Хранитель Пути Зверя. Том 2 (СИ) - Маревский Игорь

Барсук вновь показал свою вытянутую мордочку и, судя по всему, осознав мою беспомощность, решил пойти на второй заход. Ну уж нет, мышь-переросток, просто так я не сдамся. Сегодня на ужин у меня будет демонятина! Я поудобнее перехватил клинок, вновь топотом обозначил свою позицию и приготовился бить.

В этот раз позволил существу пролететь мимо и коротко ударил его в бок. Кровь брызнула мне в лицо, а маленький барсук с неимоверно длинным хвостом упал на холодный камень и быстро забил лапками. Я успел подбежать, сумел прижать его голову коленом и занёс шенбяо для решительного удара.

Каково же было моё удивление, когда существо длинною в полметра и сантиметров двадцать в холке в попытке сбежать смогло немного приподнять мою ногу. Недолго думая, я ударил в рану и повёл лезвием, пока не упёрся в твёрдую кожу на спине. Барсук протяжно запищал, пытаясь схватить меня когтистыми лапками и издал последний крик.

А вот это уже интересно!

Я схватил тушку, отошёл вместе с ней подальше от нор и внимательно осмотрел. Получается, что на начальной стадии закалки монстры не обладали полным спектром шишковатой брони. Вместо этого они усиливали части и отдельные зоны своего тела. В случае с барсуком — это голова и спина.

Попробовал ради эксперимента потыкать в них кончиком шенбяо, и удалось частично проколоть в защищенных местах лишь после нажатия двумя руками. Получается, одновременно и я был слаб, и броня монстра обзавелась дополнительной прочностью. Значит, вот как создается та самая огромная пропасть между рангами. Мало того, что ты физически недостаточно силён для противника, так ещё и он намного крепче, чем кажется.

Полезно, стоит держать в голове.

Из нор послышалось частое и подозрительно опасное шуршание, и я решил, что на этом пока хватит. Добыть мяса можно было и с обычного зверя, не обязательно рисковать собственной шеей в бою против стаи закалённых барсуков. Условия повышения не уточняли, какое количество требовалось для следующего ранга, поэтому возьму за основу, что самого факта поглощения будет достаточно.

По пути обратно заглянул на небольшую поляну и собрал немного кровавых ягод и ромашки для чая и даже удалось наткнуться на цветущую пару Ху Цао. В целом, чем сильнее и качественнее растение, тем реже оно встречалось, и о целых коврах, как в случае со Скалистым мхом, можно позабыть. Одно, два — если повезёт, не более того. Это означало, что в будущем мне придётся как следует разбивать уже имеющиеся ресурсы на порции и использовать без отходов.

Несмотря на то, что сама охота прошла довольно быстро и весьма удачно, стоило бы подольше задержаться на сборе, ведь сам путь занял у меня несколько часов. Я допил остатки чая и со свежей тушкой барсука на плече вернулся к лачуге отшельника.

Кори там не оказалось, а вот хозяин вернулся домой, и его явно не обрадовало, что бывший пленник ослушался и не стал покидать его жилище. Лис пристально смотрел на разложенные у его жилища мои пожитки и заметил меня ещё до того, как я прошёл сквозь узкий проход.

— Я разве тебе не сказал, чтобы ты спускался?

Вот он — мой шанс! Нужно как-то ненавязчиво напроситься к нему в ученики и между делом выяснить, откуда у него такой интерес к моим глазам. Я поправил лямки рюкзака, остановился в нескольких метрах от него, словно они бы спасли мою жизнь, и уверенно выпалил:

— Возьмите меня в ученики!

Я заметил, как на мгновение дёрнулась правая бровь седовласого практика, который явно не ожидал такого захода. Для усиления эффекта моей просьбы я поклонился по местному обычаю и решил не поднимать головы до тех пор, пока не услышу его согласие или отказ. Яо Ху молчал. Причём при этом он всё так же задумчиво глядел на мои пожитки.

— Я не беру учеников, — грозно произнёс тот, намекая, что неплохо бы нам проститься и больше никогда не встречаться.

— Обещаю, что буду прилежно учиться и впитывать все знания, как и полагается настоящему ученику! — продолжил я, не поднимая головы.

Яо Ху медленно повернулся, отчего по моему телу пробежали мурашки, а сам я ощутил на себе его пристальный взгляд. Мужчина некоторое время молча стоял, смотрел, а затем развернулся и, закрывая за собой дверь лачуги, ответил:

— Уходи, в следующий раз я не буду таким щедрым.

Когда он скрылся в собственной лачуге, я как истукан остался на месте в поклоне, а в груди провалилось сердце. Он явно не собирался меня учить и, более того, отказывался этим заниматься, однако ему даже примерно не была известна моя решимость. Мне наконец выпал настолько уникальный шанс ступить на тропу практика, что его отказ для меня ничего не значил.

Пускай Демонический Лис этого ещё не знает, но я обязательно стану его учеником, даже если придётся свернуть для этого горы.

Глава 2

Враг познает не только мою решимость, но и моё неискоренимое упорство!

С этой мыслью я разбил небольшой лагерь недалеко от его лачуги и натянул свободные мешки в качестве укрытия. Вечером того же дня пошёл дождь. Не сильный, больше напоминающий противную морось, которая периодически усиливалась до полноценного ливня. Мне удалось развести костёр и поддерживать его достаточно долго, чтобы не замёрзнуть.

К счастью, в своё время мне хватило ума зацепить с собой небольшой походный котелок, который мало-мальски, но сумел защитить мой единственный источник тепла. Раз уж мне всё равно придётся чем-то ужинать, то почему бы не пустить в ход убитого мелкого зверька и покончить с надоедливым пунктом в задании⁈

Я обошелся без каких-либо изысканных рецептов. Не стал вспоминать, чему меня учили на кулинарных курсах, не предавался ностальгии и не сопровождал процесс какой-нибудь связанной с этим блюдом историей. Нет. Моё тело требовало энергии, и энергию оно получило. Единственная проблема была в том, что на месте огрубевшей кожи существа к ней крепились не менее закалённые сухожилия.

Пришлось приложить немало усилий, но через некоторое время мне удалось освежевать тушку и порубить её на четыре ровных куска. Учитывая, что мяса было с гулькин нос, я побросал в похлёбку затвердевшую солонину, забросил следом два рисовых шарика и меланхолично помешивал под стук противной мороси. Не так я представлял себе первое блюдо из мяса убитого мною яогуая, да и до так называемого духовного демона мелкий грызун явно не дотягивал.

Мысленно перебирая в голове кадры моей охоты, попытался вспомнить, каким образом оно могло встать на путь закалки. Не думаю, что где-то внутри гор существовала школа небесных грызунов пятого столпа, а мелкие засранцы с утра до ночи медитировали. Значит, процесс должен быть естественным, практически природным.

Я закрыл глаза и попытался представить, как это может происходить. Монотонно стучащий дождь по промокшим мешкам и чугунному котелку почему-то вызвал перед глазами образ речушки, на которую натолкнулся ранее. Посреди её потока, словно тромб в артерии, находился довольно крупный булыжник. Со стороны могло показаться, будто кто-то поместил его туда специально, чтобы блокировать течение реки. Однако вместо того, чтобы выйти из берегов, река грациозно омывала камень и со временем сточила его до идеально круглой формы.

То, что раньше казалось препятствием, стоящим на пути природы, на самом деле оказалось лишь частью общей картины, додуматься до которой мне раньше не позволял слишком взвинченный темперамент. Я постоянно куда-то бежал, что-то пытался сделать, найти медяков на оплату долга, унести как можно больше ресурсов и максимизировать результат своих действий. Это само по себе неплохо, однако это воспитало во мне сильную привычку к восприятию мира односторонне.

Тот же грызун, чьё мясо и кости томились в моей похлёбке, не пытался насильно впитать окружающую его энергию. Не старался забить свой внутренний мешок драгоценным ресурсом и натужно тащить его за собой. Вместо этого он попросту существовал и позволял Ци самостоятельно проникать в его тело. День за днём, неделя за неделей, он был тем самым камнем, который не пытался блокировать поток, а попросту стал частью движения чего-то большего. Пускай и неосознанно.