Я заметила, как руки экономки задрожали. Кажется, она не просто застала все случившиеся, но сопереживала графине.
— Бедняжка полностью отдавалась детям, дому, но уж больно хрупкая была натура. В конце концов, она зачахла и скончалась, даже целители не помогли.
Я осела на маленькую софу, не ожидая таких новостей.
— А что же граф?
— А что граф? — Шани пожала плечами. — Продолжил в том же духе. Пока однажды не возвращался из деревни верхом, да не свалился вместе с лошадью в канаву и сломал себе шею. — Тон у экономки был такой, будто Холборн заслужил подобный конец. — А молодой господин собрал вещи, взял сестру и уехал в город. Больше я его не видела.
— Дела… — Я обмахнула себя передником, в котором суетилась по дому, тоже не сидя без дела. Теперь мне становилось ясно, почему Ричард не очень жаловал Холлисайд и не стремился сюда возвращаться. Если все это происходило на глазах подрастающего мальчика… Я передернула плечами. Страшно подумать, что там прячется в его душе. — Я не знала, что у моего супруга есть сестра.
— Госпожа Лиллиан. — Кивнула Шани. — Я в последний раз её совсем девочкой видела, сейчас уже, наверное, большая…
Странно, я не видела девушки ни среди гостей на свадьбе, никто о ней даже не упомянул. Все ли с ней в порядке?
— Дневники вернешь? — Поинтересовалась я. Шани сначала недовольно на меня взглянула, но потом все же кивнула. К моему удивлению полезла за пазуху и достала оттуда смятые листки.
— Надо ли вам это, госпожа? — Поинтересовалась экономка, пока я разглаживала чужие записи. — То дела давно минувших дней…
— Да, только разгребать эти дела почему-то мне. Не думаешь, что я заслуживаю знать правду?
Я кинула недовольный взгляд на женщину. Та поджала губы, но спорить не стала. Понимала, что я права.
— Пойду обед готовить. — Пробурчала Шани, развернулась и пошаркала прочь из гостиной.
Я разложила листки перед собой на софе, задумчиво вглядываясь в текст. Все это, конечно, очень печально и многое объясняло. Многое, но только не мои магические способности. Экономка могла и не знать, по какому принципу работает магия поместья. Но что-то мне подсказывало, что в дневниках точно есть ответ…
Глава 37. Секрет алтаря
Листков оказалось куда больше, чем я ожидала. Очень скоро я опустилась на холодный пол, разложив их вокруг себя, чтобы восстановить порядок и не запутаться в том, что за чем идёт. Слабый свет осеннего солнца проникал в комнату через мутное стекло, ложась на страницы золотистыми отблесками. В воздухе витал запах увядающей листвы и старых пергаментов. На это ушло время, но всё же я собрала события в нужную хронологию.
Мать Ричарда, которую звали Елена (я не удержалась от улыбки — какое родное имя! Одну из моих коллег в музее звали Леночка), оказывается, чувствовала то же, что и я. Странное тепло внутри, когда в поместье происходили непонятные вещи. Теперь я понимала, что это пробуждалась магия, медленно и неумолимо. И Елена была так же обеспокоена этим, как и я.
Все изменилось после рождения сына. Вместе с приливом материнских чувств, похоже, пробудилась и её сила — та, о которой она и не подозревала. Более того, она, как и я, была уверена, что в ней нет ни капли магии. Я почувствовала странную благодарность к своей свекрови — она начала собирать информацию о доме и его загадках, потому что её муж, как и мой, молчал как рыба. Осень за окном наполняла дом тягучей тишиной, и этот полумрак словно отражал внутреннее напряжение, которое накапливалось в поместье с каждым днём.
Елена кропотливо и с рвением отличницы записывала всё, что находила: обрывочные сведения из книг, цитаты, догадки, словно листочки падающей листвы. Я аккуратно складывала её заметки в отдельную стопку, чтобы потом показать Илье. Может, он найдёт какое-то объяснение всему этому — с точки зрения магической науки или чего бы там ни было в этом мире.
С каждым днём магия давалась Елене всё легче, а слуги в доме словно ничего не замечали — они делали вид, что всё идёт своим чередом. Пока однажды она не наткнулась в глубине сада на алтарь, укрытый осенними листьями, словно спрятавшийся под покрывалом времени. Этот камень откликнулся на её силу, но в отличие от меня, Елена не испугалась, а была заинтригована.
И вот, наконец, я нашла начало той записи, конца которой у меня не было, но я трепетно хранила её — листок с изображением кленового листа, от которого веяло тайной осенней ночи.
"Сегодня я, наконец, нашла хоть что-то о том камне в саду. Как я и думала, это не просто камень, а самый настоящий алтарь. В книге Фреско описываются такие же алтари. Они стоят на магических артериях, по которым под землёй течёт магия, словно кровь по венам. Там, где стоит алтарь, — что-то вроде узла, пучка этих артерий, которые подпитывают не только ближайшие земли, но, возможно, даже столицу!
Видимо, поэтому в поместье время от времени магия выходит из-под контроля. Фреско пишет, что за такими "местами силы" испокон веков присматривали женщины. А каждый алтарь обладает уникальной способностью, сравнимой лишь со способностью Богини.
С этой книгой я пошла к Ричарду. Теперь ему пришлось во всём признаться. Он сказал, что из поколения в поколение за алтарём в Холлисайде присматривали хозяйки поместья. И неважно, обладала ли она магической силой или нет. Наш алтарь может исполнять желание. Абсолютно любое. Но только одно — раз в году."
Запись оборвалась, но я помнила наизусть те слова, что были на листке, который я припрятала:
"Чтобы магия сработала, нужно провести простой ритуал. Взять красный кленовый лист и в День Осеннего Равноденствия прошептать ему своё самое заветное желание. Затем положить лист на алтарь, и он должен тут же сгореть."
И желание исполнится. Любое желание.
Сердце моё застучало как бешеное, в горле пересохло, ладони взмокли. В голове неотступно стучала одна мысль: любое желание . Любое желание!
Я могу вернуться домой.
Больше не будет этого старого, гниющего поместья, прогнивших досок и запаха сырости. Больше не будет недовольных взглядов местных жителей и мужа-мудака. Хотя... такой муж был и в реальном мире, но там я хотя бы с ним уже развелась.
Я вскочила, с трудом подняв тяжёлые юбки, и, почти бегом, бросилась на кухню, где витали ароматы свежей еды. Осенние ветры гнали жёлтые листья по двору, которые кружились в воздухе, как вихрь мыслей в моей голове. Ричард увеличил содержание, теперь мы закупались продуктами в деревне, и огород тоже привели в порядок. Вкусные запахи наполняли дом уютом, но сейчас мне было не до этого.
— Шани! — крикнула я, врываясь на кухню.
— Госпожа? — Экономка обернулась ко мне с недовольным видом, явно уже уставшая от моих вопросов за день.
— Когда День Осеннего Равноденствия? — мой голос дрожал от волнения, хотя я изо всех сил старалась это скрыть.
Шани сморщила лоб, задумчиво пожевала губы.
— Если сегодня… то… Хм… — поправила платок на голове. — Через две недели, госпожа.
Две недели. Две недели до моей свободы!
Я стояла, впитывая эти слова, словно холодный осенний ветер пробежал по коже, но вместо тревоги в душе разгоралась надежда. Оранжевые и багряные листья закружились за окном, осень словно сама хотела помочь мне, подтолкнуть к решению.
Две недели, и я смогу загадать своё самое заветное желание.
Глава 38. Проверка
Я стоял у окна своего кабинета и смотрел, как тяжелые тучи медленно наползают на город. Воздух был пронизан осенним холодом, запахом прелой листвы и намеками на приближающуюся зиму. Дни становились короче, и я всё больше чувствовал это на себе. Тягость этого времени года всегда давила на меня, но в этот раз было что-то ещё. Нечто иное угнетало меня, но я не мог до конца понять, что именно.
Лорейн больше не было в моём доме. Я выгнал её несколько дней назад, и с тех пор вокруг словно стало тише. Её громкий смех и непрекращающиеся разговоры об устаревших сплетнях исчезли, и теперь дом казался странно пустым. Казалось бы, я должен чувствовать облегчение. И, в каком-то смысле, так оно и было. Но вместе с этим пришло что-то ещё — странное чувство, будто я проснулся от долгого сна и вдруг понял, что все эти годы потратил на пустую, ненужную суету.
