от деревьев вытянулись через всю улицу. Хорг доел последнего карася, вытер руки о штаны, помолчал еще немного и вдруг хлопнул в ладоши.

— Всё, хватит рассиживаться, — поднялся он с места, — Солнце уже почти село, а несколько рядов положить еще успеем. Утром доделаем дымоход. — он двинулся к дому, на ходу добавив, — Так и быть, всё что выше крыши будешь выкладывать сам. Справишься — хорошо, не справишься — переделаю.

Это прозвучало не как похвала и не как доверие. Скорее как констатация факта: работа есть, руки есть, значит делай. Но для Хорга и это было немало.

Работали при свете факела, который он воткнул в щель между камнями у входа. Огонь коптил и потрескивал, тени от кладки прыгали по стенам, но руки уже привыкли к этой работе и особого освещения не требовали. Хорг клал молча, я подавал раствор и кирпичи, изредка клал сам, когда он кивал в нужную сторону. Несколько рядов легли ровно и быстро, без разговоров и без лишних движений.

В какой-то момент Хорг отступил, оценил кладку и снова хлопнул в ладоши, на этот раз тихо, скорее для себя.

— На сегодня хватит. — и больше ничего не добавил.

Пока он собирал инструмент, я положил руку на верхний ряд и активировал анализ.

[Анализ конструкции]

[Тип объекта: отопительная печь, стадия строительства]

[Качество исполнения с учетом материалов и типа конструкции: 61%]

[Выявленные недостатки: незначительная неравномерность шва в северо-западном углу — в пределах допустимого]

[Прочность при текущих параметрах: хорошая. Конструкция готова к продолжению кладки после выдержки — не менее 6 часов]

И всё-таки процент качества подрос, когда трезвый Хорг взялся за дело. Но я и не претендовал на звание великого строителя средневековья, мне еще учиться и учиться. Нет, рано или поздно я обязательно стану лучшим, это даже не обсуждается, но пока стоит трезво оценивать свои возможности.

[Совместимость: 88%]

А вот это уже приятно, за сегодняшний день добавилось еще три процента только за эти ряды и изготовление новой верши. Силы после анализа просели привычно, в голове слегка загудело, но уже не так сильно, как в первые разы. Хотя и перед анализом я чувствовал, как меня переполняет азарт и силы. То ли привыкаю, то ли научился не тратить лишнего. То ли научился копить Основу? Гм… Этот момент можно будет обмозговать.

Хорг тем временем уже завернул инструмент в тряпицу и направился к выходу.

— Инструмент почисть, — бросил он на ходу, — И всё, можешь идти. Нечего тут торчать до ночи, завтра работы хватит.

— Приберусь немного, — отозвался я.

Хорг остановился и даже обернулся, удивленно уставившись на меня.

— Зачем? Завтра всё равно продолжаем, опять насоришь. А вот как закончим, так и уберешься основательно.

— Заказчик может вернуться раньше срока, — пожал я плечами, — Придет, а тут глиняная каша на полу и кирпичная крошка по углам.

— Ну и что с того? Стройка — не горница, грязно и должно быть.

— Можно прийти и увидеть разруху, — продолжил я, не споря, а скорее объясняя свою позицию. — А можно прийти и увидеть чистоту и почти готовую работу, и второе запоминается иначе. Потом соседу расскажет, тот другому.

Хорг посмотрел на меня секунду, потом пожал плечами.

— Как хочешь. Только инструмент сначала.

На этом он ушел, а его шаги вскоре затихли за углом, потом стихло и всё остальное.

Инструмент почистил первым делом, это само собой разумеется. Снял раствор с мастерков, протер полотна сухой тряпкой, проверил рукоятки. Хорг прав в одном — инструмент всегда должен быть готов к работе, это не обсуждается. Но на этом останавливаться не стал.

Собрал обломки кирпича в угол, рассортировал то, что еще годится, от откровенного мусора. Смел глиняную крошку с пола к порогу, потом вынес наружу. Тряпки, которыми была накрыта мебель, поправил так, чтобы лежали ровно. Ведра составил у стены, мешки с остатком глины завязал, чтобы не рассыпалась. Потратил на всё это от силы минут двадцать, но результат того стоил.

Когда закончил, встал посреди комнаты и огляделся. Практически достроенная печь, чистый пол, аккуратно сложенный материал. Вельт войдет сюда и поймет сразу — здесь работают люди, которым не всё равно. Это не гарантия хорошей репутации, но маленький кирпичик в ее основание. Таких кирпичиков надо много, и каждый важен.

Подхватил лопату и уже собрался выходить, когда память вдруг подбросила кое-что неожиданное… А ведь у меня есть жилище!

Я остановился прямо на пороге. Собственное жилище, не дом Хорга, не дом заказчика, а именно мое. Память подсветила направление, куда идти, примерно где находится, но как оно выглядит внутри, не показала. Просто, грубо говоря, адрес без картинки.

И почему это всплыло только сейчас? Несколько дней ночевал в доме заказчика, ел речных моллюсков и спал на полу, а собственное жилище спокойно ждало где-то в деревне и молчало. Память Рея продолжала выдавать информацию в самом непредсказуемом порядке.

Ладно, раз уж вспомнил, надо идти смотреть. Факел догорал, я подхватил его и вышел в темноту.

Глава 7

Ночная деревня показалась мне местом крайне недружелюбным. Факел задуло сразу, как только вышел из дома, небо затянуло тучами и кажется, вот-вот начнется ледяной пронизывающий до костей мерзкий дождик. Но это только кажется, пока не начался.

Память сразу подсказала несколько вариантов маршрута и я без раздумий выбрал самый короткий, через темные дворы. Люди все равно спят, может не будут кидаться с метлой на человека с лопатой, который случайно забрел в их двор посреди ночи. А может и будут, но у меня лопата, с ней как-то поспокойнее. Если что, опасаясь за ее сохранность сразу убегу.

Так-то даже хорошо, что факел погас. Пусть в деревне довольно темно, но и я зато не привлекаю внимания.

Жилище мое располагается где-то на окраине деревни, как раз со стороны леса. Дом пока не показывался мне на глаза, потому память и не всколыхнулась, да и судя по всему, живу я в не самом благополучном районе. Если деревню вообще можно делить на какие-то районы…

Тут всё просто, чем ближе к центру, тем ты круче. Дальше — хуже. Но, опять же, если ты можешь расколоть валун ударом кулака, то расположение твоего жилища на уважение уже никак не влияет. В этом мире, как и в любом другом, правит сила. Разумеется, не только физическая. Те же деньги тоже можно считать силой, как и интеллект, и связи. А лучше, разумеется, всё вместе.