Меченосец. Головы гидры (СИ) - "Afael"

— Не давайте им опомниться! Бейте по другим кораблям! — рявкнул я, хватаясь за рычаги, чтобы натянуть тетиву для следующего выстрела. Пот стекал по виску, мешая смотреть, но я стиснул зубы и сосредоточился. Второй корабль, видя участь первого, начал отчаянно маневрировать, его капитан выкрикивал приказы, пытаясь вывести судно из-под обстрела.

— Переключаемся! — крикнул я, поворачивая баллисту в сторону второго корабля и снова прицелился. — Давай, давай, — шептал я сам себе, чувствуя, как время замедляется. Попасть в движущийся корабль не так-то просто! Выстрел! Стрела пронеслась над водой и попала прямо в носовую часть корабля, пробив борт.

Я бросился перезаряжать, но тут в бой вступил Сардас. Маг стоял на стене форта, его силуэт выделялся на фоне мрачного неба. Он вытянул руки вперед, и между его ладонями вспыхнул огненный свет. Его товарищи поддерживали его, направляя на мага свою энергию. Секунда напряженной тишины и из его рук вырвался пылающий шар, устремившийся к застрявшему кораблю. Удар был сокрушительным. С громким хлопком шар врезался в борт, и огонь охватил судно целиком. Деревянные переборки затрещали, палуба начала рушиться, а моряки с криками бросались за борт, исчезая в бурлящих волнах. Корабль был уничтожен

— Сардас, второй! — крикнул я, но маг покачал головой, тяжело опираясь на посох. Его лицо побледнело, дыхание было прерывистым.

— Это стоило слишком многого, — прохрипел он. — Дистанция почти предельная. Если бы он двигался, мы бы не попали.

Я стиснул кулаки, жалея, что застрял всего один корабль. Но бой еще не закончился. Второй корабль, потеряв своего лидера, попытался развернуться и уйти из гавани.

— Огонь по второму! — скомандовал я, и баллисты загудели снова. Болты роем полетели во второй корабль. некоторый пролетали мимо, падая в воду большими всплесками. Другие пробивали корпус. Один влетел так удачно, что из трюма тут же повалил черный дым.

— Нужно добивать! Я прицелился еще раз, натягивая тетиву до предела. Выстрел! На этот раз горящий болт сшиб бочки с маслом для баллист. Пламя побежало по палубе, и команда, осознав, что спасения нет, бросилась к шлюпкам.

— Не дайте им высадиться! — крикнул я, переключая огонь на шлюпки. Море было неспокойным, мелкая рябь болтала маленькие лодки из стороны в сторону, как ореховые скорлупки. Мы стреляли без остановки: болты падали в воду, некоторые разбивали шлюпки, отправляя людей в пучину.

Бой был напряженным, каждый выстрел требовал предельной концентрации. Ветер усиливался, тучи сгущались. Кажется, что сама природа сражается на нашей стороне. Оставшиеся корабли эскадры, видя, как два судна превратились в дымящиеся обломки, начали отходить, чтобы не попасть под огонь с форта.

— Продолжайте огонь! — крикнул я, чувствуя, как адреналин бурлит в крови. Другие два корабля уже развернулись и уматывали подальше от нас и от своих горящих собратьев, выходя из-под обстрела

— Вот так вот! — рыкнул я, оглядывая своих товарищей. Лица были покрыты копотью и потом, руки дрожали от усталости, но в глазах горела гордость. Мы отстояли гавань. — Вот так будет с каждым! Саргоса стоит! — бойцы разразились победными кличами.

Сардас подошел ко мне, его шаги были тяжелыми, а лицо бледным от изнеможения.

— Если бы они не торопились так сильно, все могло бы сложиться иначе, — сказал он тихо.

— Да, — кивнул я. — Но они ошиблись, а мы этим воспользовались.

Мы стояли на стене форта, глядя на дымящиеся обломки в гавани.

Тем временем противник, потеряв аж два корабля с десантом в предыдущей стычке, отступил, но лишь для того, чтобы перегруппироваться. Мы знали, что Алекс не из тех, кто сдаётся легко, и вскоре наши опасения подтвердились. На горизонте вновь замаячили силуэты вражеских судов, выстраивающихся в чёткую боевую линию. Их цель стала очевидна — наш форт. Единственный рубеж обороны острова Саргоса. Они решили сосредоточить все силы на его уничтожении, и начался новый этап битвы.

Линия медленно приближалась, когда первый корабль вышел на дальность стрельбы, он повернулся бортом и выпустил по нам залп. Мы выстрелили в ответ и бросились перезаряжать орудия. Каждый корабль подходил на расстояние выстрела, разряжал свои баллисты в сторону форта, а затем отходил, уступая место следующему. Снаряды с грохотом врезались в стены, падали за пределами форма. Часть снарядов отбивали своими щитами наши маги. Без них нам бы пришлось очень худо.

Мы тоже вели плотный огонь. на пределе сил. Тетивы гудели от напряжения, выпуская болты в сторону приближающихся судов. Парни затаскивали камни в ложки катапульт и отправляли снаряды в сторону вражеских кораблей.

Мои руки уже ныли от усталости, пот заливал глаза, но я продолжал тянуть рычаг, выверяя каждый выстрел. Один из болтов угодил в палубу вражеского корабля, разбив вдребезги деревянную конструкцию, державшую их орудие. Горящий снаряд выпал на палубу. Моряки тотчас бросились его тушить. Удачливый камень попал в борт следующему, пробив его. Вражеский корабль накренился, но тут же отступил, а на его место выдвинулся следующий.

На стенах форта наши маги из последних сил держали защитные щиты. Сардас стоял в центре, его посох светился голубым сиянием. Его товарищи, выстроившись рядом, бормотали заклинания, их голоса сливались в низкий гул. Каждый раз, когда вражеский снаряд летел в нашу сторону, щиты вспыхивали, отражая удар. Но с каждым попаданием их свет становился всё слабее, а лица магов — всё бледнее.

— Сколько ещё вы сможете держать? — спросил я, подбежав к Сардасу в короткой передышке между залпами.

Он повернул ко мне измождённое лицо, его глаза блестели от напряжения.

— До обеда, может быть, — прохрипел он. — Но не дольше. Силы тают.

— Нам нужно продержаться до ночи, — сказал я, сжимая кулаки. — Хотя бы до ночи.

Он лишь кивнул, возвращаясь к заклинаниям. Я бросился обратно к баллисте, понимая, что каждая минута на счету.

Часы тянулись мучительно медленно. Обстрел не прекращался ни на миг, и с каждым залпом стены форта всё больше походили на руины. Каменные осколки летели во все стороны, один из них просвистел у моего виска, оставив царапину на щеке. Я вытер кровь тыльной стороной ладони и продолжал стрелять. Мы все были на пределе: руки дрожали от усталости, лёгкие горели от пыли, а горло пересохло от криков и едкого дыма.

— Держитесь! — кричал я парням, хотя голос уже срывался на хрип. — Отступать некуда!

Рядом со мной молодой солдат по имени Джон натягивал тетиву своей баллисты. Его лицо было покрыто грязью, а руки тряслись так сильно, что он едва мог удержать рычаг.

— Я не чувствую пальцев, — пробормотал он, но всё равно выстрелил. Болт угодил в борт вражеского корабля, пробив палубу. Джон вымученно улыбнулся. — Ещё один.

— Молодец, — выдохнул я, хлопнув его по плечу. — Ещё немного, Джон. Мы справимся.

Маги продолжали бороться, но их силы иссякали на глазах. Один из учеников Сардаса, совсем юный парень, пошатнулся и упал, его заклинание оборвалось на полуслове. Щит над его участком стены мигнул и погас, и тут же туда врезался снаряд, обрушив часть кладки. Камни с грохотом покатились вниз, подняв облако пыли.

— Поднимайся! — крикнул Сардас, бросаясь к ученику. Он подхватил его под руки, но парень лишь бессильно покачал головой.

— Я больше не могу, мастер…

Сардас стиснул зубы и вернулся к своему посту, усиливая щит собственными силами. Его лицо стало мертвенно-бледным, пот стекал по вискам, но он не останавливался. Я видел, как его пальцы дрожат, как он шепчет заклинания сквозь сжатые губы, и понимал, что он держится на одной лишь воле.

К обеду ситуация стала критической. Стены форта трещали, словно старый корабль в шторм, а маги один за другим падали от изнеможения. Сардас, опираясь на посох, всё ещё стоял, но его щит теперь едва мерцал, пропуская мелкие осколки. Я подбежал к нему, когда очередной снаряд пролетел над нашими головами, врезавшись в башню позади.