Будни некромантки (СИ) - Радион Екатерина

— Каких? — так же тихо ответил Федель, с брезгливостью прижимая к себе то, что осталось от Эрнике.

— Собиратели… Изначально бесплотный дух, завладевший сознанием материального мертвеца. Они голодны до чужих костей, и от каждой новой, встроенной порой самым нелепым образом в тело, они становятся лишь си…

Договорить она не успела, рядом со щекой Мальдиры что-то просвистело, она ловко отклонилась в сторону и ударила наотмашь посохом.

Послышался треск, и Федель увидел, как что-то белёсо-жёлтое, раскрошившись, падает в траву под ногами. Рассмотреть подробнее не дал туман.

— Началось, — с довольной улыбкой заявила Мальдира, крутанув в руке посох. — Не оплошай, светлый.

И некромантка рванула вперёд, во влажный туман, окутавший её упругим холодным покрывалом.

Разговор с личем вывернул душу, если она, конечно, хоть в каком-то виде была у Мальдиры, наизнанку. Разбередил раны, о существовании которых Маль и не подозревала, и гнев, столько лет спящий в её сознании подобно древнему вулкану, требовал выхода.

“Хорошо, что он не увидит. Мальдира… ты монстр. Монстр, убивающий других монстров, повелевающий другими монстрами! Ты чудовище!” — зло подумала некромантка, на мгновение замирая и пронзая кусочками собственной души всё окружающее пространство.

Вспугнула лакриму, тут же поднявшуюся к облакам и отчаянно заголосившую.

“Зря я это. Сейчас ещё набредут, как пить дать набредут!” — недовольно подумала Маль, определив местоположение первого сборщика костей.

Четыре огромных шага по кочкам. Едва касаясь их, вперёд, только вперёд, и вот некромантка замерла рядом с костяным монстром, выискивая взглядом глаза. Они почти не светились голубым, а значит, тварь ужасно голодна.

Ударив наотмашь посохом по ближайшей ноге, состоящей, кажется, из бедренных костей оленей и рогов вместо копыт, Маль отскочила вбок. Подальше от этого сборщика и второго, медленно ползущего в сторону Феделя.

“Нужно работать быстрее! Почему вокруг только безмозглая нежить. Я могла бы подчинить кого-то!”

Мысли всполохами проносились в сознании, а Мальдира била и била по костям. До треска, до хруста, с наслаждением вдыхая запах костной пыли вперемешку с водой. С каждым ударом спокойствие вытесняло гнев, это слишком медленно, слишком мало, чтобы унять то пламя, что бушевало в груди.

Забывшись в собственной ярости, Мальдира пропустила несколько ударов, повредивших мышцы. Двигаться стало сложнее, а внимания на то, чтобы восстановить собственное тело, не хватало. Взревев, Мальдира в три невероятно сильных удара добила монстра, переводя дух.

Яркая вспышка света за спиной заставила встрепенуться и поспешить на помощь Феделю. Мальдира, забывшись в собственном отчаянии, совсем упустила его из внимания.

Сначала время замерло. Федель нервно крутился на месте, озираясь по сторонам. Странные шорохи вновь ворвались в его жизнь, вытаскивая наружу все самые потаённые страхи. И если в детстве была уверенность в том, что в темноте ничего нет, это лишь разыгравшееся воображение, то в этот момент клирик ясно осознавал: эти звуки реальнее некуда.

Поднялась с криком лакрима. Федель скривился, вспоминая рассказы Анитико о том, что они предвестники беды.

“Этого только не хватало. Всеблагая, защити!” — подумал священник, прижимая рукой с посохом к себе мумию Эрнике, а второй забираясь в карман рясы и сжимая святой символ богини.

Обычно он чуть теплел, давая ощущение того, что кто-то очень добрый и мудрый, невероятно могущественный и милосердный присматривает за ним, Феделем. Но не в этот раз. Отполированный тысячами прикосновений пальцев металла был холоднее льда.

“Нас… бросили? В этих землях действительно нет её благословения? Мы… одни?” — растерянно подумал Федель, а в следующий момент щёку обожгло.

Что-то тонкое и острое прорезало кожу, и капли алой крови собрались у края ранки. Утерев их рукой, клирик приготовился читать заклинания из тех, что всё же ниспослала ему богиня в своём храме в Кампере. И пусть могильный холод сделал ноги свинцовыми, неподъёмными, Федель не собирался умирать. Разговор с Кайлиннией разворошил уголья старых ран, и клирик был намерен если не исправить ошибки прошлого, то как минимум покаяться в собственных грехах.

Что-то прошелестело рядом, и Федель ударил наотмашь, добавив своему оружию частичку силы богини. Треск костей известил о том, что удар нашёл свою цель.

И в этот момент время словно решило нагнать свой бег, сорвавшись с цепи. Удары посыпались один за другим словно из ниоткуда. Били по рукам, наотмашь по лицу, чтобы жертва закрыла глаза и потеряла ориентацию в пространстве. И Федель, никогда раньше не сражавшийся ни с чем подобным, спасовал.

Отступил на шаг, по колено провалившись в болотную жижу. Взмахнул руками, едва не выпустив то, что должен был защищать. И в этот момент пришло осознание, что если не сейчас, то потом будет поздно. Недовольно рыкнув, Федель прочитал самое светлое из заклинаний из тех, что были у него.

Яркая вспышка озарила поляну, а клирик почувствовал, что силы покидают его.

Мальдира успела вовремя, чтобы ударить навершием посоха по массивной лапе, тянущейся к мумии Эрнике, и встать между Феделем и надвигающимся врагом. Лакримы хорошенько постарались, криками пригласив на “пир” даже тех, кто крепко спал. Маль шумно выдохнула, ногой пнула мумию в сторону отключившегося Феделя и приготовилась к сражению. Кто-то должен стоять на страже живых, если они сами не справляются.

Нападали со всех сторон. Первым показалось умертвие. Неплохо сохранившийся труп, сжимавший в ладони меч. Похоже, путешественник, не воин. Фрагментов доспехов Мальдира не нашла. Собрав все излишки жизненной силы, некромантка заарканила оживший труп, заставляя тот сражаться на своей стороне.

Невольный союзник был очень кстати, разрубив одним невероятно мощным ударом пикирующую лакриму. Истошные крики, к которым как-то незаметно привыкла Маль, стихли, и болота наполнились чавканьем и шорохами.

Ориентироваться стало легче. Прикрыв глаза, чтобы не полагаться на них в туманном мареве, Мальдира нашла ближайших несложных противников и отправила туда умертвие, сама же, развернувшись на пятках и сделав пару шагов вперёд, приняла удар второго сборщика костей, затаившегося на время.

Второй, пока ещё живой костяной монстр щёлкал импровизированными клешнями, уставившись на Мальдиру десятком голубых глаз. Этот был сильнее, придал себе форму, отдалённо напоминающую паука, но с жалом, как у скорпиона. К подобному противнику так просто не подобраться, и Маль, убедившись, что подчинённое умертвие справляется со слабой нежитью, принялась кружить вокруг сборщика костей, ожидая, когда тот совершит ошибку.

Нежить кружила вместе с Мальдирой, иногда для острастки делая ложные выпады. Мальдира уклонялась, зная, что рано или поздно выпад будет настоящим и это будет самым подходящим временем для контратаки.

ГЛАВА 17

Солнце окрасило горизонт в блёклые серые тона. Ночная густая темнота ушла, а туман остался. Мальдира перевела дух, убеждаясь, что умертвие, сражавшееся с ней бок о бок, упокоено. Хотелось, чтобы пошёл дождь, чтобы он смыл грязь и усталость, принёс покой, но на небе ни облачка. Звёзды стыдливо прячутся в светлеющей черноте, оставляя невольных скоморохов в одиночестве.

Маль устало рухнула на землю рядом с Феделем. Даже если бы кто-то поднялся из земли и решил напасть, некромантка вряд ли смогла бы найти в себе силы пошевелиться. Всё так быстро. Впрочем, как и всегда. Нет ни дня отдыха. Только вечная гонка, в которой жалкие попытки обогнать смерть обречены на провал. Даже если сейчас, на этом участке удалось выиграть, рано или поздно Всеблагая заберёт к себе всех и каждого.

И в моменты, подобные этому, кажется, что всё зря. Что нет смысла бороться, ведь конец известен заранее, предопределён.

Мальдира не любила лежать обессиленной и опустошённой. Лучше терять сознание, как тогда, в шахте. Проваливаться в забытьё, в котором нет ничего, кроме холода. Никто никогда не спрашивал, но Мальдира могла рассказать что там, за чертой.