Князь Андер Арес. Книга 11 (СИ) - Грехов Тимофей

Глава 10

Морда обезьяны была почти неотличима от той, что я видел над городом. Лоб высокий, кожа тёмно-серая, в мелких складках у глаз. И глаза умные, в которых читалось превосходство.

Он смотрел на меня без страха… как смотрит человек на товар, который ему предстоит оценить.

— Взамен покорность, — сказал он. — Никаких мятежей, попыток навредить и беспрекословное исполнение воли императора.

Я немного помолчал, обдумывая его слова.

— А нет такого варианта, при котором ваши корабли сваливают от нас и оставляют нас жить свободными?

Обезьяна посмотрела на меня.

— Ты сам понимаешь, что это невозможно, — ответил он. — Ваша планета, согласно нашим сведениям, последние несколько лет вела войны одну за другой. — Он сделал паузу. — Ресурсы, земля… разумные. Вы сражались за это… за этим же и мы пришли к вам.

Вот тут я внутренне напрягся, хотя лицо постарался держать беспристрастным.

— Ты слишком хорошо осведомлён, — сказал я. — Неужели промышляете похищением людей ради информации?

— Нет, — спокойно ответил фриранец. — Мы никого не похищали с Греи. Однако скрывать не стану, ведь рано или поздно это вскроется. У нас есть пленные химеры, что могут обращаться… как вы их тут называете, в драконов.

— «Зараза», — мысленно выругался я.

Теперь всё стало на свои места.

— Теперь понятно, — покачал я головой, — как вы узнали о местоположении Греи.

— Да. Это было непросто. — Он чуть склонил голову набок, и в этом движении мне почудилось что-то почти человеческое. Я ждал продолжения, но его не последовало.

Мы немного помолчали.

— И что нас ждёт? — спросил я. — Можешь сказать?

Фриранец усмехнулся. Точнее, оскалился… верхняя губа поползла вверх, обнажая клыки. Я уже понял, что у них это вместо улыбки, но всё равно зрелище было не из приятных.

— С твоей силой, уверен, ты можешь ощутить ложь, — сказал он. — Поэтому я скажу немного. Чем лучше ты будешь исполнять свои обязанности, тем лучше будет отношение к тебе. И, быть может, ты сможешь когда-нибудь выбраться отсюда и переселиться в центральные миры.

— И зачем мне этого хотеть? — спросил я.

Он наклонил голову, будто не сразу понял вопрос.

— Как я уже говорил, ты силён. А сильная искра как у тебя, наделяет не только способностью оперировать энергией, но и увеличивает силу, выносливость, интеллект. — Он сделал короткую паузу. — Я уверен, что ты прекрасно осознаёшь, что ваша планета нам интересна только её жителями.

Я нахмурился, а фриранец, словно не замечая этого, продолжал говорить.

— Наша империя ведёт много войн, и одарённые смогут занять места в нашей армии.

— «В качестве мяса», — подумал я.

И ведь не надо было быть провидцем, чтобы это понять. Я слишком хорошо помнил, как оно бывает. У меня в прошлой жизни просвещённые европейцы веками гоняли колониальные войска по своим войнам. Британцы тащили на фронт людей из Восточной Африки, из Кении, отовсюду, куда дотягивались. Сначала вроде как добровольцы, за паёк и обещания. Потом квоты, потом местным вождям спускали разнарядку, и те уже набирали народ не по доброй воле. Под нож шли неугодные, бывшие рабы, те, за кого некому было заступиться. И что-то мне подсказывало, что у фриранцев всё будет точно так же. Жители Греи для них, по сути, расходник.

Вот только теперь в роли вождя, которому спустят разнарядку, предлагали побыть мне.

— Заманчиво, — скривившись сказал я.

Обезьяна не уловила сарказма. Или уловила, но решила не реагировать.

— А что с девушками? — спросил я.

Это меня волновало больше всего остального, чего уж скрывать. Афина, Лена. Тысячи дев, которых Горх потребовал от каждого правителя. Я задал вопрос как можно безразличнее, но фриранец, видимо, что-то всё же почувствовал, потому что ответил быстро.

— Если ты согласишься служить нам, твоих родных не тронут.

Я внимательно посмотрел на него. Искал ложь, но не находил. Он либо говорил правду, либо верил в то, что говорил.

— Что, даже в плен никого не возьмёте? — спросил я. — Чтобы была гарантия моей лояльности.

Обезьяна снова оскалилась.

— А смысл? — спросил он. — Ведь если ты решишь поиграть в героя, мы просто разбомбим твой город и на этом всё.

Я, не отводя взгляда, медленно кивнул. Сказать, что мне не понравились его слова, значит ничего не сказать. Я только успел подумать, что круче меня в этом мире разве что варёные яйца, как нарисовался кто-то посильнее.

— Что по поводу драконов? — спросил я. — Тех, что у вас в плену. Вы отпустите их?

Фриранец серьёзно посмотрел на меня.

— Это вне моей компетенции, — ответил он. — Драконы в бою на нашей ресурсной планете напали первыми. Уничтожили более тысячи наших собратьев и нанесли существенный материальный ущерб.

Я почувствовал, как внутри поднимается раздражение. Не на него даже, а на всю эту ситуацию, в которую нас затащили чужие проблемы.

— Ваша добыча минералов отравляла воздух и убивала их, — сказал я.

— Они, — возразил фриранец, — пришли на нашу планету, которую мы терраформировали под наши нужды, и стали требовать, чтобы мы прекратили. Как захватчики… даже не как равные, а как высшие создания. — Он склонил голову набок. — Скажи, ты бы стал слушать их на нашем месте?

Я некоторое время молчал. И вот что паршиво, он сказал правду. Пришёл кто-то на твою землю, в которую ты уже вбухал ресурсы, и начинает диктовать, как тебе жить. Кто будет слушать? Правильно, никто!

Но в итоге расплачиваться за ошибки Каруса придётся нам. Грее. Людям, гномам, эльфам, дроу… всем, кто к этой драконьей сваре отношения не имел никакого. Весь этот Исход, который Карус задумал как спасение своего народа, пошёл не по плану. И в итоге мы имеем космическую эскадру над головой…

— «Как ты мог так лохонуться, Карус? — подумал я. А второй мыслью было: — А вдруг он жив? Печать? Вефнир! Блядь…!»

Вслух же ответил на вопрос фриранца.

— Думаю, что нет. Не стал бы, — честно ответил я, и тут же задал вопрос. — Карус, вожак драконов, жив?

— Этот вопрос вне моей компетенции. Я могу лишь сказать, что несколько особей химер до сих пор живы и находятся в исследовательской части флагманского корабля.

— Я тебя понял, — расстроился я, не получив ответа. Сделав паузу, я спросил. — Принц Горх будет преследовать расу драконов на Грее?

Фриранец прищурился. Помолчал, будто прикидывая, можно ли мне это говорить.

— Мы победили их, — ответил он. — А победителей, как правило, не тянет добивать проигравших. Это лишние ресурсы и время.

Я выдохнул. Хоть какая-то хорошая новость.

— А условия про тысячу дев? — спросил я.

— А что с ними не так? — фриранец чуть наклонил голову, и панель отозвалась тихим писком.

— Оно невыполнимо для их расы. Драконов всего три с небольшим тысячи. И это вместе с самцами, стариками… тысячи дев у них просто нет. Более того, они никогда не пойдут на такое условие, ведь это будет означать закат их расы.

Фриранец задумался. Его глаза замерли на панели, прикреплённой к локтю скафандра.

— Пусть их новый вожак прибудет на Измаль с десятью девами, — сказал он. — Этого будет достаточно.

Я попытался в этот момент отключить эмоции и просто слушать. Мне было жалко всех на Грее. Не только драконов, а всех молодых девушек, которые готовились к другой жизни.

— Какая судьба их ждёт? — спросил я. — Этих дев.

— Они станут рабынями у знатных родов, — ответил фриранец. — Химеры, скорее всего, попадут к членам императорского рода.

— А как же чистота расы?

— О, — усмехнулся фриранец, — не знаю откуда ты это взял, но твои слова верны. Однако к делу не имеют никакого отношения. Внешне дети от других рас будут похожи на нас, как и нести все генные цепочки присущие нашей расе. — Он сделал паузу, спросил. — Ты вообще понимаешь о чём я говорю? — Я медленно кивнул. — Хм, а ты интересный подвид. Можешь сказать откуда?