Миссия: реабилитировать злодейку! Том 2 (СИ) - Пылаева Алина

— Не могли бы вы восполнить недостаток знаний об этом цветке, моя Королева?

Райлон помог выбраться из кареты, что было встречено недовольным сопением за моей спиной, и повел во дворец. Второй рукой он снял с пояса голубую розу и махнул ей пару раз, будто я могла забыть, какой цветок был мною подарен.

— Разумеется, раз я втянула тебя в довольно неловкую ситуацию. — приглушенно ответила я, прикрывая рот веером. — Девятый император Турина был нем и поначалу испытывал трудности с поддержанием порядка в собственном гареме. В обществе, где оружием является слово, ему было трудно защищать тех, кого он любил. И тогда он решил победить лживые слухи и пересуды цветами. Первые букеты сопровождали записки, которые зачитывались посыльным громко и четко, как самый настоящий императорский указ. Делалось это на чаепитиях и балах, отчего смысл языка цветов быстро распространился во всем высшем свете.

Мы взошли по лестнице, где отпустили двух сопровождающих рыцарей до дальнейших распоряжений и вошли во дворец, оказываясь перед коридором из слуг и стороживших первый этаж рыцарей.

Каждый из них глазел на клинок из легенд, что небрежно болтался на поясе Райлона без ножен и на сломанный меч, который я засунула за одну из лент на поясе своего платья, будто за ним повторяя.

— На первый взгляд звучит романтично, а может даже инфантильно для правителя целой империи. Но вскоре выяснилось, что это не просто забавы, и в императорском саду растут не только алые розы пылающей страсти по соседству с розовыми бутонами нежных чувств. Вместе с ними были и желтые розы — символ безудержного гнева короны, белые розы — символ непорочности, которую император не собирался пятнать и черные розы — по их лепесткам виновных в страшных злодеяниях наложниц вели на казнь.

Напряжение Райлона все возрастало, я чувствовала это отчетливо. Он будто был в шаге от броска, думалось мне, это затянувшееся пояснение его измотало. Но не могла же я заявить все как есть при чужих ушах.

— Должно быть я утомила тебя этой маленькой исторической справкой.

— Нет, моя королева. — смиренно ответил он, чуть склонив голову.

К тому моменту мы успели подойти к моим покоям и отпустить рыцаря, что был на страже дверей.

— Надеюсь так. Она важна, чтобы ты понимал — в то время к любым цветам подаренным императором относились с той же серьезностью, как к любому его приказу. И когда невиданная никем и никогда голубая роза оказалась в его руках, даже музыка на балу стихла. Девятый император прошествовал к маркизе Мортейн на глазах у своего давнего врага — ее мужа маркиза. И разумеется никто не знал значения цветка, он был подарен впервые. Но все разом решили — раз все розы всегда говорили о чувствах правителя к его женщинам, и голубая роза не была исключением. Слухи разрослись по империи неистовым пожаром. В каждой подворотне только и говорили о том, как император возжелал чужую жену. Голубая роза стала для империи символом недосягаемой безответной любви. А некоторые даже шептались будто она была тайным приглашением в спальню.

Оказавшись в своих покоях, я расслабилась. Скинула тонкую накидку с плеч и направилась к туалетному столику, чтобы снять тяжелые украшения.

— Так вы желаете, чтобы по ночам я прислуживал в вашей спальне? — неожиданно выдал Райлон, оставаясь совершенно безразличным к сказанному. — Я слышал, это у благородных леди называется несменяемым ночным стражем?

Думала, Рене с Бьёрном хватит удар. В этот момент их зародившаяся коалиция укрепилась на долгие годы.

— Да как смеешь спрашивать подобное?! — пискнула моя служанка, потянувшись в потайной кармашек, где, как я знала, лежат пара тонких кинжалов.

Остановив ее жестом руки, развернулась и расправила плечи.

— Не-ет… — пытаясь побороть смущение улыбнулась я. — Вопреки неким обстоятельствам в прошлом у меня нет склонности затаскивать мужчин в свою постель силой.

— Госпожа!.. — Бьёрн тоже не мог пережить, когда благородная леди, то есть я, говорила на подобные темы.

— Но о ночной страже тебе и впрямь придется позаботиться. — решила добить этих двоих усмешкой, а затем стала предельно серьезной. — Мне надоело менять пропитанные кровью ковры в своей спальне, как и днями созерцать помятые лица моих ближайших людей.

Теперь их возмущение сменилось озабоченностью, но Рене и Бьёрн знали — спорить со мной, если я что-то решила, уже бесполезно.

— Все понятно?

— Да, моя королева.

Напряжение Райлона все еще вибрировало в воздухе, а потому я с трудом отправила Бьёрна отдыхать в соседние покои, а Рене приказала набрать горячую ванну. Когда мы остались вдвоем, я продолжила:

— Так вот, вернемся к девятому императору, ты еще не устал? — вскинула вопросительно брови, на что парень нахмурился. Он хотел услышать совершенно не это, но был вынужден ждать, пока я закончу. — Император долго не давал пояснений, маркиза искала смысл цветка активней других. Но когда маркизат Мортейн встал перед выбором наследника, и старый маркиз возжелал видеть преемником своего бастарда, девятый император поддержал их единственную с маркизой дочь через брак с одним из своих розовоглазых сыновей, что не унаследовал силу крови Турина. Истинным смыслом цветка была тайна. Тайный сговор ради будущего союза семей.

Я подошла ближе, выдерживая прямой открытый взгляд светлых глаз.

— С этим цветком я доверила тебе свою тайну. Выразила надежду, что ты ее сохранишь и станешь мне надежным союзником. Но даже не зная об этом, ты принес мне клятву верности. Почему?

— У меня не осталось времени на осторожность. — не задумываясь ответил он. — Вы обещали заплатить за мою верность справедливую цену, так заплатите и я избавлю вас от тайны, что может погубить весь этот дворец.

Райлон протянул пустую ладонь, и я посмотрела в ее центр. Успела заметить мозоли на длинных пальцах и небольшой свежий порез.

— Что… ты имеешь в виду?

Я вновь подняла глаза и в этот миг отшатнулась. Он смотрел на меня так же, как совсем недавно на Атила угрожающего ему черным клинком. Режущим взглядом, с готовностью добиться своего, чего бы это не стоило.

— Не играйте со мной, моя королева. — он медленно приближался, я отступала назад. Немного трухнула, признаю. Но все же была уверена, что мы быстро разрешим это недопонимание без лишней суеты. — Вы дали почувствовать вспышку особой магии, и плечо выбитое на позавчерашней тренировке больше не болит. У вас есть камень с целительной силой Эскама. Отдайте его мне.

Он вновь протянул ладонь. А я, наконец, поняла, что парень решил, будто мне удалось раздобыть один из духовных камней Эскама, что рождались за последнюю тысячу лет. Разумеется в это поверить было намного легче, чем в силу, которая была потеряна еще с основания империи.

— У меня нет целительного камня, сэр Райлон, но…

Остановило меня острие меча, что едва не царапнуло горло. Невольно подняла руки, как бы сдаваясь, и хотела вновь заговорить, но Райлон меня перебил:

— Вы же знаете, Ваше Высочество, рыцарская клятва не лишает меня возможности вам навредить. Да, ценой этому станет мой камень души и наверняка сама жизнь, но и для вас это не пройдет бесследно. Я не позволю посадить себя на цепь против воли. А моя воля — сила Эскама, вы это знали, не смейте отрицать.

— Да ты! Ты!

Вот знала же, что Рене и Бьёрн не оставят нас надолго. Они будто все это время караулили под дверью и вернулись в самый напряженный момент. И не раздумывая атаковали. Разом.

Райлон легко отбил кинжалы, которые сменили траекторию и вонзились мне прямо в лоб. Точнее огромной картине, на которой было изображено лицо королевы Клариссы.

— Картина никогда мне не нравилась, — нервно буркнула я, замечая как Бьёрн собирает в руках остатки своей маны.

— Всем стоять! — рявкнула во весь голос. Не хватало сейчас еще буйного мага успокаивать, если тот выйдет из-под контроля. Шевеления прекратились не до конца, и я процедила: — Всем, кому я хозяйка, стоять.

Поняв, что угрозы со спины пока нет, мой драгоценный рыцарь вновь удостоил меня строгим взглядом.