Где моя башня, барон?! Том 7 (СИ) - Харченко Сергей

Брум отреагировала сразу же. Она прочертила вокруг нас круг. Достала из кармана платья изогнутый нож и чиркнула себе по ладони, выплеснув бурую кровь на землю.

Что она произнесла, я не разобрал. Скороговорка на каком-то древнем языке, скорее всего доставшемся троллихе от её далёких предков.

Я увидел сквозь сгустившееся пространство удивлённые лица заметивших нас студентов. А затем вокруг вспыхнуло. Секунду спустя сияние исчезло. Я увидел за спиной проходную, а в паре метрах от себя Жигу, который от удивления чуть сигарету не выронил изо рта.

— В телепортационную, — прохрипел я. — Срочно!

— Понял, — кивнул водила, и сбил крапаль с окурка, швыряя щелчком его в урну за бордюром. Затем помог погрузить Никитича в салон «Победы».

Так быстро я ещё никогда не ездил. Жига втапливал педаль газа в пол, выкручивал руль, а за окном проносились фонарные столбы, сигналили испуганные водители, отпрыгивали пешеходы, пытающиеся перейти по зебре дорогу.

Удивительно, как ещё ни на кого не наехали и ни с кем не столкнулись.

Две минуты — и вот мы уже у серого здания с горящей над входом табличкой «ВХОД РАЗРЕШЁН. ПРИЯТНОГО ВАМ ПЕРЕМЕЩЕНИЯ».

Протащив Никитича мимо ошалевшего охранника, мы подошли к чаше перемещения. Остальные трое из охраны пили кофе у автомата и только сейчас заметили нас.

Один из них, усатый, как раз допивал напиток. Он смял бумажный стаканчик, кинул его в урну и направился вместе с парочкой крепких мужиков в нашу сторону.

— Что с вами⁈ — охнула пожилая женщина в спецодежде.

— Это… вы чего это мимо прошли? — пробормотал здоровяк, выхватывая дубинку. Он боязливо направился к нам.

— Нам надо в Хабаровск, срочно. Надо спасти друга, — обратился я к испуганной женщине. И протянул ей пачку сотенных купюр.

Глаза дамочки заблестели. Она охнула, прикидывая в уме, что там пять тысяч, не меньше, и буквально вырвала деньги из моих рук.

— Всё нормально! — остановила она охрану. — Это свои!

— Какие свои, Лариса? — зарычал усатый, почти добравшись к мостку. — Всех обыскиваем.

— Я сказала свои — значит свои, — прошипела женщина, поставив руки в боки. — Что-то не нравится?

— Ты нарушаешь основное правило. Надо досматривать всех, — напомнил ей усатый.

— А как ты своих дружков проводишь без досмотра? Тебе, значит, можно? Так. Иди пить свой кофе. Не мешай.

— Ну, что ты начинаешь, Лариса? То мои друзья, — смутился усатый.

— А это мои друзья, — прошипела женщина, злобно уставившись на него.

— Ладно, шут с тобой… Мегера, — отмахнулся он от неё, затем кивнул остальным в сторону шкафа с кнопками. — Пойдём. Чего встали?

Охрана удалилась, но здоровяк с дубинкой остался.

— Василий, не вынуждай меня материться. Иди на пост, — зыркнула Лариса в сторону охранника, который замер и посматривал масляными глазками на её карман.

— Я видел деньги, — пробормотал он.

— На, и отвали, — Лариса сунула ему в нагрудный карман сотенную купюру.

Затем женщина кинулась к приборной панели на колонне, которая держала чашу перемещения. Пальцы её замелькали над клавиатурой. Она настроила адрес телепортационной, у которой нас дожидалась хабаровская «Победа».

Перенёсся я вновь при помощи искр. И вновь выплеснул в пространство избыток энергии. Выскочив на другой стороне, я отпихнул в сторону зазевавшегося охранника. Тот что-то резкое бросил вслед, но мне некогда было ему отвечать. Главное доставить Никитича в СОХ.

«Победа» блестела чёрными лакированными боками на стоянке. Жига любовным жестом погладил её бок, затем прыгнул за руль.

Он нажал на стартовую кнопку, но двигатель пробуксовал. Не завёлся. Затем ещё раз. И ещё. На панели замигал красным датчик.

— Вот же твари грёбаные! — прорычал Жига. — Неужели бензин слили? — он увидел прогуливающегося худощавого старика и крикнул ему: — Эй, какого чёрта⁈

Тот приложил руку к уху, затем подошёл.

— Ась? — спросил старик дрожащим голосом.

— Ты мой бензин слил? — прорычал Жига.

— Что сбил? — непонимающе уставился на него старикашка.

— Слил бензин! — выпалил Жига.

— Лимезин? Не, его в аптеках не купишь. Тока по рецепту, — проскрипел старик.

Это было бесполезно. Только время тратим, а Никитичу от этого точно не легче.

— Не видишь, что это всё впустую? Старик не слышит ни грамма. Всё, я сам тогда доберусь, — уже собирался я выходить из салона.

Раз ничего не остаётся, придётся отправиться под ускоряющими рунами в СОХ. Но перенести на себе Никитича, как в своё время Воробья будет сложно. Гвоздев-Романов по весу выходил как четыре Воробья вместе взятых.

Да и состояние моё общее совсем не предрасполагало к таким перегрузкам. Выдохнусь на полпути и упаду, как и Никитич.

— Шеф, не спеши, — улыбнулся Жига. — У меня есть в багажнике запас. Минута делов.

Пока Жига выскочил из салона и колдовал у бака, заливая из канистры бензин, я проверил пульс Никитича. Есть, но слабый. Дышал император прерывисто. Главное — жив. А ещё появилась испарина. Не очень хороший признак. Как бы инфекция не попала в рану или ещё какая зараза.

— Всё! — выпалил пахнущий бензином Жига, прыгая на своё кресло.

Он завёл «Победу». Сорвавшись с места, мы вылетели на оживлённую улицу. И водила принялся показывать очередные чудеса вождения. Впритирку проносился он мимо машин, обгоняя и вновь занимая свою полосу движения.

Пролетели мы пару раз на красный светофор, а потом и СОХ впереди показался. Проходная была в курсе того, что мы едем. Я отправил сообщение Шише ещё когда мы были в Краснодаре.

«Победа» с рёвом пролетела распахнутые ворота. Через несколько секунд мы очутились у лазарета.

— Егор Никитич! Что с вами⁈ — воскликнула Дарья. Глаза её раскрылись от удивления. Она пыталась понять, чем была обтянута грудная клетка главы союза.

— Даш, меньше вопросов. Спасать надо. У Никитича рана в грудной клетке. Готовь операционную, — постарался я обратиться к ней как можно мягче. Но голос всё равно прозвучал напряжённо. — Лекари на месте?

— Все, кто есть, да, — кивнула Дарья, открывая нам двери.

В коридоре нас встретили два крепких парня с носилками и два лекаря.

— Рана под этой штукой? — дрожащим голосом произнесла Даша. — А что это? На гипс не похоже.

— Костная ткань, — произнёс я.

— Костная… что? — брови Даши поползли на лоб.

— Не задавай лишних вопросов. Сейчас я уберу её. Только готовьтесь остановить кровь.

Гоб передал Пожирателя, появляясь за моей спиной, чтобы не заметили его остальные. Все охнули, замечая здоровенный меч, а Даша испуганно отшатнулась.

— Я всего лишь уберу защиту. Не пугайтесь, — предупредил я и прислонил Пожирателя к костному каркасу. Тот растаял на глазах, и показалась дыра в лёгких Никитича, чуть выше сердца.

Дарья побледнела ещё сильней, но лекари за пару секунд остановили кровь, наложив на рану мерцающую печать.

— Всё, дальше мы сами, — пробормотала Дарья. — Спасибо тебе, Володя.

— Я подожду, — произнёс я тоном, не терпящим возражений. — Сколько нужно.

— Час точно будет длиться операция, — вздохнула Дарья. — Рана серьёзная.

Она исчезла в операционной вместе с остальной группой. Никитича аккуратно унесли следом на носилках. Я проводил их взглядом, затем посмотрел на Жигу. Лицо его было в тон побеленной стене за спиной.

— Тебя тоже сдать лекарям? — хмыкнул я.

— Да ну. Что я, крови не видел? — еле слышно прохрипел водила. — А есть здесь кофейный автомат?

— Да, конечно. А ещё бассейн и массажная с тремя грудастыми специалистками, — подтвердил я.

— Было бы замечательно. Ты так описал, что захотелось всё это разом освоить, — оскалился Жига. — Ладно, я в машине подожду.

— Как хочешь.

Я устроился в коридоре на жутко неудобном стуле. Прислушался к своим ощущениям. Ожоги прошли. Боли я не чувствовал. К тому же Даша не отправила меня в соседнюю палату на восстановление. А, значит, выгляжу я вполне здоровым.