Оберег от истинности (СИ) - Пивоварова Катерина

Как только его пальцы сжали моё запястье, через меня словно ток прошел. На задворках сознания мелькнула мысль «амулет!», но она была быстро вытеснена кружащим голову ощущением его близости. Падший с ним, с амулетом... И мне было мало — внутри разгоралась буря, тепло разливалось по низу живота, охватывая меня целиком. Дыхание сбилось, а каждый вдох был пропитан его запахом, окутывающим, как крепкое вино, туманя сознание. Хотелось еще. Воздух вокруг нас загудел, комнату заволокло пеленой, скрывающей всё, кроме лица Вэйла с золотыми глазами, застывшими в опасной близости. Его руки медленно скользнули по моей спине, опускаясь от лопаток к бедрам и мягко сжимая их. Я открыла рот, чтобы вдохнуть глубже, и чужие губы, воспользовавшись моментом, с жадностью накрыли мои. Его язык сразу властно проник мне в рот, перекрывая доступ к воздуху, позволяя вздохнуть только в коротких перерывах, когда мы отрывались друг от друга. Я обвила его шею рукой — ноги меня больше не держали. Внизу живота будто запульсировало второе сердце. Он подхватил меня за ягодицы, усаживая на прикроватную тумбу, его руки скользнули в мои волосы, оттягивая их назад. Голову охватила острая, но приятная боль, и я запрокинула её, поддаваясь этому ощущению. Он смотрел на меня, его золотые глаза словно прожигали кожу. Я облизнула губы, и он снова жадно прижался к ним. Обхватив его бедра ногами, я резко притянула его ближе. Он издал глухой рык, оторвался от губ и продолжил путь поцелуев вдоль моей шеи к ключицам. Прикосновения обжигали, а жар его тела грозил сжечь меня дотла. Я впилась руками в его спину, в исступлении стягивая рубашку, и заколка, которую я до сих пор сжимала, с тихим звуком упала на пол.

И тут амулет, будто проснувшись, подарил мне такую сильную боль, что я закричала, отталкивая Вэйла. Она раскалёнными иглами врезалась в каждую часть моего тела, заполняла голову жидким стеклом. Я скатилась с тумбочки на пол, обхватила колени. И боль милосердно освободила меня, отпустив в небытие.

Глава 18.2

Когда я очнулась, первой мыслью было, что я попала в Чертоги Творца и плыву по небу на облаке — так мягко и уютно мне было в нём лежать. Только после того, как я решила его потрогать — всегда было интересно, какие облака на ощупь — стало ясно, что я ошиблась. Облака вряд ли обтягивают в гладкие пододеяльники. Так где же я? Чья-то тёплая рука нежно коснулась моей щеки. Амулет начал нагреваться, я поморщилась и открыла глаза. — Прости, — услышала шёпот Вэйла совсем рядом. Я повернула к нему голову, но перед глазами стояла темнота. Мне понадобилось несколько мгновений, чтобы проморгаться и привыкнуть к ней. Наконец, я разглядела перед собой очертания сидящего на краю кровати Вэйла. Потихоньку вспышками возвращались последние воспоминания. И вспомнив самое главное, я подскочила, как ужаленная. Нащупала рукой на шее амулет, сердце забилось, как сумасшедшее. — Не спеши, дай себе привыкнуть, — сказал он тихо. Осмотрела кровать, она была пуста. Я лежала на застеленном покрывале. И, слава Творцу, была полностью одета. — Где Джейерс? — хрипло спросила я первое, что пришло в голову. — В целительском крыле. Я отнёс её туда, вскоре после того, как… хм. Как тебе стало нехорошо. Нехорошо… Вэйл произнёс это ровным голосом, а я едва не рассмеялась от нервов. О нет, мне как раз было очень хорошо, пока мы с ним целовались так, словно завтра никогда не наступит. Только вот потом что-то пошло не по плану. Я не видела выражения его лица в темноте, и была этому очень рада, надеясь, что и он не видит, как я покраснела. Села на кровати, подогнув под себя ноги. Что это было между нами? Потихоньку, продираясь через воспоминания, ощущая пополам стыд и тлеющее желание, у меня перед мысленным взором встала деревянная шпилька. Та злосчастная заколка, которую я видела в помещении артефактологии. Мистрис Ларасса говорила, что она с рунами обольщения, похоти и ещё Падший знает чего. — А куда делась шпилька? — я заозиралась, вдруг представив, что она осталась рядом, и сейчас выпрыгнет на меня из-под кровати, как ядовитый паук. — Обезврежена и изолирована, — донёсся спокойный ответ. Кровать скрипнула, он встал и, отодвинув полупрозрачный балдахин, растворился в полумраке спальни. Я слышала только тихие медленные шаги, — Как ты себя чувствуешь? Я прислушалась к своим ощущениям. — Прекрасно. Сказала это и сама удивилась. Я была полна энергии. Во всех смыслах! — У меня вернулась магия! — воскликнула я и зажгла столько магических светлячков, что они осветили каждый угол. Оглядев комнату, я увидела Вэйла, стоящего у окна. Он смотрел на меня, облокотившись на раму. Одним движением указательного пальца он погасил всех светлячков, кроме одного, парящего между нами.* Он осветил его измождённое лицо. — Не переусердствуй. Я не смогу вытащить тебя дважды за вечер. Я закивала, переполненная радости. Как мне не хватало этого ощущения, когда магическая энергия бьёт через край! Только как вышло, что она вдруг так резко вернулась? Неужели из-за… Покраснела, снова вспоминая наш сумасшедший поцелуй. Но странно, что не было магического всплеска, как после тренировки. Может, это из-за амулета и его потемнения? А вдруг я вытянула энергию, как тогда в Амлисе? Только сейчас это было не специально… — Спасибо, — сказала я, теряясь в догадках, — А ты? Не пострадал? Мне было странно тыкать ему, но и то, что произошло между нами, нормальным не было. — Нет. Только немного устал, — признался он, и это было слышно по голосу. Но хотя бы не обвинил, что я на нём применила тёмные чары — и то хорошо, — Сейчас глубокая ночь, ты пропустила ужин. Я принёс еды, она вместе с водой стоит на тумбочке. Переключившись на свой ноющий от голода желудок, я перелезла через кровать и взяла тарелку. Совсем не хотелось слезать с мягкой постели, я на таких ещё не лежала. С жёсткого тощего матраса сиротского дома я шесть лет назад переехала на чуть менее тощий матрас академической кровати. Никогда не жаловалась, но сейчас понимала разницу, и хотелось растянуть это наслаждение. Я поблагодарила Вэйла и взяла холодную куриную ножку. Когда вонзила зубы в остывшее мясо, вспомнила, что теперь могу подогреть его магией, и с удовольствием это сделала. Пусть это израсходует немного моей энергии, но я так долго была совсем без неё, что не смогла отказать себе в маленькой прихоти. Ела я в абсолютной тишине, и это смущало. Искоса взглянув на Вэйла, я увидела, что он, отодвинув штору, отвернулся к окну. Как будто не хотел встречаться со мной взглядом. Даже со своего места мне было отчётливо видно, что он чем-то удручён. Неужели так устал? А может — тут у меня всё сжалось внутри — жалеет о случившемся? От этой мысли у меня пропал аппетит, я отложила тарелку с недоеденной курицей. Этим вечером я впервые за свои двадцать лет почувствовала себя желанной. Алронд целовал меня со страстью и исступлением, обнимал меня, дотрагивался так, как никто в жизни. Я хотела этого, он хотел этого. Это было очевидно! И, мне всегда казалось, что после такого мужчина и женщина должны стать ближе друг к другу. А между нами повисло молчание. Ещё не хватает только сделать вид, будто ничего не произошло. И я поняла, что не хочу больше гадать, что у него в голове. Не хочу больше ставить перед собой мириады вопросов и самой придумывать на них ответы. — Алронд, — я старалсь звучать мягко, но из-за нервов выходило не очень, — Что это было? Ты знаешь, о чём я говорю. Это не было случайностью. Вэйл продолжал стоять у окна, не поворачивая головы, словно надеясь, что этот разговор можно будет отложить, как и многие другие. Я, почти физически почувствовав его внутреннюю борьбу, собрала всю свою решимость. — Я устала от тайн. Устала от догадок. И если это был просто эффект артефакта... — я остановилась, чувствуя себя так, словно собираюсь нырнуть в ледяную воду, — Скажи мне прямо. Если это всего лишь магия, если мы просто стали её жертвами... Тогда я хочу знать. Я заслуживаю правды.

Он оставался молчаливым ещё несколько долгих мгновений, затем, тяжело вздохнув, наконец повернулся ко мне. Светлячок, зависший между ними, бросил мягкий свет на его красивое лицо, подчеркнув усталые черты и беспокойство в глазах. — Да, это чары, — глухо ответил он. Хоть я внутренне была готова к этому, но эти слова прозвучали для меня, как пощечина. — А как же твои слова, что эта магия — как приправа?.. — голос у меня дрожал. — У нас это не приправа, а жгучий перец, насыпанный чьей-то щедрой рукой. Чары усилили то, что уже было. Они не создавали чувства из ничего, — признал он, с трудом выдавливая слова, — Но это не должно было так произойти. Я замерла, пытаясь осмыслить его ответ. Сердце то замирало, то ускоряло свой бег. Несмотря на то, что Вэйл практически признал, что испытывает ко мне что-то, он также сказал, что без артефакта, мы бы не поддались этой искре безумия. Для него это было просто магией. Иллюзия, в которой он, по иронии, был хорош. Это я была недостаточно хороша для реальной страсти между нами. В конце концов, кто я? Просто неопытная девчонка, обычная адептка, которых тут сотня. На что я вообще рассчитывала в случае с ним?