Искра Свободы 6 (СИ) - Нова Александр

— Ночью из собственного дома исчез капитан роты «Стальной Феникс». Вместе со слугой. Что-нибудь об этом знаешь?

— Исчез? — с деланным недоумением переспросил я.

— Что ты знаешь о ночных событиях, Фир?

Я изобразил человека, который пытается вспомнить.

— Пожар был. Где-то. Меня колокол разбудил. Я даже к окну не подошёл, — я зевнул. Даже играть не пришлось, спать мне хотелось по-настоящему. — Я после боя с «фениксами» ещё не восстановился, господин старший инквизитор. Три ночи назад меня били шестопёрами. Вставать смотреть на чужой пожар не хотелось.

За спиной Рауля с треском перевернули тюфяк и ощупали по всей длине. Из сундука на пол полетели рубахи, ремни, аптечка. Хирургический набор разложили на столе и осмотрели каждую железку отдельно. Один из агентов вытянул из ножен Астру и долго смотрел на клинок. Клинок был чистым: этой ночью обе шпаги оставались здесь. Другой взял мои сапоги, вывернул, понюхал подошву. Сапоги сухие, и пахли сундуком для бедных.

Про одежду с чужого плеча никто не спросил. Я не стал напоминать.

— После боя с «фениксами», — повторил Рауль. — Два раза вы сходились. Оба раза их люди легли. У тебя с этой ротой давняя вражда.

— Зла я на них не держу, если вопрос в этом, — я пожал плечами, и ключица напомнила, что вообще-то стоило бы. — Капитан бумагу с гарантиями подписал. При его преосвященстве, с печатью. За доспехи их бойцов мне заплатили полторы тысячи лоренов. На «фениксах» я заработал больше, чем на Кукловоде. Такую вражду я готов терпеть каждую неделю.

— Тебя видели, когда ты входил в дом капитана. Зачем?

Хороший вопрос. Я на мгновение споткнулся. Когда именно видели? Вчера я входил туда дважды. Первый раз ни для кого не секрет. А вот второй… если видели во второй раз, то у меня проблемы.

Глава 14

Подземные воды

Я заставил себя улыбнуться, чтобы скрыть следы волнения, и ответил так, словно никакого второго раза и не было.

— Закрывал контракт. Убийство твари (D-) ранга. Той самой, что прикончила барона Гильема, — я выдержал паузу, чтобы продолжение прозвучало не дерзостью, а напоминанием. — Она и вас бы сожрала, господин старший инквизитор, если бы я вас не спас.

Рауль отмахнулся. Коротко, раздражённо, как от мухи.

— Этот долг я тебе уже отдал.

Но что-то в Рауле изменилось. Едва заметно: чуть разжались пальцы, ушёл из голоса металл. Ещё не доброжелательность. Скорее, готовность считать меня не только подозреваемым.

— Слуга впустил, слуга и выпустил?

— Слуга. Отставной боец, с выправкой. Проводил в кабинет, проводил обратно. Капитан заплатил десять соляров. Могу показать, если их ещё не…

Я кивнул на сундук. Агент как раз вытряхнул на пол мой кошель и пересчитывал монеты.

— Тут 110 соляров, — доложил он. — И серебро. Не сходится.

Рауль вопросительно посмотрел на меня.

— От капитана «фениксов» за снаряжение я получил 75. Ещё 60 за Кукловода от Церкви, — начал объяснять я. — Отдал часть собору за посредничество в сделке, выплатил доли своей команде, а это, — указал я на рассыпанные монеты, — что осталось. Уверен, у собора всё зафиксировано…

Рауль опять махнул рукой: мол, хватит, нам и так всё известно. Я уже решил, что на этом закончили, когда заговорил Северин:

— Колокол ударил до полуночи, — голос ровный, без выражения, как у человека, читающего протокол. — Заутреню звонят на рассвете. Между ними больше пяти часов. У вас, господин Фир, «Ускоренный Отдых» пятого уровня. Четырёх часов вам достаточно на полноценный сон. Значит, проснулись вы ещё затемно. Что делали до рассвета?

Хороший вопрос.

— Лежал, — ответил я. — «Ускоренный Отдых» — это про сон, дознаватель. Не про желание вставать. Лежал и считал, во сколько обойдётся корабль.

— И во сколько?

— На гнилой денег точно хватит. А на хороший — уже впритык. На что закупать товар, непонятно. Вот и гонял в голове варианты, где денег взять. А Орден, случайно, бывшим служащим беспроцентные кредиты не выдаёт? — попытался пошутить я.

Северин не улыбнулся. Записал что-то в блокнот и продолжил тем же тоном:

— Ваша правая рука. Повязка свежая: узел не обтёрся, полотно чистое. В вашем рапорте о бое в руинах упомянута трещина в ключице, и травма левой руки. Правая, согласно рапорту, цела.

Пол под ногами качнулся, как дно лодки на реке. О рапорте я забыл. О том, что писал его сам, аккуратно и подробно, — тоже.

— В рапорте я перечислил то, что мешало держать оружие, — произнёс я медленно, чтобы не сбиться. — Правая держала. После пробуждения от звука колокола, рука разнылась всерьёз. Я перевязал потуже и лёг обратно. Хотите — размотаю. Отёк трёхдневный.

— Разматывайте.

Я размотал. Предплечье — багровое, толстое, горячее даже на вид. Северин взял его двумя пальцами, повернул к свету, покрутил. Отёк был свежим, ночным, и любой врач сказал бы это с ходу.

Был ли у Брена навык «Полевая Медицина» и находился ли дознаватель на моей стороне, я не знал.

— А синяк на виске тоже трёхдневный? — спросил он ничего не выражающим голосом.

— Да, — нагло соврал я ему в глаза, уже придумывая легенду.

— Разденьтесь до пояса, — приказал Брен.

Я подчинился. Он осмотрел меня, и ни один мускул на его лице не дрогнул.

— Одевайтесь, — Брен повернулся к Раулю и отчитался: — Все травмы получены не этой ночью. Скорее всего, действительно три дня назад или даже раньше.

— Хорошо, — ответил Рауль.

Пока я одевался и возился с бинтом, дознаватель перевернул страницу в блокноте.

— Ваш подчинённый по кличке «Лис» вчера с полудня до вечера находился на пристани у Речных ворот. В сотне шагов от казарм роты, которая и загорелась этой ночью. Будьте добры, объясните это совпадение.

— Лис был там с моей проводницей. Они искали корабль. Тот самый, о покупке которого я думал всё сегодняшнее утро. Грузоподъёмностью от четырёх тонн. Спросите Амели, она вам про каждую гнилую доску расскажет. Подробно и с выражениями.

Ответом Брен меня не удостоил, вместо этого повернулся к Раулю.

— У меня всё, господин старший инквизитор, — произнёс Северин и отступил на шаг, закрыв свой блокнот.

Агенты тоже закончили с обыском. Старший из пятерых подошёл к Раулю, что-то тихо сказал и покачал головой. Комната выглядела так, будто по ней прошёл Кукловод: тюфяк вспорот, вещи на полу, доспех разобран по частям.

— Какие у тебя планы, Фир? — спросил Рауль.

— Как я и говорил, купить корабль. Заняться речной торговлей, — я кивнул на стол, где среди хирургических зажимов лежал замусоленный лист Амели. — Вон, цены.

Рауль взял лист, глянул на цифры, положил обратно.

— Город пока не покидай.

— Это официальное требование Ордена? — спросил я. — Тогда выдайте бумагу. За вашей подписью. Чтобы, если мне предложат новый денежный контракт, я всех отправлял к вам. За упущенной выгодой.

Несколько секунд старший инквизитор смотрел на меня так, что стало понятно: Мерцалку он не забыл. К сожалению, то, что было после неё, он тоже прекрасно помнил.

— Если в течение недели ты исчезнешь, я объявлю тебя в розыск, — сказал Рауль. — Мы поняли друг друга?

— Поняли, господин старший инквизитор.

Рауль встал. Агенты вышли первыми, за ними дознаватель. Северин вышел, не оборачиваясь. Дверь закрылась, и в коридоре кто-то — кажется, Тома — с облегчением выдохнул.

Я сидел на распоротом тюфяке и смотрел в стену.

Пропажу капитана наёмников расследовала не городская стража. Орден. Лично старший инквизитор, через час после рассвета, с обыском. Да, разворошил я гнездо.

Заснуть уже не получится, это я понимал ясно. Так что я встал и занялся делами. Навёл порядок в покоях. Умылся. Спустился на завтрак.

В трапезной я обнаружил только Лиса. Он сидел над миской каши и, увидев меня, подвинул вторую.

— Спрашивали, — сказал он, не понижая голоса. — Я сказал всё как есть. Что смотрел корабли. И что потом я всю ночь в таверне отдыхал. В кости играл.