Повелитель чудовищ (СИ) - Плотников Сергей Александрович

Ройга почувствовала, как чужая маленькая рука вцепилась ей в волосы. Так. Теперь нужно хорошо подумать. Запрограммировать руку никак нельзя — но можно попробовать послать в тело достаточно мощный импульс, чтобы плечо и запястье двигались даже после того, как мозг перестанет их направлять. И еще можно опять под завязку накачать тело Смертью, чтобы ускорить реакцию и все сделать максимально быстро.

Одна беда — под Смертью ей придется сохранять сознание во время всей процедуры. Заранее никак не отключишься.

Ну ничего. Если она не хочет загнуться повторно и окончательно — справится.

Она же не слабачка какая-то.

Ну все, хватит затягивать.

Ройга размахнулась. Максимум Смерти — и удар!

Боль! Толчок! Снова боль! Отключить, отключить, отключить рецепторы, уже можно! Ах, кажется, голова не оторвалась до конца, Ройга отдаленно чувствует вес своего тела. Вот что-то происходит… и еще что-то… Без включенных нервных окончаний не понять. Внезапно вес исчезает. Лицо Оллы качается перед глазами, она держит Ройгу за волосы. В глазах у девушки паника. Ниже шеи ничего не ощущается. Наконец-то. Олла, похоже, допилила все, что надо.

Ройга улыбнулась напоследок своей спутнице — и позволила себе утратить сознание. Если Олла нечаянно или специально выпустит ее, Ройга не хотела об этом знать.

Глава 2

Не теряй головы

Химера отработала добросовестно, и запрограммирована была на совесть. Слава моим рабочим отношениям с некромантами: молодой на вид заместитель Рюдина без слов пустил меня ознакомиться с протоколом допроса «неживой головы» — так было быстрее, чем допрашивать ее самостоятельно! На подобные головы обычно шли не самые умные индивиды не с самым большим словарным запасом, а потому некромантские закладки, позволяющие им обозревать поле катастрофы и докладывать о самом важном, очень сильно напоминали блок-схему или программу. Там были заранее заложенные вопросы, на которые голова должна была искать ответ, были формулировки, которые следовало использовать при допросах… В общем, чтобы нормально поработать с такой головой, требовалось как минимум изучить инструкцию и получить некоторый опыт!

Я не стал лезть со свиным рылом в калашный ряд и просто поверил специалистам. Но испытал немалое облегчение от самой сложности этой программы — чем жестче установки, тем легче что-то пропустить. В смысле, если химера запрограммирована выискивать определенные признаки, она может не доложить о чем-то, что не совсем соответствовало заложенным параметрам. Например, бочку, которую швыряет по волнам — в бочке вполне может оказаться человек или даже двое-трое!

Хотя вот как раз целые бочки и все, что имеет положительную плавучесть, а также способно удержать на себе или в себе человека, программа химеры предусматривала: составлял ее кто-то достаточно дотошный и изощренный — подозреваю, сам Рюдин. Однако принцип есть принцип! Искусственный интеллект, хоть на магии, хоть на электронике, в чем-то, может, и лучше настоящего — но в чем-то и хуже.

— Вы серьезно рассчитываете попасть туда в такой срок, чтобы попробовать кого-то спасти? — спросил некромант. Кажется, его фамилия была Альби, если я верно помню — я с ним почти не пересекался, хотя именно он первый просвещал меня про особенности рыбохимер и неспособность последних поймать живого осьминога.

— Серьезно рассчитывают — сказал я.

— Девятая платформа находится на расстоянии двухсот пятнадцати километров по прямой от Великой Гавани, — проговорил Альби. — Четыре часа лета для нашей химеры. Уже когда она прилетела — для любых уцелевших немертвецов было поздно. А еще через десять часов будет точно поздно для всех, у кого живые тела.

— Если там всего двести километров — то почему корабль шел три дня? — удивился я.

Я еще пока плохо разбираюсь в мореходных качествах местных судов, но как будто это что-то совсем долго!

— Поглядите на маршрут, — Альби показал мне уже знакомую карту, висящую на стене. — Если прямо, мешается Арвийская мель и проход Зеен-Зане, он очень уж узкий, большинство капитанов не рискуют там прокладывать курс, если позволяет время. Предпочитают сутки или чуть больше потерять. Даже если вы решитесь пройти через него…

— С нами будет воздушный маг, так что решимся, — пожал я плечами.

— Километров семьдесят или восемьдесят выгадаете, — кивнул Альби. — Все равно меньше чем за сутки…

— Мы очень быстро поплывем, — покачал я головой. — Шансы все-таки есть. Даже для вашего шефа шансы есть. Если нашелся кто-то, кто смог оторвать ему голову и засунуть… ну, в ту же просмоленную бочку или ящик…

— Это один из стандартных протоколов при спешном сворачивании платформы в случае серьезного бедствия, — кивнул Альби. — Но сами посмотрите запись допроса — осьминог напал внезапно, едва ли на это было время. Впрочем, я вовсе не хочу вас отговаривать, наоборот — желаю всяческой удачи, — Альби вздохнул. — Честно говоря, понятия не имею, как тут пойдут дела без Рюдина! Как бы нас под начало Финнвару не отдали — или другому интригану вроде него! У меня пока маловато репутации, меня начальником лаборатории не оставят. Хоть самому с вами плыви, чтобы повысить шансы!

— А давайте, — я смерил его взглядом. — Вы же опытный ныряльщик, это может пригодится. И… вы умеете обращаться с навигационными приборами?

— А вы нет — и собрались плыть? — удивился Альби.

— Магистр Бьер освоил сектант, — пожал плечами я. — И он отлично ориентируется по карте.

Альби ударил себя ладонью по лбу.

— Ну вы даете! Нет, конечно, я поплыву с вами! И возьму побольше химер — может быть, придется искать под водой. Это почти бесполезно, но вдруг повезет. Рядом с девятой платформой есть подводные скалы или отмели, куда что-то могло прибить.

— Если у вас есть птичьи химеры, тоже возьмите.

— Само собой. Хм. Только надо насчет собак договориться. Ганеман не слишком любит животных, нужно оставить инструкции живому слуге.

— Каких собак? — слегка удивился я.

— Собак, которых оставила новая сотрудница. Рюдин ее забрал… — Альби нахмурился. — Если подумать, собаки теперь вроде как мне остались? Ох, как плохо-то! Они ведь будут очень скучать по хозяйке!

— Что за собаки? — спросил я, движимый смутным предчувствием. — Можете показать?

…Собаки оказались знакомыми. Я не помнил кличек — но отлично помнил обеих! Одна рыжеватая, похожая на немецкую овчарку, другая — кто-то вроде сеттера, чисто черная. Приметная парочка! И что еще интереснее, они тоже меня вспомнили, хоть я их больше трех лет уже не видел: без особого оживления, но все-таки встали и подошли к решетке вольера, чтобы обнюхать.

— Надо же, узнали вас! — сказал Альби с интересом. — Выходит, вы с Глерви — знакомы?

— Да, — сказал я, уже совершенно похолодев. — Ройга Глерви, так? Новая сотрудница?

— Да, она… А, понимаю. Она ведь тоже из фронтирного мира. Из того же, что и вы?

— К моему огромному сожалению! — я сжал зубы.

Вот какого хрена⁈

— Сочувствую.

— Никаких сочувствий, — сказал я резко. — Мы доберемся вовремя. Уж Глерви-то что-нибудь придумала, чтобы спастись.

Ну, Ройга! Ну учудила! Чего тебя вслед за нами-то понесло⁈ Что за вожжа под хвост попала⁈ Соскучилась по Элсину? Или… или по мне, блин⁈

А может, просто совпадение⁈ Захотелось девушке приключений, понимаешь, — а тут все та же заявка на десяток некромантов, которую Фроссен обещала Рюдину?

Только этого еще не хватало!

Как быстро можно организовать спасательную экспедицию? Спросите меня раньше, и я бы сказал — почти мгновенно, если вы специализированная организация вроде МЧС. И бесконечно долго, если у вас ничего не готово!

Оказалось, срок между «почти мгновенно» и «бесконечно долго» — это примерно два часа. Когда мы опустили в глиссер последние клетки с химерами и сами заняли свои места, закатное солнце уже опускалось в море.

— Как вы в темноте⁈ — взволнованно проговорила Тея, стоя на причале. — Я-то чувствую воду, а вы?