Последняя жертва озера грешников - Болдова Марина Владимировна

Юля, едва глянув, тут же набрала номер на клавиатуре ноутбука.

– За спиной не стойте, пожалуйста, – не отрываясь от дела, попросила она и кивнула на стул. Сотник послушно присел. «Суровая вы девица, Юлия Викторовна», – подумал он, следя за ее руками.

– Смотрите, – она развернула к нему ноутбук. – Последняя локация – Центральный район, Воскресенская, пять.

Квартира, фамильное гнездо, как называла ее Ляна. Значит, пропала она оттуда. Не зря топтался под окнами…

– Я был на этом адресе, Ляны там нет.

«Стоп, есть еще одна недвижимость, где она может быть, на Базарной!» – подумал он.

Как он мог забыть про эту ее крохотную квартирку в дореволюционном особняке, оставленную в наследство старым часовщиком Яном Мазуром? «Нору», как она ее называла. Везде Ляну искал, а об этом месте и не вспомнил!

– Есть еще одна квартира в собственности, Юлия Викторовна. Базарная, восемь.

– Есть… Только вчера там был пожар.

У Сотника от этих слов Юли потемнело в глазах. Вчера!

– Что с вами? – девушка смотрела на него с удивлением. – По данным УВД жертв нет. Частично повреждено соседнее здание, где находится офис частного охранного агентства «Кольт». Владелец – бывший сотрудник УВД Мальцев И. А. Распечатать? И биллинг номера, зарегистрированного на Ляну Шандоровну Бадони?

– За последнюю неделю. Нет, давайте за месяц.

– Что-то еще?

– Какая пожарная часть выезжала?

– Номер четыре, Садовая, тринадцать.

– Спасибо, Юлия Викторовна.

Сотник забрал распечатки и направился к выходу.

– Товарищ майор, может быть, важно? Смотрите, на Ляну Шандоровну Фандо девятнадцатого, ноль седьмого, двадцать четвертого года зарегистрирована сделка по продаже квартиры по адресу Воскресенская, пять.

Он в три прыжка рванул обратно. Навис над девушкой, уставившись в экран ноутбука. Ляна продала квартиру! Вот что за дело у нее было! А он вчера в дверь звонил и прыгал под окнами… как козел, пытаясь заглянуть внутрь. Но зачем продала?! Нужны деньги? Это жене Жоры Фандо? Бред…

– Через нотариуса? – испугался вдруг он.

– Имеется договор с нотариусом на сопровождение сделки. Краевская Маргарита Ильинична. Адрес конторы?

– Да! – чуть не рявкнул Сотник. «Неужели она тоже… то есть ее тоже, как и этих, пропавших… нет, она же не алкашка какая! Куда Жора смотрел-то?!

– Гаражная, сто пять, офис двести три. Бизнес-центр «Вертикаль».

– А точно не Пономаренко? – вдруг разом остыл он: где Центральный район, а где Гаражная! Два конца города! «А зачем тогда нотариус, если сделка простая? Через МФЦ в одно окно все можно оформить! Что-то нечисто. Или у меня паранойя?» – думал Сотник.

– Вот, товарищ майор, возьмите, – Юля протянула ему еще два печатных листа.

– Спасибо, Юлия Викторовна.

– Просто Юля, – серьезно поправила девушка и вновь отвернулась к экрану. – Михаил Юрьевич, еще минуту. Посмотрите, я сделала совместную выборку по фамилиям Фандо и Бадони. Вы по-немецки читаете? Нет? Тогда переведу, – Юля вновь повернула экран.

– Сегодня при экстренной посадке потерпел крушение частный самолет Cessna, следовавший из Дрездена во Франкфурт-на-Майне. Среди погибших российский предприниматель Георг Фандо, вратарь юношеской футбольной команды Дрездена Алекс Бадони, а так же гауптфельдфебель полицейского комитета Дрездена Отто Зоммер…

– Что это, Юля?!

– Блогер из Дрездена Курт Кох выложил в сеть…

– Когда?!

– Семнадцатого, в среду.

– А у наших нет об этом?! Ничего?!

– Нет, Михаил Юрьевич. Последнее упоминание о Георге Фандо было три месяца назад в телеграм-канале «Финансовый вестник»: закончено строительство реабилитационного центра для жертв домашнего насилия в поселке Придорожный Красноармейского района… Это все.

– Юля, спасибо. Ты – умница!

– Обращайтесь, – она взяла в руки телефон.

У Сотника засветился экран его мобильного.

– Это мой номер. Звоните, если понадобится, – улыбнулась девушка. – В любое время, Михаил Юрьевич. И даже завтра, в выходной. – Добавила она.

– Спасибо, – с искренним теплом поблагодарил он девушку.

Сотник с пачкой распечаток в руках шел по длинному коридору Следственного комитета, с ним здоровались, он кивал и шел дальше, совсем не соображая, куда идет. Он пытался выстроить в логическую цепочку последние события в жизни Ляны. То, что цепочка есть, он уже не сомневался. И начало ее – трагическая гибель мужа и сына. А мать Ляны? Малышка Любочка? Где были они, когда случилась авиакатастрофа? Наверняка остались в Дрездене. Да и Ляна уехала к ним, а как иначе? Это же логично – быстро продала квартиру и улетела в Германию. Ее же здесь больше ничего не держит! А он, Сотник, как правильно заметил полковник, действительно гонит волну.

Или нет?!

Михаил остановился у двери в кабинет Рожнова. Легонько стукнул и толкнул дверь, не дожидаясь ответа.

Полковник молча кивнул на стул.

– Вы знали о крушении самолета в Германии? Почему мне ничего не рассказали, Петр Никитич? – сходу упрекнул он.

– Значит, не аферистов ищешь, а женщину? Упрямый ты, Миша. Вот потому и не сказал. Сверху приказали пока молчать о смерти Фандо. И не трогать Ляну Бадони. Наверняка она улетела в Дрезден, как должно. Поэтому и на звонки не отвечает, представляешь, в каком она состоянии?

– Проверяли? Улетела?

– Нет. Зачем, Миша? Даже, если она еще в городе, не наше дело.

– Чего вы боитесь, товарищ полковник?

– Я не боюсь, майор, а выполняю приказ вышестоящего начальства. Ты понимаешь, Миша, какое движение там, в верхах, начнется, когда станет известно, что самый крупный инвестор целого списка городских и областных проектов и программ мертв? – он ткнул пальцем в потолок. – Я не в курсе подробностей, но и мне кое-что известно. Например, о финансировании из бюджета нового перинатального центра на Дачной. Если бы Фандо не закрыл то, что разворовано, полетели бы головы.

– Не проще было воров посадить? – зло выговорил Сотник. – Что в городе происходит?!

– Об этом поговорим позже, когда приступишь к службе, – спокойно ответил Рожнов.

«Ладно, проехали», – решил Сотник, которому в данный момент на все проблемы в верхах местной власти было глубоко наплевать.

– Что произошло с самолетом, Петр Никитич?

– Пока официальная версия – ошибка пилота. Черного ящика на борту не было, все переговоры до потери связи засекречены.

– Кто был на борту, кроме Фандо? Я знаю, что сын Ляны, муж ее матери Зоммер, кто еще?

– Ее мать и маленькая дочь. У Ляны погибли все. Поэтому не удивительно, что она не выходит на связь, Миша. Даже с тобой.

«А почему не выходит, всем пофиг. Это же не сам Фандо пропал, а всего лишь его жена. То есть, уже вдова. С нее что взять?» – вновь разозлился Сотник.

– Ляна вчера продала квартиру на Воскресенской. И еще одна ее квартира, на Базарной, вчера же сгорела. И вы по-прежнему считаете, что нет оснований объявить ее в розыск, Петр Никитич? – жестко выговорил Михаил и, не дожидаясь ответа, встал и направился к выходу.

– В понедельник, в девять, майор Сотник! – донеслось вслед.

Глава 2

Ляна очнулась от холода. Она лежала на земляном полу, а рядом с ее лицом, попискивая, копошилась мышь. Ляна двумя пальцами подхватила тощее тельце и отбросила в сторону.

В избе было относительно светло – лучи солнца упрямо проникали в дом сквозь ветки деревьев и мутное оконное стекло.

Первое же воспоминание отозвалось болью, Ляна не смогла сдержать горестного стона – прояснившееся после долгого затмения сознание подсказало, что все ее видения могли быть просто алкогольным бредом. И Георг тоже. Он не мог ее ни о чем просить, потому что его больше нет. У нее теперь никого нет, ни одной родной души, ни кровиночки, ни близкого человека. И искать ее никто не будет, никто не хватится – пропала и пропала.

«Как же я здесь оказалась?» – вновь задалась вопросом Ляна, понимая, что ответа не будет.