Тени Грейфолла. Дилогия (СИ) - Кош Алекс

— Разумно. Подозреваю, что аппетит мне сейчас испортят.

Себастиан снял шляпу, стряхнул с рукава остатки дождевой мороси и мельком глянул в зеркало холла. Оттуда смотрел усталый, но теперь хотя бы гладко выбритый человек со шрамом — идеальный вид для семейного совета с юристом и представителями городской власти.

— Сюда, лер, — пошёл впереди дворецкий, как будто Себастиан мог забыть, где именно в его доме находится гостиная.

Дворецкий любезно открыл перед ним дверь, и истребитель сделал шаг в помещение. Внутри было светло, натоплено и очень людно, в первую очередь, из-за пяти вооружённых охранников, стоявших рядком вдоль стены. Эдмунд стоял у камина с бокалом, в котором плескалось красное вино. Вивьен сидела в кресле неестественно прямо, сложив руки на коленях и глядя в точку на ковре. Элиза довольно фривольно развалилась в кресле и читала сегодняшние новости, Рауль подпирал стену у окна, всем своим существом изображая, что происходящее его не касается, но побелевшие костяшки на скрещенных руках выдавали обратное. Диван и стулья занимали гости: лер Колвил собственной персоной, сухощавый и невозмутимый, незнакомый бородатый господин крепкого телосложения с магическим жезлом на поясе, и сухонький старичок в очках, при появлении Себастиана немедленно принявшийся развязывать тесемки пухлой кожаной папки. Разговоры смолкли. Двенадцать пар глаз повернулись к дверям, и в наступившей тишине особенно громко прошуршали извлекаемые из папки бумаги.

— Добрый вечер, — поздоровался Себастиан.

— Наконец-то! — вместо приветствия недовольно проговорил Эдмунд де Грейв.

— Лер де Грейв, — первым поприветствовал его Стенли Колвил, как единственный из гостей, кто уже был знаком с ним лично.

— Лер Колвил, — кивнул ему истребитель, и продемонстрировал тубус. — Я уже взял все материалы дела в управлении и начал расследование.

— Отлично!

Остальные присутствующие удивлённо переглянулись, похоже, лер Колвил не стал делиться с ними отправленной в Орден Истребителей заявкой. Раз уж он поздоровался первым, то взялся представить и остальных присутствующих:

— Это лер Сантини — член совета города, как и я. А так же старший магистр магии земли, единственный в городе.

Мужчина коротко кивнул, внимательно рассматривая Себастиана. Сам он был крепким, широкоплечим, и в целом телосложением напоминал каменного голема. Даже лицо его выглядело таким грубым, словно было вытесано из камня.

— А это мэтр Мортенс, — продолжил лер Колвил, указав на худосочного старичка. — Представитель конторы «Мортенс и сыновья», которая всегда вела дела рода де Грейвов.

Себастиан покосился на охранников и не удержался от колкого вопроса:

— А это, видимо, «сыновья»?

— Это охрана, — вмешался Эдмунд де Грейв. — Мы все опасаемся за свои жизни. Двое охранников особняка уже отправились в больницу после твоего подлого нападения.

— Забавно, но это они напали на меня первыми. К тому же, когда я уходил, охранники были в сознании, и чувствовали себя неплохо, — спокойно ответил истребитель. — Но если вам так спокойнее, то можете согнать сюда хоть всю стражу Грейфолла.

В гостиной хватало места в креслах и на диванах, но Себастиан предпочёл просто опереться на стену спиной.

— Ну давайте, не томите. Расскажите, зачем здесь собрались.

Первым заговорил старичок в очках. Вещал он долго, обстоятельно и явно наслаждаясь звуком своего поставленного мощного голоса, никак не соответствующего его хрупкому телосложению. Если отжать из его речи воду, гербовые обороты и ссылки на имперские уложения, суть сводилась к следующему: девять лет назад Себастиан де Грейв был признан погибшим, и все имущество рода перешло к Эдмунду, как ближайшему совершеннолетнему родственнику. Однако тело наследника так и не нашли, акт о признании смерти оформляли в спешке, свидетельские показания в нем были лишь от одного человека — выжившего после нападения Черных Собирателей охранника, и теперь, когда покойный сидит в гостиной, вся конструкция повисла в воздухе. В итоге получалось, что особняк, счета, доли в предприятиях и даже фамильное столовое серебро не принадлежат толком никому: передача оспорима, формулировка возвращения прав непонятна, а официальная тяжба между двумя ветвями рода может тянуться лет пять и кормить всю контору «Мортенс и сыновья» до глубокой старости ее младших сыновей. И старик, в принципе, был бы не против этого, но слишком хорошо относится к де Грейвам, чтобы заниматься подобным вымогательством.

— Именно поэтому, — подхватил лер Колвил, — совет предлагает решить вопрос мирно, сегодня и здесь.

— И как выглядит мир в вашем исполнении? — полюбопытствовал Себастиан.

— Вы подписываете отказ от притязаний. Взамен получаете компенсацию, — мэтр Мортенс с готовностью развернул к нему лист с аккуратной цифрой, — а также небольшой домик в Кайлморе. Не такой богатый, но полностью обставленный, с садом. Тихое место, вдали от здешних потрясений.

— Согласись, для человека твоей профессии это разумнее недвижимости, которую ты все равно не сможешь содержать, — вкрадчиво добавил Эдмунд. — Истребители, увы, редко доживают до седин.

— Род де Грейв десять лет восстанавливал доброе имя не для того, чтобы ты все испортил, — негромко произнесла Вивьен, не поднимая глаз от точки на ковре. Ей явно стоило немалых усилий сдерживаться, и не проявлять характер. — И мы вложили в этот дом много усилий. Здесь выросли мои дети. Я не жду, что тебе есть до этого дело, но надеюсь, что в тебе за эти десять лет появилось хоть немного совести.

— Тебе даже делать ничего не придется, — подал голос от окна Рауль. — Одна подпись. Даже ты справишься с таким простым делом.

— Рауль! — одернул сына Эдмунд и повернулся к племяннику. — Себастиан, никто тебя не гонит и не принуждает, но такой вариант будет выгоден всем. Опять же, не забывай, что именно я помог тебе выжить.

Себастиан обвел взглядом гостиную. Вся семья де Грейвов смотрела на него с разной степенью нетерпения, и только Элиза за своей газетой, кажется, откровенно наслаждалась спектаклем.

Он неторопливо подошел к столу, глянул на цифру, одобрительно приподнял бровь и отодвинул лист обратно.

— Щедро. Даже слишком щедро для человека, которому все равно скоро помирать, как деликатно заметил дядя. Поэтому отвечу просто, чтобы не задерживать столь важных людей: мне не нужен этот дом, счета, доли в предприятиях и серебро. И даже дом с садом в Кайлморе мне не нужен. Я откажусь от всего сразу и безвозмездно, без компенсаций, торга и встречных условий, в тот же день, когда закончу свои дела в Грейфолле. Мэтр может хоть сейчас составить бумагу с такой формулировкой, я подпишу не глядя. Но до этого дня я живу здесь, в гостевой комнате, ем на кухне и не трогаю ни ваши драгоценные портьеры, ни камины, ни сад. Единственное, что мне нужно — это все книги из библиотеки отца, посвящённые Пустошам, особенно его авторства, которые вы ещё не успели разбазарить. И этот пункт не обсуждается.

В гостиной стало очень тихо. Мэтр Мортенс растерянно поправил очки, явно пытаясь сообразить, насколько серьёзен в своём заявлении молодой человек.

— Формулировка «дела в Грейфолле» юридически ничтожна, — наконец ожил он. — Потребуется определение. Срок, событие, условие. Иначе документ не примет ни один суд.

— Тогда пишите: до завершения дела, принятого Орденом Истребителей по заявке городского совета за подписью лера Колвила. У вашего документа появится и конкретное событие, и условие.

— И как скоро, позвольте узнать, завершится это дело? — осторожно уточнил Колвил, как особенно заинтересованное лицо.

— Это зависит от того, как скоро я поймаю господина, которого ваши газеты окрестили Вивисектором. — Но чтобы вам было спокойнее, давайте добавим крайний срок в один месяц.

Эдмунд первым нарушил повисшее молчание: поднес наконец бокал к губам и сделал длинный, очень длинный глоток. Элиза за газетой издала удивлённое восклицание.

— Что ж, господа, полагаю, на этом все, — подытожил Себастиан. — Ужинать я буду в гостевой комнате. Ваше общество очень приятно, но мне нужно заняться расследованием, чтобы как можно быстрее покинуть эти гостеприимные стены.