Путь Строителя. Книга 3-8 (СИ) - Ковтунов Алексей

Потом волк медленно развернулся, переступил лапами по бревну. Зверь спрыгнул с поваленного ствола, неторопливо пошел к лесу, и через несколько секунд обе фигуры растворились между поваленными деревьями, не оставив после себя ничего, кроме тишины.

Вот так минуту и стояли, глядя в сторону леса, но затем кто‑то внизу выдохнул, кто‑то переступил с ноги на ногу, кто‑то негромко выругался, и деревня начала оживать.

– Рей, мы тут сами закончим, не переживай, – подошел ко мне какой‑то работяга. – Займись лучше воротами, а?

– Да, надо воротами заняться… – согласился с ним.

– Ну а я пойду своих подгонять, – Хорг развернулся к лестнице и начал спускаться. – Триста человек, как‑никак, а сраный частокол никак не докопаем.

Глава 11

Главное – не дергаться и не спешить. Да, сто раз уже повторял сам себе и всем вокруг, но не устану повторять, спешка в строительстве может только замедлить процесс и отдалить итоговый результат. Работать надо быстро, но внимательно, не мельтешить и четко следовать проекту.

Который, правда, представлен в нашем случае в виде рисунка угольком на стене этого самого проекта. Но ничего, мир не идеален, мы тоже стараемся, выкручиваемся как можем. Вон, ради веревок пиявку из болота выдернули, и ничего, никто пальцем у виска не крутит теперь. Хотя в прошлой своей жизни я бы после рассказа о таком давно взял телефон и позвонил в психушку, мол, приезжайте, тут ваши пациенты гуляют и даже не прикидываются нормальными.

Так вот, к чему это я? Из леса вышел Жил, явно какой‑то важный, не просто разведчик, а какой‑то командир или кто там у них руководит процессом. И показался он не просто так, а специально вышел из зарослей, подошел ближе, встал повыше и стоял, дожидаясь, пока все обратят на него внимание.

Зачем ему так стоять? Да просто это и есть его цель, внушить людям страх, чтобы они забегали тут в ужасе, замельтешили, начали спешить и по итогу чтобы все валилось из рук. Чтобы часовые круглыми сутками стирали глаза о ночную темень, вслушивались в каждый шорох, уставали сильнее и таким образом теряли бдительность.

Забавно было бы узнать, что этот Жил на самом деле сидел там на волке несколько часов и негодовал от того, что никто его не замечает. Бедный, всю спину волку отсидел, шерсть свалялась, последнюю блоху задницей раздавил, а мы все кладем свои кирпичи и не замечаем. Почти уверен, что изначально он стоял и гордо смотрел в нашу сторону будучи чуть подальше. Потом подошел, но мы все равно его не заметили, и в итоге пришлось загнать волка на ствол поваленного дерева, чтобы представление все же получилось.

Ну и надо сказать, что своих целей он все‑таки добился. У кого‑то руки дрожат, каменщик, вон, перестал прицеливаться и лепит как попало, лишь бы скорее отгородиться зубцами от агрессивного внешнего мира. Отгородимся, но сделаем это как полагается.

– А ну остановись, – положил ему руку на плечо, – Все остановитесь! – окликнул стройку и она постепенно замерла, а мужики удивленно уставились в мою сторону. Удобно, что внутренняя стенка еще не достроена и потому меня, стоящего на башне, вполне видно даже снизу.

– Так наоборот же, надо скорее закончить! – крикнул кто‑то из толпы работяг.

– Согласен, н и про качество забывать нельзя. Мы на итоговом этапе, башни почти готовы! – нахмурился я, – Делаем так, как если бы никакая тварь из леса не выходила, качественно, четко, спокойно. Кто не может успокоиться – вон, идите, кваса попейте, можете даже пойти с Хоргом и немного покопать, если от этого полегчает. Но мы будем делать так, как делали бы в спокойные времена.

Мужики еще некоторое время стояли и смотрели наверх, после чего Стурм на соседней башне хмыкнул, взял кирпич у подмастерья и принялся его прилаживать на место. Затем внизу грузчик спокойно переложил кирпичи в ведро, журавль одним махом поднял его почти до третьего этажа, там другой работяга перехватил и поднял еще чуть выше, и так, постепенно, процесс запустился снова. Но желающих идти копать почему‑то не нашлось.

Работа пошла, и зубцы росли ряд за рядом, каменщики прибавляли кирпич к кирпичу, раствор ложился ровно, и в какой‑то момент я обнаружил, что просто стою, наблюдаю и вообще ничего не делаю руками. Строительный контроль в чистом виде, без примеси строительной практики, и надо признать, что мне так не нравится, лучше что‑то самому делать. Но в нашем случае так эффективнее и придется мириться.

Вроде бы так и должно быть, прораб на нормальной стройке не кладет кирпичи сам, а смотрит, чтобы другие клали их правильно. Но руки все равно чешутся, и приходится засовывать их в карманы, чтобы не лезть поправлять каждый второй шов.

Впрочем, поправлять почти нечего. Стурм на своей башне работает как заведенный, и каждый его кирпич ложится на место с такой точностью, что мне остается только завидовать. Мужики, которые кладут рядом с ним, тянутся за мастером и стараются не ударить в грязь лицом, а те, что на моей башне, уже насмотрелись на мою переделку зубцов и тоже прицеливаются тщательнее. Наглядный пример лучше любых лекций, и когда каменщик видит, что за криво положенный кирпич его могут попросить разобрать и переложить заново, мотивация делать качественно возрастает.

Пока каменщики возились с последними рядами на обеих башнях, Бьерн с Барном и плотником из Валунков закончили переход, соединяющий оба сооружения. Перекрытие над будущим воротным проемом, если быть точным, балки, настил, крепления к стенам обеих башен, и все это собрано добротно, на совесть, что от Бьерна, впрочем, и ожидалось. Каменщики, едва закончив с зубцами, перебрались туда и начали выкладывать парапеты вдоль перехода, а Бьерн уже собирал инструмент и явно нацелился лезть наверх, чтобы приступить к крыше.

– Погоди, Бьерн! – окликнул его, и тот обернулся недовольно, будто ему мешают заниматься делом. Барн полез дальше по лесам, даже головы не повернув. То ли не услышал, то ли обижается на что‑то, но выяснять подробности желания нет.

Обиженных в деревне хватает, и если за каждым бегать и выспрашивать, чем именно задели, строить будет некогда.

– Черепицы у нас нет, – вздохнул, обведя рукой башню.

Бьерн помолчал, окинул взглядом башню и покрутил в руках инструмент, прикидывая масштаб неприятности.

– Плохо, но решаемо, – пожал плечами. – Ты же вон с вышками как‑то выкрутился, да и гончарам можно задание дать. Это все?

– Не совсем, – подошел к чертежу на стене башни и указал наверх. – Слушай, мы все равно кровлю с пологим скатом планировали, и с запасом прочности…

– Ну? Давай к делу, времени нет!

– Так давай ее вообще ровной сделаем, и все. Пол накроем, сделаем небольшие свесы, и получится четвертый этаж, площадка наверху. – развел я руками, – И от летящего сверху защитит, и стоять на ней можно будет ногами, ну и от воды чем‑нибудь покроем.

Бьерн замолчал на пару секунд, почесал подбородок и уставился куда‑то вверх, явно прикидывая в голове конструкцию.

– Тогда брус надо будет у Ольда дозаказывать… – протянул он задумчиво. – Я же не сплошняком планировал закрывать, а обрешеткой. Но решаемо, пока возьму материалы от второй башни, а Ольд как раз напилит побольше бруса. Да, идея здравая, без ската даже проще, да и с черепицей не возиться. Пусть зубцы только ровнее выводят, за них цепляться буду. Вылет сделать с ладонь, две?

– Лучше две, – кивнул ему. – Потом изгородь поставим и бойницы прорежем, чтобы вниз кидаться было удобнее.

Бьерн хмыкнул, закинул инструмент на плечо и полез наверх, а я остался стоять и смотреть ему вслед. Понял он меня, судя по всему, но наверняка не так, как надо. Площадки эти в моей голове предназначены не для стрелков с луками, а для кое‑чего посерьезнее. Нормальной артиллерии у нас пока нет, но ключевое слово здесь «пока». Тетива имеется, а если подыскать подходящую лиственницу для плеч, можно попробовать собрать что‑нибудь вроде баллисты. Ольд только обрадуется возможности поработать с таким материалом и создать что‑то принципиально новое, в этом я даже не сомневаюсь.