Небесный всадник 7 (СИ) - Кири Кирико

На мгновение встретившись взглядом, мы обменялись улыбками и кивками. Даже стало грустно от того, как летит время, если честно. Летит мимо тебя. Ты не меняешься, но меняется мир вокруг тебя, все приходят и уходят, знакомые, враги, друзья, а ты остаёшься. И по факту, одни, вместе с другими всадницами. Скорее всего, одиночество — это ещё один из факторов, почему они держатся друг друга и считают семьёй. Потому что пройдёт сто лет и останутся только они одни.

Но что-то меня на грустные темы потянуло внезапно. Что, когда там мы домой полетим уже?

Глава 169

— Ты как? Как-то бледно выглядишь.

Она едва е вздрогнула, услышав голос, подняла взгляд на сестру по оружию и выдавила улыбку. Но слишком слабую и вымученную, чтобы сразу отринуть все вопросы.

— У меня всё хорошо. Просто что-то съела не то, кажется.

— Съела? У нас что ли⁈ — гневный взгляд девушки напротив метнулся на служанку.

— Нет-нет, не здесь, там, на улице, что-то с дуру потянуло на уличную еду и как-то… — она отмахнулась. — Не бери в голову, я в порядке.

— Ну как скажешь… — с сомнением ответила та. — Но если что… Слушай, может мне позвать Лорейн позвать?

— Да говорю, что всё в порядке. Или ты считаешь, что я какая-то девочка, которой нужен особый уход? — добавила она строгости в голос.

— Я… да нет, я вообще не об этом, просто ты сейчас… прости…

— Всё хорошо, — сразу смягчилась она и встала из-за стола. — Но ты права, мне просто надо пойти и немного отлежаться, а не бегать по шпилю сломя голову. Если кто спросит, я у себя.

И ушла.

В последнее время состояние то и дело прыгало из крайности в крайность. То она чувствовала себя как никогда полной сил, то ей казалось, что ещё, и её вывернет на изнанку. Как сейчас, например.

Она едва успела дойти до комнаты, последние метры буквально бежала (благо никого здесь не было), чтобы выпустить из себя завтрак в гордом одиночестве.

Теперь иллюзий она не строила и надежд не питала — внутри неё зрела новая жизнь, и это были точно не глисты. И хуже того для неё самой — она не знала, что с этим делать. Обратиться к кому-нибудь? Это сразу станет известно, и она опозорится. Так, что собственные сёстры будут тыкать в неё пальцем, ещё и накажут по первое число. Ждать? Рано или поздно это всплывёт наружу, потому что живот такой не скроешь.

Любой из вариантов был кошмарным, но, казалось, было очевидно, какой выбрать, а она… боялась. Боялась и тянула время, понимая, что рано или поздно всё вскроется. Или не вскроется? Вдруг удастся утаить? Возьмёт отпуск в последний месяц, улетит подальше…

Она всегда насмехалась над теми, кто вот так по залёту выходил замуж или попадал в неловкие ситуации, а сейчас ей было не смешно: последнее время она сама как в ночной кошмар попала.

Родные края. Да, они могли показаться не столь интересными и сказочными, как те, где мы были, и тем не менее внутри всё отзывалось к ним, как к родным. Наверное, ещё и потому, что природа здесь максимально походила на ту, к которой я привык в своём родном мире.

Мы пролетали ленты дорог, мелкие деревушки и крупные города, окружённые крепкими стенами, и раскинувшиеся поля. Некоторые места я даже узнавал, уже не раз пролетая над ними, а вереди чернел Дракархейм. Вроде две недели почти что не было, а такое ощущение, что прошёл месяц или больше, настолько я насмотрелся азиатчины.

Естественно, никакой всадник виверн садиться на шпиль в здравом уме не будет, да и запрещено это, поэтому высадились мы, можно сказать, буквально, за углом — в городских вивернях сразу за стеной.

— Как же приятно вернуться в родные края… — выдохнула Рондо. — Мне казалось, ещё немного, и мои глаза станут такими же узкими.

— А мне кажется, тебе бы пошло, — робко заметила Аэль. — У них глаза красивые.

— Чего красивого в их рожах, — прогудел Вольфган. — Я слышал, что у них глаза с рождения срощены, и при рождении они разрезают на веках, чтобы видеть. Поэтому щели такие маленькие.

— Ерунда, — произнесла Тефея. — Такого не бывает.

— Ты сама видела?

— Нет, но… такого не может быть.

— Я бы не удивилась, если бы такое реально было, — заметила Рондо. — У них же всё не как у людей.

Мне вообще нравятся всадницы в этом плане. Их нельзя назвать расистами прямо в чистом плане, в котором мы воспринимают — они просто искренне и без какой-либо злости считают другие расы хуже. Даже те, которые проявляют разумности и мудрости больше, чем они сами.

— Самсон, ты что скажешь по этому поводу? — обратилась уже ко мне Тефея в поисках поддержки.

— Про то, что они там кожу разрезают — фигня. Это с рождения такое веко. Или мутация, или адаптировались к условиям так.

— Мутация? Они мутанты? Как те, что созданы при алхимии? — сразу оживилась Аэль.

— Нет, просто мутация. Ну то есть, твой очень маленький рост и очень большой рост Мелиссы можно назвать мутацией, потому что у нас нормальный рост другой. Или там какие-то особенности в организме.

— Член и яйца считаем за мутацию? — выдала в своём любимом стиле Рондо.

— Нет, только тупые шутки.

Эта всё никак успокоиться не может.

Тем временем мы прошли стены и свернули на улочку к шпилю небесных всадниц. Здесь было всё, как и прежде: едва вошли, нас поприветствовала прислуга, поднялись выше, наткнулись на других слуг, а дальше небесные всадницы, которые были не на дежурстве и патруле.

— О, какие персоны вернулись, — Жаннель пробежалась по нам взглядом. — Как духи из-под кровати выскочили.

Тем не менее она начала обниматься с нами: Мелиссой, Рондо, Аэль, Тефея — они всегда приветствуют друг друга так, когда давно не виделись. Меня удивило, что она и меня обняла, при этом состроив грозное лицо, будто предупреждая избегать вольностей. А вот Вольфгану просто кивнула.

— Серафина на месте? — спросила Мелисса.

— У императора.

— Каталина?

— В патруле. Я тут пока за главную. А что у вас? — обратила она внимание на мой наплечный мешок, который позвякивал при движении. — Хороший улов?

— Ты даже не представляешь, насколько.

— Нас там так кинуть хотели… — протянула Рондо, и Жаннель состроила гримасу, будто говоря: «я так и знала». — Но потом появился Самсон, всё разрушил и всех обокрал.

— Правильно сделал, — кивнула она с важным видом. — Уважаем, поддерживаем, понимаем. Пусть знают, как связываться с нами. Есть чем удивить с узкоглазых земель?

— Есть, — улыбнулся я. — Хочешь покажу?

— Если только это не что-то, что ты намотал себе на член, — вставила свои пять копеек Рондо.

— Тебе могу и член показать, чтобы ты была спокойна за меня. Можешь даже подержаться за него.

— Показывай, — не стала упираться Жаннель.

Короче, мой артефакт дополнительной реальности стал настоящим хитом. Естественно, я погружался вместе с Жаннель, а после и остальными, чтобы объяснить правила и то, как всё здесь работает. Причём я урвал два: один мне подогнали заново после потери во дворце, другой был честно украден из дворца противника. Потому один я великодушно разрешил оставить для общего пользования.

К тому моменту, когда наша история была в самом разгаре, незаметно к нам присоединилась и сама Серафина. Встала в уголке у входа, скрестив руки на груди, и слушала. А дала о себе знать лишь когда мы сделали паузу.

— Вы бы хоть остальных дождались, прежде чем рассказывать. Другим тоже было бы интересно.

— А чего слушать? — хмыкнула Рондо. — Пришёл Самсон и всё разрушил — примерно так можно описать наши похождения.

— Технически, он не разрушил, а одолел врага, вогнав его в пучину отчаяния и ужаса, — ответила с умным видом Тефея.

— Ну всё, хватит мне льстить, — поднял я руки. — Кстати, а мы тут небольшой презент привезли. Тебе понравится!

— Мне или всем? — оттолкнулась она от стены спиной и шагнула к нам.

— Да всем, наверное. Полезная штука.

Серафине мы тоже продемонстрировали возможности артефакта дополнительной реальности. А ещё наш ядерный арсенал из артефактов, который мог спокойно вывести столицу на орбиту. Вот тут она, конечно, не сильно обрадовалась. Ничего не сказала, но по лицу было видно, какого она мнения о таком заряде прямо под боком.