Эпоха Опустошителя. Том XI (СИ) - Павлов Вел

Горечь, боль, презрение, злоба и гнев опалили разум и сознание девушки. Она вдруг захотела избавиться от последней подачки Фреи. Она возжелала распрощаться с этим проклятым грузом раз и навсегда. Пальцы угрожающе сомкнулись, и она уже видела, как хватает клинок и отсекает крылья своими собственными руками. Увидела, как истекает кровью на этом белоснежном снегу, но тихий и необычайно заботливый голос заставил северянку оторопеть.

— Не надо, дитя, не стоит этого делать…

Недолго думая, Фьётра стремительно обернулась назад и встретилась глазами с… ней. Она знала кем была данная женщина. Лазаревы рассказывали о ней. Рассказывали о той, кому страшно нездоровится. Рассказывали о той, кому осталось совсем немного. Фьётра встретилась глазами с… родной матерью Ранкара.

Позади смертельно бледной женщины находились как другие княгини, так и их дети, но впереди, поддерживаемая старшим сыном хранителя Марриузом, стояла именно она — Бээаллинарэ или же, если по-простому — Инарэ.

На фоне белоснежного снега и черной длинной шубы родная мать Ранкара выглядела еще более нездоровой и до ужаса истощенной.

— Я более чем уверена, что эти крылья обязательно помогут тебе, — чуть тише произнесла женщина, а после бросила взор в сторону. — Матвей, сынок, ты не мог бы оставить нас? Позволь мне поговорить с Фьётрой наедине.

— Мама Инарэ, вы не в том состоянии, чтобы…

Молодой мужчина тотчас запротестовал, но ладонь, облаченная в черную перчатку, мягко коснулась его щеки.

— Всё в порядке. Ты и Алиша столько времени тратите на меня, что порой мне неудобно. Так что пару минут я постараюсь продержаться без твоей помощи.

Марриуз силился еще что-то сказать, но под настойчивым взором Инарэ утвердительно кивнул и бережно выпустил её ладонь из своих.

— Я буду рядом.

— Ты, как и все остальные, всегда рядом, мой дорогой, — заботливо прошептала женщина, провожая неродного сына взглядом, а затем княгиня Лазарева с теплотой посмотрела на северянку и поманила к себе. — Подойди, дитя, позволь мне рассмотреть тебя получше. В последнее время даже глаза стали меня подводить.

Не думая ни секунды, Фьётра сделала несколько стремительных шагов по снегу и теперь она в какой-то мере стала опорой этой болезненной женщины. Ладонь Инарэ вначале прошлась по крыльям, следом по лицу северянки, отчего веки у той чуть расширились, и она вдруг широко улыбнулась.

— Влад знает толк в девушках. Ты до одури прекрасна, моя дорогая, — тихо рассмеялась мать Ранкара. — Этим он пошел в Зеантара скорее всего.

— Вы… вы обращаетесь к нему только по имени, — слегка удивилась Фьётра, заметив неладное. — Почему вы не называете его сыном и не называете себя матерью?

Взор женщины невольно погас и наполнился тоской, но ответ не заставил себя долго ждать.

— Я дрянная мать. Та, кто бросила своё дитя, не имеет права называться матерью. И я не вправе называть его сыном. Зеантар такого же мнения, что и я, но порой он не властен над своими эмоциями. Я и он допустили страшное и с тех пор не можем простить себя за случившееся.

— У вас ведь не было выбора, не так ли? — взволновано вопросила северянка.

— Выбор есть всегда, моя дорогая, — горько шепнула Инарэ. — Но у нас не хватило духу принять иное решение. Уж лучше пусть он нас ненавидит и живет именно так, чем…

Увы, но довести своё откровение до конца женщина не смогла. Тело её вдруг пошатнулось, глаза начали закатываться, а с уголков губ заструилась алая кровь.

— МАМА…

— МАМА ИНАРЭ…

— ИНАРЭ…

Лазаревы разом ринулись вперед, чтобы быстро оказать помощь, но затуманенный взор смертельно бледной матери Ранкара сфокусировался на Фьётре.

— Не дай… ему стать Бедствием… моя дорогая… Не такой жизни… я для него… хотела…

От неожиданности и нахлынувшего ужаса глаза бывшей валькирии расширились и глядя в лицо столь странной и необъяснимой женщины, среди вороха бесконечных мыслей, она сумела отыскать ответ на вопрос Хранителя Земли.

Только сейчас Фьётра осознала, куда мог податься Ранкар.

— Инферно… — выдавила она из себя, чем несказанно удивила Тара и Флараса, которые не сводили встревоженных глаз с княгинь, что пытались оказать помощь Инарэ. — Искрида Опаляющая.

— О чем ты? — страшно переполошилась Лика, глядя на северянку. — Причем здесь Инферно? Что еще за… Искрида?

— Ранкар может быть в Инферно. Там у него есть та, которую он любит не меньше меня…

Глава 12

«Ставки сделаны — ставок больше нет…»

Земля.

Российская Империя.

Москва. Первое кольцо.

Резиденция загадочного рода Лазаревых.

27 декабря 4057 года по альбаррскому летоисчислению.

Поздний вечер…

— Инферно. Инферно. Инферно…

Находясь в глубоких размышлениях, Зеантар уже в двадцатый, а может и в двадцать первый раз повторил одно и то же слово. Впрочем, никто из присутствующих не проронил ни единого звука. Даже Фьётра, затаив дыхание, наблюдала за действиями Лазарева. Все ожидали окончательного вердикта Хранителя Земли, а кабинет в прямом смысле ломился от количества тех, кому было не всё равно на Влада.

Только сейчас бывшая валькирия увидела, насколько велик второй загадочный род Российской Империи. Фьётра, наконец-то, лицезрела тех, кто являлся для Ранкара прямыми родственниками. Глаза девушки разбегались в разные стороны, потому как их оказалось много.

Ранее небесная воительница познакомилась со всеми женами, детьми и близкими родственниками отца Ранкара, включая императорскую чету, но кто бы мог представить, что вскоре на общий совет прибудет целых два… архидемона из соседнего с Землёй мира под названием Мерраввин.

Зиул Ас-Ннай и Мелисандра Мог-Лар. Со слов Матвея, что первый, а в особенности Мелисандра, находились в достаточно тесных отношениях с Хранителем Земли. Потрясения Фьётры стало на порядок больше, когда она увидела, что Зиул Ас-Ннай, который вёл себя с младшими Лазаревыми как добрый и заботливый дядюшка был еще и главенствующим архидемоном всего Инферно Мерраввина.

Тем не менее, добивающим фактором оказался Паллад Драгун. Загадочный человек из давным-давно вымершей расы, который являлся Хранителем сразу двух мирозданий.

Под конец всех сборов в кабинете у Хранителя Земли северянка насчитала двадцать пять разумных. Чем больше бывшая валькирия наблюдала за происходящим, тем быстрее выпадала в осадок, ведь мощь тех, кто расположился в кабинете не поддавалась разумному определению. До сих пор она не могла поверить в то, что за спиной у Ранкара находилась столь колоссальная мощь.

Однако нужно ли её избраннику всё это? Фьётра была полностью уверена, что нет.

Но сейчас она хотела всего лишь отыскать Ранкара и помочь ему. Остальное для неё отныне второстепенно. Впрочем, находиться в кругу тех, кто по силе был равен оберегам, а возможно и превосходил их, оказалось достаточно неуютно.

— Инферно… Инферно… Инферно…

— Зеантар, — окликнул Ас-Ннай Лазарева, который до сих пор стоял ко всем спиной и не отводил глаз от ночных огней за окном. — Я знаю, что разговоры о Владе в вашей семье весьма болезненны и вы с Инарэ многое скрываете, потому никто из нас не задавал лишних вопросов, но даже до меня дошел слух, что мой младшенький племянник, так сказать, излишне… эмоционален и весьма опасен? Это правда?

— Боюсь, что ты очень деликатно описал Влада, — горько усмехнулся князь, поворачиваясь всем корпусом к остальным. — Очень и очень деликатно.

— Всё настолько плохо? — взволновано осведомилась Мелисандра, а Ас-Ннай заинтриговано приподнял бровь.

— Именно так, — нехотя признал Лазарев. — Я не знаю, как далеко зашел в своём прогрессе Влад, но если ему не помочь или же не остановить, то… случится огромная беда, которую невозможно описать словами.

— Как понимаю, вы с Инарэ породили нечто, что не в силах контролировать, не так ли? — задумчиво вопросил архидемон Жестокости.