Набор (СИ) - Видум Инди

— Мне сказали, что дом для священника в Озерном Ключе законсервирован, — припомнил я. — Там можно жить? Если нет, я с радостью предложил бы вам свое гостеприимство, отец Василий.

На самом деле, без радости, но положение обязывало. И я был уверен, что он откажется, потому что ему нужно находиться в самом городе. Так и вышло.

— Благодарю вас, Пётр Аркадьевич. Дом пригоден для проживания, протоплен отлично. А когда я уезжал, его вычищали бабы из спасенных вами. Всё копеечка малая им.

Он поднялся, попрощался и ушел, а Антошина жена осталась. При священнике я ее сканировать не рискнул, но стоило тому уйти, как я сразу это сделал.

Первым делом обнаружил, разумеется, клятву верности. Одну, так что могли быть варианты: своей семье или Антоше. Первое было не столь маловероятно — у Наташи была клятва Куликовым. Разумеется, у нее был особый случай и особый отец, но всё же отбрасывать этот вариант было нельзя, как и вариант, что Антоша решил обезопаситься.

Проверил я и остальное. У моей гостьи имелось сродство к Воздуху с невеликим набором заклинаний, наверняка почерпнутых из книги по бытовой магии. Основной же упор дама делала на влияние на разум. Кроме этого навыка, развитого до шестнадцатого уровня, у нее имелись навыки близкого типа: привлекательность и убедительность, оба девятого. Поди, голову ломала, почему на охранника ее навыки не подействовали, а у него защитные артефакты гасят ненужное влияние. А вот Скверны не обнаружилось.

Внезапно мне пришло в голову, что это ничего не значит, поскольку мои навыки тоже не видят, если я этого не хочу. При любом осмотре нужно закладывать вероятность того, что меня дурят. Она маленькая, но не нулевая.

— София Львовна, неужели вы тоже приехали просить деньги, как и ваш супруг?

Сказал я максимально прохладным тоном, сразу давая понять, что ей здесь не рады.

— Что вы, Петя, — заулыбалась она. — Но разговор не для посторонних ушей. И вы хотели переодеться? Я подожду.

— Подождете чего?

— Разговора. Поверьте, он в ваших интересах. И не называйте меня по отчеству, иначе я начинаю чувствовать себя старым засохшим сухарем.

— Честно говоря, я очень устал, — намекнул я. — Ваш разговор не может потерпеть пару дней?

— Никак не может. Поверьте, это очень срочно, и задевает не только меня, но и вас.

Про Антошу она не упомянула, что мне показалось интересным, поскольку раньше она себя отдельно от него не воспринимала.

— Не будет ли слишком поздно, София? — намекнул я.

— Вы же не откажете бедной уставшей женщине в гостеприимстве? — нагло спросила она.

— Боюсь, у нас слишком спартанские условия для столь прекрасной дамы. Мебель сборная. Можно сказать, с миру по сосенке.

— Конкретно эту сосенку я где-то видела, — усмехнулась она. — Не могу сказать, что прежний владелец был законопослушным человеком…

Так, кажется, конкретно эту особу нужно было приглашать в другую гостиную. Хотя… В этой ситуации не поймёшь, что хуже.

— Купил по случаю. Очень недорого.

— Даром? — опять нехорошо усмехнулась она. — Не подумайте, Петя, я не осуждаю…

Проявившийся Валерон зло тявкнул:

— Давай я в нее плюну? Тогда она точно никому ничего не расскажет.

Признаться, это было одно из самых соблазнительных предложений Валерона, и я чуть было на него не согласился. Но потом решил, что такая наблюдательная дама должна владеть огромным пластом нужной информации. Плюнуть можно всегда. Одна беда — после этого переговорить уже не удастся.

— Только ты её пригласи прогуляться во двор, чтобы обстановку в гостиной не портить, — продолжил Валерон сразу почуявший мои колебания.

— О, вы и свою милую собачку возите с собой, Петя? — с улыбкой змеи, у которой уже яд течет по клыкам, продолжила Антошина супруга. — Я помню, что вам было необходимо переодеться. А потом я настаиваю на приватном разговоре.

— Вряд ли возможен приватный разговор с вами. Я слишком хорошо знаю вашу семью, чтобы не обеспокоиться о том, как могут интерпретировать наше уединение.

— Я не скажу ничего такого, чего не стоило бы передавать Наталье, поэтому не возражаю против ее присутствия. Ей это тоже нужно знать.

Даньшина недовольно хмурилась, поглядывая то на меня, то на гостью.

— Петр Аркадьевич, вы можете спокойно идти переодеваться, я позабочусь о Софии Львовне. Не оставлю ее в одиночестве.

— О, благодарю вас, — насмешливо сказала Антошина супруга.

— Очень вам признателен, Екатерина Прохоровна, — сказал я и пошел к выходу.

Валерон увязался за мной.

— Петь, чего молчишь? Плевать в нее надо, пока не поздно. Она уже слишком много знает, а если поделится с Антошей? Он поймет, кто вывел Черное Солнце в Святославске.

— И что? Доказательств нет. Мебель мы могли взять где угодно, и доказать, что она та самая, никто не сможет.

— Но слухи пойдут. Так что плевать надо быстро.

— Чтобы пошли слухи, что у нас пропадают гости?

— Довод…

Он какое-то время семенил рядом со мной молча, так что я даже успел добраться до спальни, свалить свой комбинезон на подвернувшийся стул, взять смену белья и пойти в ванную комнату, где стояла купель. Баня для меня была предпочтительней, но я уже понимал, что туда не доберусь. Здесь бы в купели минут пятнадцать поваляться.

— А если она пропадет на обратном пути? — внезапно родил новую идею Валерон. — Тогда с нами никто ничего не свяжет.

— Подумаю, когда она скажет всё, что знает.

— Точно. Нам же пыточная по наследству досталась, а мы её ни разу не использовали, — обрадовался Валерон. — Вот и повод. Хочешь, я быстро сбегаю до Святославска? Ради такого-то… Инструменты не должны пылиться. Ну и навык какой интересный получишь. Начинающий палач, — принялся он мечтательно перечислять. — Мастер клещей…

— Мастер вырывания ногтей и втыкания спиц в кукол вуду, — передразнил я.

— Каких еще кукол? В кукол неинтересно. Ни страданий, ни крови. Ты чем активировать реликвию собрался? Крови у нас совсем мало осталось. А здесь ходячий бурдюк с нужным ингредиентом. Сам ножками пришел и сидит, на что-то намекая. Была бы умная — молчала бы в платочек.

— Будь так добр, найди Наташу, сообщи ей, что гостья хочет переговорить с нами обоими и что я скоро подойду. Заодно узнай, как там разместили женщину с ребенком.

Я залез в купель и блаженно откинул голову на бортик, рассчитывая минут десять полежать в тишине и покое. Но тут пришел Митя.

— Петя, ты обещал сделать пару железных пауков, — напомнил он. — Меня на охрану поместья уже не хватает.

— Почему не хватает? — вздохнул я. — У нас охранная сеть еще стоит на ограде.

— За нами наблюдают из нескольких мест, — пояснил Митя. — Я за всеми уследить не могу. Сейчас они наблюдают, а потом что-нибудь подбросят к забору.

— Армейские? — уточнил я.

— Не в форме. Кто угодно может быть.

— Мить, один-два дня — и займусь, — пообещал я. — Только еще нужно будет механизмусов пощипать. Сейчас мы даже толком ничего не собираем, потому что время дорого. И Валерон с бутылочками носится туда-сюда.

— Я мог бы собирать, — встрепенулся паук.

— Тебя Маренин попросил не привлекать. Людей на охране поместья слишком мало. Сам говоришь — тебя одного не хватает.

— А если кто-то полезет, я могу в него плюнуть? — педантично уточнил Митя.

— Чем плюнуть? — не сразу сообразил я, потому что плевки для меня ассоциировались исключительно с Валероном.

— Раскаленным металлом. Можно было бы еще полости ядом заполнить, но ты его так и не сделал. Хотя бы паралитический.

— Прохоров вроде собирался что-то такое сделать… — припомнил я.

— Но не сделал, — грустно, насколько позволял механический голос, сказал Митя. — Валерон сказал, что я просто железяка, которую используют. Поэтому о моих нуждах никто не думает.

Ну вот, теперь мне придется еще стать психоаналитиком для железного паука.

— Валерон часто говорит глупости, Митя. Мы тебя все очень любим. И не только за то, что ты нам очень помогаешь, но и просто потому, что ты есть. Как устроимся окончательно, у тебя будет самая хорошая библиотека, которую мы себе сможем позволить.