Мой ледяной кошмар - Шатз Ардана

– Осталось совсем немного, – проговорил он тихо. Так, что я едва расслышала его слова сквозь грохот музыки. – И скоро ты начнешь умолять меня, Искорка.

Он неторопливо пошел вдоль бортика арены. Кивнул кому-то и скомандовал подобрать его оружие, хлопнул кого-то по спине. На меня он больше не смотрел.

Быстрым шагом я поднялась по ступеням и бросилась через весь зал к выходу. Внутри кипела болезненная смесь стыда, презрения к самой себе и ненависти к Кристиану Вейлу.

Я ненавидела его больше жизни. За то, что снова унизил меня перед целой толпой. За то, что выставил меня такой же идиоткой, как все его фанатки. И за то… что он остановился.

Я шла по коридорам спящей академии, сняв туфли. Прислушивалась к каждому шороху, опасаясь попасться. И понимала, что нужно что-то делать. Потому что, если так продолжится, я больше не смогу полагаться на собственное благоразумие. И единственным способом обрубить все, что сейчас творилось в моем сердце – было избавиться от власти Кристиана Вейла. А для этого мне нужно было разорвать договор.

Глава 28

Вместо того чтобы как следует выспаться – единственный раз в неделю, когда я теперь могла себе это позволить, я поднялась еще до рассвета. С тоской подумав о крепком кофе и сытных сэндвичах, которые будут подавать в столовой через полтора часа, я оделась потеплее, положила в сумку документы и отправилась на станцию.

К моему счастью, в финансовом квартале уже кипела жизнь. Банки работали всю неделю без выходных, увеличивая свои доходы. И я побывала в каждом.

Месяц назад я писала письма с просьбой о займе, но сейчас нужно было действовать гораздо решительнее. Именно поэтому я взяла с собой все, что могло убедить финансистов в своей платежеспособности и ответственном отношении к обязательствам: рекомендательные письма от магистра Лотариса, приглашение в Исследовательский Совет и даже чертежи созданных мной артефактов.

Это был изматывающий, унизительный марафон.

Я сидела перед чопорными мужчинами, что смотрели на меня с выражением скуки и превосходства. Снова и снова старалась убедить их, что я в срок выплачу весь заем. Как только окончу академию, большая часть моей зарплаты будет поступать в счет уплаты долга.

– Мне просто нужна сумма для закрытия студенческого долга, – убеждала я их, одного за другим, пока клерки скучающе разглядывали мои документы.

Но стоило им только увидеть фамилию Вейла, их лица искажались. В глазах мелькал страх, губы сжимались в тонкую линию.

– Гхм, мисс Эрхарт, – говорили они один за другим. Даже формулировки использовали практически идентичные. – Наш банк не вмешивается в финансовые дела Великих Домов. Особенно если у вас проблемы с Домом Вейл. Это политика руководства. Всего доброго.

К вечеру не осталось никого. Ни одного банка, в котором я бы еще не побывала. Я медленно плелась по улице, на которую уже опускались сумерки, и понимала, что это конец. Мне еще много месяцев придется быть ручной зверушкой Вейла. И рано или поздно я сломаюсь окончательно. Он получит то, что так жаждет – мое тело и мою гордость. И я буду ненавидеть себя за то, что не смогла устоять перед влечением к этому мерзавцу.

От одного воспоминания о его губах, что почти коснулись моих, меня бросило в жар. А его язык на моей коже… Боги, я даже сейчас чувствовала этот горячий след на своих пальцах. И сердце колотилось так, что мне пришлось сделать глубокий вдох, чтобы прийти в себя.

Вейл был прав: еще немного, и я паду к его ногам просто потому, что мое тело реагирует на него. А разум туманится, стоит Вейлу оказаться слишком близко.

Я завернула за угол, покидая финансовый квартал. Мой взгляд равнодушно скользил по вывескам: булочная, аптечная лавка, стрижки мисс Пинкл, торговый дом Терлингер.

Эта фамилия показалась знакомой, и я покопалась в памяти. Кажется, кто-то из академии упоминал ее. Не являясь наследником одного из Великих Домов, Клайвус Терлингер сумел подняться на патентных изобретениях и мелких ссудах, а сейчас составлял серьезную конкуренцию “старой элите”.

Я сжала кулаки. И почему я сразу о нем не вспомнила? Прибавила шаг и уже через минуту открывала тяжелую, обитую железом дверь.

Клайвус Терлингер лично принял меня. Его кабинет не был таким роскошным, как кабинеты в банках, но мой глаз зацепился за редчайшие вещицы, которые, несомненно, стоили огромных денег. Прототипы сложных артефактов, что изменили саму историю артефакторики и магической науки, экземпляры таких редкостей, что я их видела только на страницах учебников.

– Так значит, вы хотите получить вот эту сумму одним платежом и в кратчайший срок? – Мистер Терлингер постучал пальцем по бумажке с цифрами. Я кивнула.

– Именно так. И отсроченный платеж по кредиту. Через два с половиной года.

– Почти три, – поправил меня он. Я снова кивнула.

– Я, конечно, всегда рад лишний раз уязвить достопочтенных представителей Дома Вейл, – усмехнулся мистер Терлингер. – Но мне хотелось бы получить нечто большее, чем обычная выплата с процентами. Сумма весьма и весьма велика, мисс Эрхарт. И мне прекрасно известно, что ни один банк в этом городе не встанет на вашу сторону, раз вы умудрились задолжать самому Вейлу.

– Пять лет работы на вас, мистер Терлингер, – решительно сказала я. – Патентные права на каждый артефакт, что я создам за это время. А как вы можете видеть, – я кивнула на бумаги. – Я весьма хороша в этом деле. И когда я буду работать в Исследовательском Совете, все мои изобретения будут принадлежать вам.

– Я не увидел гарантий вашего устройства в Совет после окончания академии, мисс Эрхарт. – Мистер Терлингер демонстративно перебрал бумаги. – Только приглашение отправить им ваш диплом.

– Не сомневайтесь во мне, мистер Терлингер. Я стала единственной со своего факультета, кто удостоился этого приглашения. Единственная за все время.

– Превосходно! – Мужчина улыбнулся и потер руки. – У вас есть стержень, мисс Эрхарт. Вы готовы к самым жестким условиям, лишь бы не оставаться в услужении Вейла-младшего?

– Эти условия мне подходят гораздо больше, мистер Терлингер. – Я позволила себе ответную улыбку, понимая, что все уже решено. В глазах финансиста светился азарт и какое-то странное предвкушение.

Я не слишком хорошо разбиралась в людях, но сейчас понимала одно: выкуп моего долга у Вейла для Терлингера не просто финансовая сделка. Это возможность поставить на место Великий Дом и доказать остальным, что новая элита вполне может конкурировать со старой.

– Мне нравится ваш подход, мисс Эрхарт. Дайте мне десять минут, и мы составим подробный договор.

Он не попросил меня выйти, так что я молча ждала, пока он диктовал помощнику текст договора взаимных обязательств. Я кусала губы, боясь, что в последний момент он передумает. Теребила пальцы и то и дело порывалась напомнить мистеру Терлингеру, что я готова на все, лишь бы избавиться от власти Кристиана. Но, к счастью, вовремя себя останавливала. Я и без того согласилась на пятилетнюю кабалу и кредит под огромный процент. Не стоило давать кредитору повода добавить к этому новых условий.

Когда договор был подписан, Терлингер выдержал паузу и пододвинул к себе пустой бланк. Что-то размашисто в нем написал, прижал к бумаге палец, активируя свою подпись, которая тут же вспыхнула золотом и погасла. И поставил финальную точку – алую печать со своим гербом.

– Завтра к вечеру деньги будут на счете Кристиана Вейла.

– Спасибо, мистер Терлингер! – неверным голосом произнесла я, пока еще не осознавая, что завтра вечером я буду свободна.

– Жду вас после окончания академии, мисс Эрхарт, – усмехнулся финансист. – Я буду пристально следить за вашими успехами.