Степные ястребы (СИ) - "Джек из тени"

Паровая баржа⁈ Скритч слышал о таких от Железного Вождя, он показывал ему чертежи, объяснял принцип действия. Но видеть это чудо здесь, в сердце земли, в абсолютной глуши… это было за гранью понимания.

На борту баржи были трое, их силуэты чётко вырисовывались в свете фонаря. Коренастые, широкоплечие, в забрызганной сажей и копотью одежде. Двое отчаянно работали у топки, подбрасывая в неё куски дерева. Третий стоял у руля, пытаясь направить неуклюжее судно.

— Гномы, — прошептал Скритч сам себе. Сомнений быть не могло, только гномы могли создать такую шумную, вонючую, но работающую штуковину.

Баржа тем временем приблизилась к тому месту, где ратлинги вышли к реке. И тут гном у руля, видимо, заметил остатки древнего, полуразрушенного пирса, который угадывался у подножия их обрыва. Он что-то крикнул своим товарищам, и те, оставив топку, бросились к борту, готовя канаты. Они были измождены, движения были медленными, неуверенными. Один из них, поскользнувшись на мокрой палубе, едва не улетел за борт.

Скритч колебался, гномы и ратлинги никогда не были друзьями. Скорее, конкурентами, вечно спорящими за рудные жилы и подземные территории. «Бородачи» и «крысы», презрительно называли они друг друга. Но здесь, в этой глуши… здесь не было ни гномов, ни ратлингов. Были только живые существа, затерянные в бесконечной тьме.

— Крысюки⁈ — вдруг раздался с баржи хриплый, изумлённый голос. Один из гномов, тот, что был у руля, заметил их. Он указывал на обрыв, и его бородатое лицо выражало крайнюю степень удивления. Его товарищи тоже уставились наверх. На их закопчённых лицах изумление боролось с недоверием.

Скритч понял, что прятаться больше нет смысла, он поднялся во весь рост.

— Бородачи, — крикнул он в ответ, и его голос, усиленный эхом, пронёсся над чёрной водой. — Какими демонами вас занесло в эти норы?

Гномы, увидев, что Скритч не один, что из-за камней появляются всё новые и новые фигуры с горящими глазами, не испугались. Наоборот, на их лицах отразилась бурная, почти истерическая радость.

— Слава Махалу! Живые! — заорал тот, что был у руля. — Эй, кры… то есть, уважаемые! Помогите причалить, будьте так любезны! Нас тут трое суток по этой чёртовой реке мотает!

Скритч усмехнулся. «Уважаемые», похоже, дела у бородачей и впрямь были не очень, раз они вспомнили о вежливости.

— Кидайте канат, — крикнул он.

Толстый, просмоленный канат взмыл в воздух. Десяток сильных рук подхватили его, и ратлинги, упираясь ногами в камни, начали медленно подтягивать неуклюжую паровую баржу к останкам древнего пирса. Встреча двух подземных народов, двух вечных соперников, состоялась в самом неожиданном месте и при самых странных обстоятельствах. И Скритч чувствовал, что эта встреча, как и сегодняшние находки, изменит очень многое.

Я смотрел на троицу, стоявшую передо мной в моём штабном шатре, и изо всех сил старался сохранить серьёзное выражение лица. Получалось, откровенно говоря, хреново. Губы так и норовили разъехаться в идиотской ухмылке. Ситуация была настолько абсурдной, что в неё было трудно поверить.

Передо мной, переминаясь с ноги на ногу и виновато пряча глаза, стояли три гнома. Грязные, в промасленной, пропахшей углём и речной тиной одежде, с всклокоченными бородами, в которые, казалось, можно было сажать картошку. Они выглядели как три шкодливых школьника, которых застукали с сигами за гаражами. Рядом, скрестив на груди руки и сияя от гордости, как начищенный самовар, стоял Скритч. Он только что закончил свой доклад, и я до сих пор не мог до конца переварить услышанное.

Селитра! Огромные, промышленные залежи селитры, того самого компонента, которого мне так не хватало для массового производства нормального, стабильного пороха. Мало того, подземная, судоходная река, идеальная, скрытая от глаз врага транспортная артерия, идущая от нашей подземной Кузницы. Это был не просто джекпот! Я только получил беспроцентный кредит от банка, ограбил казино и выиграл в государственную лотерею одновременно. Всё, о чём я мог только мечтать, свалилось мне на голову в один день. И вишенкой на этом торте абсурда была история о том, как, собственно, была обнаружена эта самая река.

— Итак, — я прокашлялся, стараясь придать голосу строгости. — Повторите ещё раз для протокола. Как вы, одни из лучших инженеров Кхарн-Дума, оказались за триста лиг от дома на неуправляемой посудине?

Главный из гномов, коренастый крепыш с бородой, когда-то заплетённой в четыре косы, по имени Дарин густо покраснел.

— Ну-у… Ваша светлость… то есть, Железный Вождь… — замямлил он. — Дело было так… Мы это… закончили сборку первой нашей паровой баржи. По вашим чертежам, всё как положено! Котёл держит давление, машина работает, как часы! Ну, мы и решили… отметить.

— Отметить, — повторил я, кивнув. — Понимаю…

— Ну да… — Торин почесал в затылке. — Король-под-Горой лично выделил бочку лучшей медовухи. Десятилетней выдержки! Вы же понимаете, Вождь, устоять было невозможно!

Я понимал, слишком хорошо понимал, что такое «отметить успешное завершение проекта» в чисто мужском, техническом коллективе. Сам не раз участвовал.

— Короче, — вмешался второй гном, ещё более чумазый и виноватый, — мы так наотмечались, что когда вышли на свежий воздух, то есть, к пристани, чтоб ещё раз на нашу красавицу полюбоваться, то… В общем, мы её там не обнаружили.

— Как это «не обнаружили»? — я вскинул бровь. — Она же весит несколько тонн.

— Вот и мы удивились, — вздохнул третий, самый молодой. — А потом Борин вспомнил, что он, вроде как, забыл её привязать. Он хотел, но его отвлекли, позвали ещё по одной…

Дарин испепелил своего юного коллегу взглядом.

— Я не забыл! — прорычал он. — Я завязал! Просто узел, видимо, был… не по уставу, какой-то… скользкий.

Я закрыл лицо руками, три пьяных в стельку гнома потеряли, чёрт возьми, экспериментальный пароход! Это был даже не анекдот, это была квинтэссенция армейского идиотизма, перенесённая в фэнтезийный мир. Я представил себе лицо Брунгильды, когда она об этом узнает.

— И что дальше? — спросил я, отняв руки от лица.

— А что дальше? — развёл руками Торин. — Её течением унесло в главный коллектор, а оттуда в… реку. Ну мы взяли лодку и погребли за баржей, в итоге догнали! А когда протрезвели, уже поздно было, река широкая, течение сильное, а мощности нашей машинки, — он виновато шмыгнул носом, — не хватало, чтобы против него идти. Мы пытались… Честно! Но она жрёт дрова и уголь, как не в себя, а на веслах такую махину не вытянешь. Вот так и плыли…Трое суток. Питались рыбой, которую глушили взрыв… То есть, я хотел сказать, ловили на удочку.

Я посмотрел на Скритча. Тот стоял с абсолютно невозмутимым видом, но я видел, как подрагивают его усы. Он едва сдерживался, чтобы не заржать. Теперь эту эпичную байку ратлинги понесут через века, такой угар они ни за что не пропустят, и никакого золота не хватит, чтобы купить молчание команды, что вытащила эту троицу на берег.

— Понятно, — я потёр виски. — Значит, вы просто плыли по течению, пока не наткнулись на отряд Скритча.

— Так точно, Вождь! — радостно подтвердил Торин. — Если бы не они, не знаю, где бы мы сейчас были. Может, уже в гостях у Морской Богини. Славные ребята, эти… ратлинги! — он с трудом выговорил это слово. — Быстрые, деловые. И норы у них знатные!

Я посмотрел на Скритча.

— Селитра. Ты уверен, что это она?

— Да, Вождь, — кивнул вожак ратлингов. — Белая, холодная, как вы и описывали. И её там… много очень много. Целые пещеры.

— И река… она судоходна на всём протяжении? От Кхарн-Дума до этого места? — повернулся обратно к гномам.

— Похоже на то, — подтвердил Торин. — Течение ровное, порогов и мелей мы не встретили. Если поставить машину помощнее, как в ваших новых чертежах, можно будет ходить туда-сюда без проблем.

— Как насчёт крупной живности?

— Один раз нам показалось, что есть что-то больше — задумчиво ответил гном — но мы кинули сразу три шашки, рвануло знатно. Но никто не всплыл кверху брюхом, да и потом сплошная тишина.