Зимние чары Эллис (СИ) - Милая Елена

— Вы о чем? — беспечно захлопала ресницами госпожа Фостер, не подозревающая, что находится в шаге от того, чтобы быть вечно проклятой заклинанием немоты. — Нет, вы не подумайте, я не сомневаюсь в ваших способностях. Я ведь вам сразу записку отправила…

— Записку? — слабым голосом переспросила Эллис. — Фирч, о чем она?

— Да, записку! — по-прежнему щебетала девушка. — В ней сообщалось, что я отменяю свою просьбу и прошу оставить вам в качестве компенсации всю оплату. Поэтому и благодарю!

Эллис молчала, пытаясь разложить все по полочкам. Значит, госпожа Фостер простила своего жениха и отменила заказ, отправив ей записку. Но никакой записки Эллис не получила, что, впрочем, не редкость (почтальоны часто боятся к заходить в дом семейки ведьм и оставляют письма в ящике, а у того крышка сломана… ), и проклятие все-таки свершилось. Только вот, судя по тому, как счастлива эта пташка, у нее с проклятым Ником Томсоном все отлично, а из этого следует…

— У тебя пропал дар или ты прокляла кого-то не того? — мрачно поинтересовалась сестра, понизив голос до шепота.

— Мм, простите, госпожа Фостер, а Ник Томсон — единственный человек, проживающий по тому адресу? — осторожно поинтересовалась Эллис, стараясь не поддаваться панике.

— Вы про улицу Туманов? — удивилась девушка. — Да, конечно. Вообще, это дом его брата. О, кстати, его тоже зовут Ник Томсон. Совсем про это забыла! Да, они оба Ники, только полные имена по-разному звучат.

— Кто называет братьев одинаковыми именами, — недовольно пробурчал Фирч. — Эллис, скажи ей, что ее будущие родственники малость того…

— Там какая-то странная история с их именами, — как ни в чем не бывало, делилась с ними историей госпожа Фостер. — Братья двоюродные. Их отцы все время соперничали между собой: кто вперед женится, кому работа лучше подвернется. В общем, сыновья родились у них практически в один день, и отцы чуть не подрались, решив назвать их одинаково. В итоге в дело влезли бабушки и дедушки и братья уступили. Одного назвали Николасом, а второго Никкери.

Сабри издала еще один истеричный смешок, явно пытаясь удержаться, чтобы не расхохотаться в полный голос, а вот Фирч не смог. За что и был безжалостно скинут с плеча мрачной ведьмой, которой было совсем не до смеха. У нее карьера на глазах рушилась, а они ржут…

— Чего это с вашей птичкой? — удивилась девушка, покосившись на ворона.

— Не обращайте внимания, — отмахнулась Эллис. Ее сейчас интересовало только одно: — Госпожа Фостер, последний вопрос. А какое имя принадлежит вашему жениху? Николас или все-таки Никкери?

— О, так вы даже не успели прочитать? — улыбнулась госпожа Фостер. — Никкери, конечно. Все-таки оригинальное, скажите? Правда, его всё равно называют коротко — Ник. Как и его брата… Они еще и живут в одном доме. В общем, весело. А вы за платьем пришли? Хотите, уступлю вам свою очередь? Я все равно набрала нарядов, а что-то мерить расхотелось. Я вон за той полной дамой в розовом. Боги, ну что за ужасный цвет…

Девушка все говорила и говорила, а за большими прозрачными витринами было видно, как на улице начинается буря. Снежинки били в стекло, словно пытались прорваться внутрь, и с каждой минутой становилось темнее, будто сам вечер спешил настигнуть Камелию раньше времени.

Где-то в особняке Ларсон бабушка Агнесса и ведьма Ровена переглянулись, нахмурились и потянулись за артефактами, желая связаться со своими дочерями. Каждая знала, что если погода внезапно портилась, значит, где-то неподалеку черная ведьма пришла в ярость. Предчувствие беды зависло в воздухе, словно гирлянда, осталось только зажечь…

— Идем домой, Эллис, — прошипела Сабри, пытаясь утянуть за собой сестру. — Мы во всем разберемся.

— Да, Эллис, не переживай раньше времени, — прокаркал ворон. — Подумаешь, прокляла не того, снимешь.

И Эллис молча дала себя увести и все хмурилась, хмурилась. Конечно, не она первая, не она последняя. Каждая черная ведьма хоть раз да проклинала не того. Главное, вовремя снять свои чары. Только вот почему ей кажется, что все будет далеко не просто?

ГЛАВА 3. Осторожно: злая ведьма!

Эллис долго собиралась с духом, чтобы постучать в резную дубовую дверь, ручка которой была выполнена в форме львиной головы. Одна только эта ручка ее ужасно раздражала, не говоря уже о хозяине дома. Она его еще даже не видела, но почему-то заранее чувствовала, что он ей совершенно не понравится. И вообще, о чем только думал отец этого парня? Зачем нужно было называть своего сына так же, как и племянника? И пусть имена вроде как разные, но обоих их зовут коротко и просто — Ник! Как будто других проблем мало.

— Кар! — многозначительно каркнул над ухом Фирч, и Эллис пробормотала под нос ругательство. Она обожала своего фамильяра, но была бы не против, если бы он хотя бы иногда становился тихим и незаметным, как летучая мышь у Сабри. — Долго ты будешь изображать статую? Постучи уже!

— Я просто думаю, с какой фразы начать, — огрызнулась Эллис. — Как думаешь, что лучше звучит: «Простите, уважаемый, я вас случайно прокляла, так что постойте минутку, я сейчас быстро вас расколдую!» или «Замрите, мистер Томсон!» — а дальше я просто расколдовываю.

— Первый вариант очень вежливый, — похвалил Фирч, но, подумав, ехидно добавил: — Только совсем не в твоем духе. Стиль Ларсон — это сразу второй вариант. Заклятие в лоб — и все дела!

— Скорее в губы, — буркнула ведьма.

— В каком смысле? — озадачился ворон. — При чем тут губы?

— Все проклятия на любовной почве снимаются только поцелуем того, кто их наложил, — раздраженно объяснила Эллис и, вперив взгляд в темное небо, простонала: — За что мне это наказание?

— Тебе перечислить? — развеселился фамильяр. — Боюсь, и вечера не хватит, чтобы записать все пакости, которые ты натворила. И ведь у тебя был выбор — отказаться или взяться за дело! Так что придется целовать!

— Тьфу!

— Да хоть заплюйся!

— Тебя послушать, так я просто зло во плоти. В отличие от мамы, я по-крупному не грешила. Это она у нас может всю ювелирную лавку проклясть, а я бралась за мелочи: порча платьев, типун на язык и…

— Да-да, проклятие немоты, безденежье…

— И все это без длительного эффекта!

— А еще проклятие вечных холодных рук, чтобы согреться не мог, и проклятие потерянных ключей… Продолжать?

— Ты точно мой друг?! — возмутилась Эллис, внезапно ощутив стыд. Неужели это все она натворила?! Действительно, мелкие пакости. Может, стоит съездить к Викки на перевоспитание. — Вообще-то, если так подумать, это ведь люди ко мне с такими запросами приходили, а я всего лишь талантливая черная ведьма. Грех было не воспользоваться своим даром. Так что это они злые, а я хорошая.

— Расскажи это какой-нибудь другой птице, — не повелся Фирч. Чтобы хозяйка не сбежала, он летал вокруг нее, размахивая крыльями. К тому же где-то за углом пряталась старшая сестра Сабри, которая поддалась на уговоры Эллис и не стала рассказывать об ошибке маме и бабушке, но заявила, что лично проследит, чтобы все было улажено.

— Знаешь, а что плохого в вечной холостяцкой жизни? — сделала последнюю попытку отступить ведьма. — От женщин одни проблемы. Папа так всегда говорил про маму. Так что, считай, я сделала доброе дело. Оставим как есть.

— А тебе парня не жалко? — возмутился ворон. — Эллис, ты же сама говорила, что собираешься встать на путь добра! Так начни с исправления своего промаха. Иначе прилетит что-нибудь похуже — карма, она такая!

— Нет, ну хоть кто-нибудь бы за меня вступился, — простонала Эллис.

— Простите, госпожа, вам нужен защитник? — раздался вдруг приятный мужской голос у нее за спиной, и Эллис испуганно обернулась. — Пришли подать жалобу и вам нужна помощь в суде? Или это на вас подали жалобу? Расскажите, в чем заключается ваша проблема. Я, конечно, больше специалист по составлению заявлений, но могу проконсультировать и перенаправить, если что.

Перед ней стоял незнакомец в длинном черном пальто. Почему-то расстегнутом. И еще он был без головного убора. Его темные волосы были небрежно откинуты назад, придавая мужчине немного потрепанный, но в тоже время очаровательный вид. Прямой и строгий взгляд на лице с аристократически длинным носом и тонкими, чуть капризными губами. Добавить высокий рост и широкие плечи. В общем, впечатляющий и весьма привлекательный образ. В руках мужчина держал бумажный стаканчик, от которого шел дымок и просто восхитительный запах кофе.