Лидер (СИ) - Зарецкий Максим

В теории этого было достаточно, чтобы значительно поднять его уровень понимания массивов до очень приличного уровня. И Айден искренне надеялся, что в будущем ему ещё попадутся примеры техник массивов храма Дракона, тогда все эти приготовления станут отличным подспорьем.

Что же до золота… ну, если удастся решить кризис с вторжением чёрного феникса, деньги Айдену точно пригодятся. Они никогда не бывают лишними.

Вернувшись в выделенную ему комнату, он уселся в позу лотоса, но перед тем, как приступить к медитации и изучению свитков, решил попрактиковаться в игре на цитре. Сейчас, пожалуй, это была самая слабая его сторона, значительно уступающая прочим. Так уж получилось, что последние месяцы он стал значительно меньше уделять внимания техникам звука, да и самой практике звука, как таковой.

Это… не могло не сказаться на Мелодии Ледяного Мира. В последний раз, когда Айден использовал её, то хорошо ощутил некоторое затруднение в исполнении мелодии.

Гуцинь всё так же с готовностью отзывался на каждое его движение, вот только мелодия при этом теряла свою лёгкость и становилась слабо управляемой. Айден чувствовал, что мог в любой момент ошибиться и не попасть в нужную ноту, и это мгновенно бы разрушило технику звука. Вероятнее всего, виной тому было сразу две проблемы.

Первая — он перерос гуцинь. Несмотря на высокий уровень инструмента, он лучше всего подходил именно для зелёного ранга, а не для красного. Вторая проблема, как раз та, о которой Айден думал всё это время — малое количество практики на новом ранге. Он всё ещё не привык к своим возросшим силам во время исполнения техник звука, тут может помочь лишь практика.

Именно поэтому перед тем, как заняться изучением новых техник и медитации, Айден извлёк из карманного пространства гуцинь, и, постаравшись отстраниться от мира, окунулся в мелодию. Руки прошлись по струнам, музыка ударила по ушам, а сам парень вновь ощутил уже немного позабытое чувство лёгкой грусти.

Время словно бы замедлилось вокруг него, а в голове вдруг начали всплывать один за другим образы друзей, с которыми он прожил значимую часть своей жизни. И при этом, эти образы были какими-то тусклыми, словно бы стёртыми.

Простая истина, от которой он старался всеми силами отмахиваться, но которая раз за разом вставала перед Айденом в полный рост, как только он вспоминал своих старых товарищей. Он искал не потому, что хотел найти. Нет, он искал их, потому что это был его долг и то, чем он жил все годы внутри тренировочного пространства.

Очевидно, первое время он действительно всей душой хотел найти друзей, но уже через год его желания потускнели, а спустя пять лет от них осталось лишь чувство долга и якорь, за который он держался, как цель в новом для себя мире. Ведь что-то же человеку нужно желать и к чему-то стремиться? А с этим у сироты Айдена были проблемы…

Мелодия заструилась с новой силой, как только его мысли вернулись к тому, что в итоге произошло с его друзьями. Жертвоприношение. И лишь только двум удалось каким-то чудом уцелеть, чтобы стать заложниками культа Тёмной реки. Это злило, в голове полыхнула холодная ярость. Айден с трудом удержал эти эмоции в узде, направляя их в мелодию. Гнев, смешанный с духовной энергией, разошёлся в разные стороны, создавая волны силы.

Ударив в последний раз по струнам, Айден замер, прислушиваясь к затихающей мелодии. Получилось не всё так, как он хотел, но он удержал на этот раз музыку и нигде не ошибся.

— Это впечатляет, — раздался голос рядом, отчего Айден чуть не ударил по неизвестному гостю всей своей силой, эмоции до конца не ушли из него, и сейчас он мог сорваться в любой момент. Лишь огромным волевым усилием он остался сидеть на месте, а его эмоции остались под контролем.

— Вы пришли ко мне в комнату, когда я занимался практикой, — тихо сказал он, переводя взгляд на стоящего у двери Советника. — Это могло привести к внутренним повреждениям и нарушению духовных каналов.

Айден внутренне напрягся, оставаясь внешне расслабленным, но его пальцы, всё ещё лежащие на струнах гуциня, слегка сместились, что не укрылось от старика, и отчего он немного нахмурился.

— Но не привело, к тому же я специально старался не прерывать твою практики и не привлекать к себе внимания, — ответил он. — Я это уже говорил, но скажу ещё раз, твои навыки работы с техникой звука хороши. Кто был твоим учителем?

«Извиняться он, конечно, не станет», — мысленно хмыкнул Айден. — «Хотя на его месте никто из практиков подобной силы этого бы не сделал, так что тут удивляться нечему».

— Мой учитель был один из тех старших, с которыми вы сегодня общались, — технически наставница павильона Звука была конструктом храма, хотя в действительности отражения душ — это всё же немного другое.

— Понятно, он проделал хорошую работу, но позволь дать тебе совет, пусть он и будет, возможно, непрошенным. Этот гуцинь не подходит тебе, твоя сила слишком переросла его.

— Я это знаю, старший, благодарю, — вежливость Айдену ничего не стоила, но рук от струн инструмента он так и не убрал, готовясь к исполнению первого аккорда Мелодии Ледяного Мира. — Зачем вы искали меня?

— Это касается Фэлл, — не стал ходить вокруг старик. — Она желает оставаться возле тебя. Бессмысленный риск. Ты же понимаешь это?

— Если это её желание, то почему я должен быть против? — Айден ответил вопросом на вопрос.

— Она принцесса Империи, а ты её подвергаешь бессмысленному риску, — в голосе Советника послышался металл. — Стоит ли портить отношения с Императором и его братом из-за желаний одной капризной девушки?

— Прежде всего, она практик боевых искусств красного ранга, — возразил ему парень, подняв глаза и твёрдо встретив взгляд. — Странно слышать всё это от вас. Вы пытаетесь уберечь её от опасностей, подрезая крылья. Я не буду убеждать её оставить меня. Если это всё, то с вашего позволения, продолжу свои занятия.

Взгляд Советника потяжелел, но, к его чести, всё этим и ограничилось. Ссориться с другими золотыми рангами, находясь в такой непростой ситуации, мог бы только полный глупец или безумец, а то, что стражи обязательно вступятся за Айдена, было для старика очевидным.

— Хорошо, я услышал твой ответ и передам его Императору, — прозвучало это так, словно бы сам правитель тут же примчится сейчас сюда и обрушит на Айдена всю свою силу и гнев. — Забудем о Фэлл, я хотел бы обсудить с тобой покупку боевых конструктов.

— Боевых? — медленно повторил он за стариком. — Это будет очень дорого и совсем не в золоте. Не уверен, что у вас есть что-то такое же ценное или хотя бы сопоставимое с этим.

Отдавать одного из цилиней, когда на аванпосте их и так имелось считанное количество, Айдену не очень-то и хотелось. Всё это выглядело как очень невыгодная сделка.

— Думаю, я могу предложить что-то сопоставимое, — Советник выразительно посмотрел на гуцинь, лежащий на коленях парня. — Что, если я скажу тебе, что у меня имеется отличный артефакт подобного типа? Не на уровне одушевлённого артефакта, конечно, но очень близко к нему?

— Боюсь, этого всё ещё будет недостаточно.

Эти слова дались Айдену с некоторым трудом, уж очень соблазнительна была идея обзавестись музыкальным инструментом более высокого ранга, чем его нынешний гуцинь, но нужно быть объективным. Боевой конструкт храма Дракона куда ценнее любого такого артефакта. Да, он примерный аналог по своей силе пиковому красному рангу, но его живучесть во много раз больше. И в отличие от людей, цилиней не жаль отправлять в лобовую атаку против любого противника для отвлечения внимания.

— Ну, это всё я понимаю, поэтому инструмент будет далеко не единственное, что я хочу предложить тебе!

Их разговор прервался. Восприятие Айдена коснулось что-то непонятное, едва уловимое, а вот старик вдруг встрепенулся и пришёл в такое возбуждение, что тут же насторожило парня. Очевидно, что у золотого ранга намного выше восприятие, так что же такого тот почувствовал?

Советник, между тем, бросился к оконному проёму в комнате, вглядываясь куда-то вдаль. На какую-то актёрскую игру это не походило, так что, мысленно вздохнув, Айден убрал свой гуцинь в карманное пространство кольца и присоединился к старику.