Биатлон. Мои крылья под прицелом (СИ) - Разумовская Анастасия

— Не боишься крови? — уточнил у меня принц.

— Нет.

— Хорошо. Сними с него ботинки. Нужно раздеть Аратэ полностью.

Нужно, так нужно, не вопрос. Я разула парня, стянула штаны, потом подштанники. Эрсий срезал рубаху. Судя по тяжести конечностей, Аратэ как раз потерял сознание. Паук выпустил белую верёвку из задницы. Кажется, это была паутина. Лапками быстро привязал рыжика к лавке.

— Вы больце не нуж-жны, — заявил нам.

— Я лучше останусь, — возразила я, но Эрсий положил ладонь мне на плечо:

— Идём.

Мы вышли.

— Он точно в безопасности? — спросила я.

Голос мой дрожал.

— Не убьёт ли его профессор? — переспросил Эрсий и устало усмехнулся. — Нет. Подлатает, и всё.

Двор встретил нас воплем:

— Это из-за неё всё! Это она встряла между благороднейшей Росиндой и золотым Аратэ, соблазнила и увела жениха. Магистр, вы должны избавиться от неё.

Посреди площадки стоял магистр Литасий, опиравшийся на серебряный набалдашник посоха, а рядом с ним пылала праведным гневом Валери. Я оглянулась на Харлака и увидела, что золото на статуе начало таять. Вероятно, Аратэ всё же не планировал убивать оборотня всерьёз. Или его магия не тянула на смертельную. Росинды не было.

— Ко мне, девочка, подойди, — велел Литасий, глядя на меня.

Я подошла.

— Тебя взял в команду я, за победу ты боролась чтобы, а за не жениха видного. Наш нарушаешь ты договор, раздор сеешь и страсти ненужные, и домой отправлена будешь потому. Без оплаты.

Что⁈

— Но подождите, — рассердилась я, — вообще-то, достославнейший золотой мальчик Аратэ сам выбирает, с кем ему дружить…

Недоговорила. Валери вдруг шагнула ко мне и влепила пощёчину, аж в голове зазвенело.

— Как ты, безродная, смеешь так разговаривать с магистром⁈ Знай своё место!

Щёку и скулу пронзила боль. Мне захотелось врезать зазнайке, но я взяла эмоции под контроль.

— У вас так принято? — спросила сквозь зубы. — Бить того, кто не может ответить? Я вызываю тебя, высокородная, на поединок…

— Нет. Домой ты отправишься, — постановил Литасий.

Я закусила губу. Сердце стиснула обида. Я-то тут при чём⁈ «Дура ты, Иляна, — выругала себя, — надо было держаться от этих высокородных подальше! Вообще подальше!». Валери торжествующе ухмыльнулась и вдруг:

— Нет.

Холодный, равнодушный голос ничуть не изменился. Я удивлённо оглянулась на Эрсия, не понимая, что ему нужно.

— Я свидетель. Иляна, дочь своей матери, не нарушала законов и не была инициатором ссор.

— Помех слишком от неё много, — возразил Литасий.

— Не больше, чем от других.

Холодные взгляды скрестились, Эрсий не отвёл глаз. Валери возмущённо выдохнула:

— Она уже и тебя околдовала! Да что вы все в ней нашли⁈

— У низкорожденной есть магический дар? — во льду мелькнул отблеск иронии. — Я не знал этого. Магистр Литасий, Пушистик выбрал Иляну, дочь её матери, своей невестой. Если Иляну отослать домой, дракон последует за ней.

Я представила лиловую тушу в коридоре нашей квартиры и рассмеялась.

— Что ж, — процедил Литарсий. — К драконам оба идите.

— Пошли, — кивнул мне Эрсий.

— Я не пойду! — сердито заявила Валери.

На её принца это объявление не произвело впечатления сколько-нибудь выраженного. Он просто зашагал в драконник, а я — за ним.

— Она твоя невеста? — спросила сумрачно, когда мы вышли на арену.

— Да.

Я настолько привыкла к тайнам всех этих аристократов, к вопросам, остающимся без ответов, к тому, что ответ нужно было либо заработать, либо купить, что аж не поверила сначала, что принц просто взял и признался.

— Валери, дочь её матери? — уточнила на всякий случай.

— Да. Тебе нельзя идти к Пушистику сразу. Иначе он убьёт Валери. Пойдём сначала уберёмся у Швырка, а потом я помогу тебе с твоим драконом.

— Х-хорошо.

То есть вот так, без всяких там сделок и… всего такого?

Мы вошли в драконник. В прошлый раз я была очень взволнована, а потому не разглядывала стойло, но сейчас замерла, потрясённая. Это была соляная пещера, со свисающими сталактитами желтоватых кристаллов. Посреди пещеры находилось озерцо, вернее, небольшой бассейн неправильной формы. Из него торчала счастливая чёрная морда с длинными, гибкими усами. Увидев нас, морда скрылась в воде и забулькала.

Швырк. Моя первая драконица. Я вспомнила полёт, и стало как-то веселее.

Эрсий свистнул. Чёрное блестящее тело вылезло из воды и двинулось к нам. Струйки стекали с чешуек прямо на пол, оставляя тёмные пятна.

— Она же чистая, — спросила я с сомнением, — зачем её мыть?

— Её нужно покормить и прогулять, — спокойно пояснил парень.

Равнодушный? Да. Холодный? Да. Но он не пытался меня убить! И использовать в своих целях тоже не пытался. Жгучее любопытство одержало вверх:

— Почему ты за меня заступился?

Принц погладил драконицу по щеке. Пожал плечами.

— Потому как то, что происходило, было несправедливо. Правила нарушил Аратэ, не ты. Наказывать надо было Аратэ. Позади тебя дверь. Открой её и притащи бак, а я пока подержу Швырк. А то она с ума сходит от еды.

Глава 20 Кое-что о справедливости

— А я так не считаю! — заявила я.

Пошла к указанной дверце, открыла её, и мне в нос ударил крепкий цитрусовый аромат. М-м… За дверью оказалась довольно просторная кладовка, и в ней стояли серебряные контейнеры, по форме похожие на рюкзаки курьеров из продуктовых магазинов. Жаль, без лямок, только с ручками. Я взяла один из них, довольно тяжёлый, и дотащила до дракона, откинула крышку.

Фрукты! Множество различных фруктов. Какие-то цитрусы, шарообразные, каплевидные, овальные, ярко-рыжие, кислотно-зелёные, жёлтые, лиловые и даже белые, словно покрытые густым налётом. Яблоки, это точно были они. Груши, бананы и какие-то шипастые розовые ягоды.

Швырк рванула из рук Эрсия, но тот её удержал.

— Кидай в воду, — приказал мне, и я, взяв первый попавшийся фрукт, кинула его в бассейн.

Принц отпустил, драконица тотчас ринулась в воду. И мы с Эрсием стали бросать ей фрукты, а она, как собачка, ловить и проглатывать, то выпрыгивая из воды, то ныряя за вкусняшкой.

— Аратэ не виноват, — пояснила я свою мысль, хотя принц и не спрашивал, что я имею в виду. — Точнее, он не виноват в том, что применил магию. Первым нечестно поступил Харлак, преобразившись. Надо было сражаться до конца в человеческом обличии, ведь человеку с вервульфом справиться заведомо сложнее, чем наоборот, а Аратэ ещё и ранен был к тому же.

Эрсий помолчал, а потом, видимо, решив всё же удостоить меня ответа, скучающим голосом произнёс:

— У вервольфа две ипостаси: человеческая и звериная. Он может сражаться в любой из своих ипостасей. Это не является применением магии. Озолочение это именно магия. Её применение нарушила изначальные договорённости дуэли.

— Но ведь это несправедливо!

Принц обернулся и посмотрел на меня. С удивлением, надо признаться. Ура! Я могу гордиться собой, я вызвала у ледяного красавчика эмоции.

— В чём ты видишь несправедливость, Иляна, дочь твоей матери?

И имя моё произнёс правильно, ну надо же!

— В неравенстве сил человека и вервольфа.

Эрсий пожал плечами, удивление исчезло с его лица, а взгляд вновь обратился на резвящегося дракона.

— Мы все неравны. Сила не может быть равной. У одного всегда больше опыта, например, чем у другого. У кого-то физически тело устроено лучше. Кидая или принимая вызов, мы признаём это неравенство, как данность, которую необходимо учитывать. Бросай фрукты, я притащу ещё контейнер.

Я так и сделала, и пока он ходил, приносил и открывал, размышляла над его словами. Вроде бы всё звучало правильно, но что-то в этом было не так.

— Если говорить о правилах, — начала, когда первый контейнер закончился, и мы приступили ко второму, — то, как мне кажется, в академии, их вообще не соблюдают. Например, запрещена и дружба, и любовь, ведь так? Но при этом Аратэ и Росинда явно не относятся друг к другу, как обычные члены команды.