Я один вижу подсказки 19 (СИ) - "Son"

На данном вопросе мы остановились подробнее, проговаривая не только возможные варианты, но и необходимость данного решения.

Многие считали Древлян хоть и многочисленным племенем, но слабым. И не за счёт их техники или наследия, а за счёт их трусливого характера.

Я же сказал так:

— Поговорить с ними нужно. Убедить их нужно точно. Ведь если мы этого не сделаем и просто уйдём, то я боюсь, что весь гнев Морозных Людей обрушится на них. Тогда племён будет на одно меньше.

С этим были согласны многие, но Рейм опять же бил в самую точку:

— У тебя точно получится с ними поговорить? С Шерком ты не ладишь, от слова совсем. Напомню тебе, что на предыдущем общем сборе ты своими кулаками «помял» его пузо. Также нехило отделал других людей.

Из-за слов Рейма взгляды в комнате стали странными. В них читался вопрос: «Кого же мы выбрали своим главой? Этот человек точно надёжный?»

Я не стал отрицать, согласился и добавил:

— Я не буду говорить со Шреком.

Меня поправили:

— С Шерком.

— Не так важно. Важно другое: у Рейма с ним хорошие отношения. Тот мерзкий тип готов у него в коленях валяться. Пускай Рейм будет представлять союз. Уверен, что тот согласится.

Лицо Рейма в тот момент было странным. Но возражений у него не было.

— Хорошо!

Первое Вече длилось долго. Внезапно оказалось, что было много вопросов, которые важно было проговорить.

Закончив с Древлянами, мы перешли к другим племенам. Я высказывался, другие слушали и предлагали варианты. Многие вопросы были решены, многие вопросы оставались висеть в воздухе, так как многое было непонятным.

В целом мы нашли друг с другом общий язык.

Прошло десять дней.

Корабль, пролежавший под снегом всё это время, наконец вышел наружу. Снежная масса с грохотом осыпалась с корпуса, разлетаясь во все стороны.

Над головой было ярко-голубое небо, без единого облачка. Солнце светило так, что слепило глаза. А те чёрные тучи исчезли, словно их никогда не было.

За десять дней, что два племени были под снегом, невозможно было сделать многое. Однако мы воспользовались этим временем, чтобы сделать всё возможное, что было в наших силах.

Лучники теперь были не только в броне, но и с особыми луками и стрелами, позволяющими им стрелять далеко, при необходимости опутывать, ослеплять или даже наносить проникающий урон.

Особенно радовал внутренний настрой людей двух племён. Теперь у каждого горели глаза, и каждый считал, что перед нами открылось светлое будущее. Что было даже важнее всех этих артефактов.

Корабль с тихим гулом, исходившим от формации, двинулся в сторону Древлян. Ориентироваться пришлось на три указателя. Первый — корабль изначально был поставлен таким образом, что его нос смотрел в сторону племени Древлян. Второй — по солнцу: оно должно находиться позади. Третий — датчики корабля.

Я не знаю, хорошо это или, наоборот, плохо, но у корабля не было какой-то нормальной системы координат, по крайней мере какого-то GPS точно не было.

Снега ещё было очень много. Чтобы тот растаял, нужно ещё три-четыре дня, а быть может, больше.

Несмотря на это, всё равно было принято решение двигаться сейчас, так как потом может быть уже поздно. У меня и у других было предчувствие, что, когда снег растает, враг придёт.

Встречаться с ними ни у кого не было желания, так как наша союзническая мощь ещё оставалась слабой. Мы ещё только в начале своего пути.

Находясь в кабине управления, я повернул голову к Крону, чей взгляд внимательно смотрел на панель.

— Видно что-нибудь?

Тот помотал головой:

— Вообще ничего. Боюсь, потребуется много времени, чтобы найти их.

Слова Крона оказались пророческими. Нам до племени Древлян пешим ходом оставалось два-три часа. На корабле мы преодолели это расстояние за двадцать минут.

Ещё часов пять мы пытались с помощью радара найти этот чёртов вход. У Древлян есть «божественный артефакт» — их врата, внутри которых была скрыта пространственная пещера.

Хуже всего было то, что радар её не видел. Лишь по косвенным признакам пребывания людей и по знакомому рельефу был сделан вывод:

— Мы их нашли!

Я устало выдохнул:

— Наконец-то. Это было тяжело.

Я нажал на рычаг тормоза, корабль сразу же остановился. Взглянул в окно, там, на белом снегу, десятки разных борозд, следы от корабля. Они были везде, вокруг, как будто тут пьяный водила решил всё «изуродовать».

Большая команда спустилась вниз на снег. Тот был достаточно плотным, чтобы на нём не проваливаться вниз.

Проблема была: мы наверху, а в пятнадцати метрах под снегом было племя Древлян.

Рейм огляделся и задал вполне разумный вопрос:

— Мы их нашли — отличная новость. Но что дальше? Будем ждать, пока весь снег растает?

— Хм… — я посмотрел вниз. — Столько времени у нас, к сожалению, нет. Нужно копать.

— …

Люди не стали спорить. Никому не нравилось находиться на открытой местности. Если под снегом мы чувствовали себя относительно безопасно, то теперь тут все спешили.

Воины Тотема четвёртого и пятого уровня брали в руки лопаты и копали. Образовался прямой туннель, по которому можно было спускаться или подниматься только по верёвке.

Единственное, что радовало, — что копать утрамбованный снег было относительно легко. По крайней мере, если сравнивать с промёрзшей землёй, то разница была очень большой.

Поэтому неудивительно, что вскоре мы добрались до врат Древлян. Естественно, они были закрыты.

Сами врата тёмно-серого цвета, будто вытесаны из цельного камня с гладкой поверхностью.

Они были массивными. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять: силой их не открыть.

Бран нахмурил брови:

— И что будем делать?

— Давайте сначала просто постучим. Кто знает, быть может, нам откроют?

В эту идею не верил никто, но это был самый простой вариант.

Тук. Тук.

Звук ушёл в камень и утонул где-то внутри. Остальные тоже замерли, вслушивались, пытались услышать хоть что-то. Только ответом была тишина.

Тут же пришла мысль, что стучать было не самой умной идеей. Ведь люди, сидящие в пещере, сильно испугаются, если среди бури кто-то будет долбиться в дверь. Явно никто не подумает, что это друг. И лишь дурак откроет на такой стук.

— Не получилось… Будем ждать?

Самый очевидный вариант — нужно дождаться, когда врата сами откроются. Люди вечно сидеть внутри не могут, и в какой-то момент те выйдут наружу: неизвестно, правда, когда. Это может быть через день, а может быть и через неделю. Всё же все племена знают, что такое Снежный прилив и насколько тот длителен.

Я считал, что времени для нас не было, потому и сказал:

— Можно открыть врата.

— Каким образом?

— Использовать руны!

Непонятно было, насколько данную идею можно реализовать. Суть в том, чтобы с помощью рун достучаться до врат.

У них есть система: «свой/чужой». С помощью рун хотелось бы сделать так, чтобы врата считали меня своим, тогда они бы сами открылись передо мной.

— Точно получится?

— Я не уверен, нужно пробовать.

Каждый раз, когда я рисовал руны, что-то грандиозное и особенное, я старался обучить этому и остальных.

У Крона, Рокта и Рейма было хорошее понимание и восприятие. Понятное дело, что, показав руны один раз, ничему толком не научишь.

Но у них есть глаза, есть мысли, есть понимание. Наблюдая за работой «мастера», из неё всегда можно извлечь для себя что-то полезное. Особенно когда каждый шаг объясняется.

Кистью синяя краска вырисовывала линию за линией на серой поверхности. Процесс выглядел как магия, как что-то нереальное.

Чтобы пробиться к такому артефакту высшего ранга, мне потребовалось на его поверхности вырезать целую цепочку из ста двадцати девяти рун.

На моём лбу выступил пот, сознание болело, казалось, что ещё чуть-чуть, и я упаду в обморок. Не помог ни пятый уровень Тотема, ни закалённые кости.