Младший секретарь при княжеской приемной (СИ) - Граб Анна

— Хотите сказать что я вру? Или может это моя вина?

Даже мне захотелось высказаться. Княжне я думаю тоже. Но для подобных обвинений… у нас не было доказательств, чтобы ими разбрасываться. Княжна не успела много раскопать из-за отсутствия времени. Подозреваю что именно поэтому бригаду не подкупили раньше, как и архитектора. Единственное, мы нашли доказательства, что вины рабочих тут не было. Хватит этого только на то, чтобы «отмахаться» на Совете, не больше.

— Что вы. Просто вы, как и эта бригада, стали жертвой чьих-то интриг. Не волнуйтесь, мы обязательно узнаем чьих именно, — вежливо улыбнулась княжна.

— Хм, — неожиданно подал голос начальник тайной полиции. Все сидящие за столом аж вздрогнули и тут же повернулись к нему. Видимо Дмитрий Евгеньевич в самом деле обычно молчит и «спит» на заседаниях. А о том, как его все бояться я и так прекрасно знала.

— Вас что-то заинтересовало?

— Видите ли князь, — Ширяев по правилам, встал. Так должны были делать все говорившие. — Я, как ни странно, знаком с этой бригадой. Лет… десять назад, они строили для меня загородный дом. И уверяю, у меня не было никаких нареканий. Более того, работа была закончена точно в срок и все до сих пор стоит. Даже краска не облупилась.

— За десять лет, они вполне могли изменится. Все-таки это было достаточно давно.

— Возможно. Однако… незадолго до вашего проекта, они так же работали с одним моим знакомым. Я посоветовал. И, опять таки, никаких нареканий. Думаю княжна права и вмешались… какие-то третьи силы, в тот инцидент, о котором вы говорите, Алексей Константинович.

Строитель только улыбнулся на это. Надо признать, я всегда восхищалась теми, кто умеет держать лицо в подобных ситуациях. Хотя… думаю к подобному он был готов. А вот к тому что Тихомиров его не поддержит — нет. Интересно, откуда была уверенность, что он завернет проект или начнет его критиковать?

— Что ж, возможно. В таком случае мне будет жаль, если выяснится что я случайно опорочил их репутацию.

Ширяев кивнул и снова сел, прикрыв глаза. Надо же, не думала что он вступится за княжну. Но приятно. Не зря я с большим уважением отношусь к Дмитрию Евгеньевичу.

— На этом все или по проекту есть еще вопросы? — голос князя звучал спокойно, но я-то знала, что он хочет поскорее закончить с этим и перейти к другому вопросу.

— У меня есть, — неожиданно встал представитель министерства путей сообщений. — Насколько проект колледжа действительно важен сейчас княжеству? И насколько он действительно принадлежит княжне, а не политической организации под названием «Лига Жэ»?

Ой как не хорошо… в целом не сказать, что Лига была именно политической организацией. Но притянуть за уши можно что угодно. Плохо что эту тему подняли. Очень плохо!

— Лига Жэ не является политической организацией, — сухо сообщила княжна. — Она лишь занимается помощью женщинам. В получении образования и иных сферах. Например тем, кого дорогие мужья бросают на улице без возможности заработать.

Это было жестоко. Скандал с Давыдовым, о том, как он бросил супругу несколько лет назад, был весьма громким. Владислав Валерьевич не иначе как чудом на своем месте остался. А все равно в бутылку лезет. Но я знаю почему. Этот конкретный мужчина был жутким шовинистом. До такой степени, что он даже со мной дел не имел, проходя мимо и обращаясь только к Светику или Мишке. Впрочем я не слишком от этого страдала. Терпеть княжну, занимающуюся различными серьезными вопросами ему было вообще тяжело. Насколько я знала, он ни раз и ни два, пытался добиться ее отстранения под различными предлогами. Светик как-то упоминал, что идея «сдать» княжну замуж в соседнее княжество, так же принадлежала именно Давыдову.

Мужчина даже не поморщился. Он вообще был на редкость холодным, во всех смыслах. Помню как-то услышала разговор, правда не знаю чей именно, но говорившие весьма живо обсуждали что его «морда так и просит кирпича». Полагаю княжа где-то с этим согласна. Да и меня разок другой посещали грезы, где я выливаю на него кипяток… когда доводил до ручки. Например когда Владислав Валерьевич посоветовал князю, в первый месяц моей работы, от меня избавится. Мол женщина в приемной это один бардак и никакой спокойной работы.

— Так ли все просто как кажется на первый взгляд? «Лига», лицом фонда которой вы стали, посягает на…

— На что? На вашу, господин Давыдов, власть? Или гордость? — перебила княжна. Это она еще долго держалась. Я думала ее терпение еще на Лебедеве кончится.

— Княжна… — голос князя звучал сурово. Но он ограничился только этим. Призвать к порядку попробовал. Интересно, на долго это или нет.

— Князь, прошу меня простить. Но Владислав Валерьевич говорит о том, о чем ничего не знает. Я стала лицом фонда именно потому, что единственное что заботит фонд — это возможности для женщин, а никак не политика. Или может, господин Давыдов считает, что если девушка получает образование и возможность работать — она посягает на княжескую власть?

— Я считаю что это бесполезная трата ресурсов княжества. Есть вещи и поважнее женского образования.

Ой, как княжну-то перекосило. Да и я сама с трудом удержала выражение лица. Впрочем всем присутствующим и так было прекрасно известно отношения Давыдова к данной теме.

— Владислав Валерьевич, а ничего что в этом зале присутствуют две весьма хорошо образованные барышни которые прекрасно справляются со своими обязанностями. И присутствовало бы еще больше, если бы… если бы им дали шанс.

Полагаю с языка княжны чуть не сорвалось что-то вроде «если бы не такие твердолобые как вы». Стоп. Она сказала две? Она меня в это втягивает? Спасите!

— Или может вы так не доверяете князю, что считаете его выбор секретарей недостаточно разумен? Насколько мне известно, сейчас в княжеской приемной трудится две женщины. Одна из которых здесь. И не мне вам рассказывать, господин Давыдов, что далеко не все княжеские секретари допускаются на Большой Совет.

Владислав Валерьевич перевел взгляд на меня. Как и все присутствующие. Ура годам тренировки, лицо мое оставалось спокойным! Оставалась призрачная надежда что князь вмешается в этот бардак. Но… судя по его спине — надежда моя может с чистой совестью упокоится. С другой стороны в его невмешательстве был смысл. Если княжна сейчас не отстоит свою точку зрения перед этим… господином, все остальное будет уже бессмысленно. Главное ей в рамках приличий удержаться и чего-нибудь не брякнуть. Мне впрочем тоже. Такими темпами отмолчаться на этом Совете мне не удаться.

Глава 18

— В серьезно хотите меня убедить что… — Давыдов так и не закончил фразу, глядя на меня. Видимо не смог подобрать что-то приличное и не порочащее князя. Все-таки я его человек.

— Владислав Валерьевич, я готова спорить, что Надежда Викторовна знает все темы которые поднимали и еще поднимут на этом Совете, ни хуже всех присутствующих, — заявила княжна, когда пауза затянулась.

Очень захотелось испариться из этой комнаты. Или хотя бы стать невидимкой. Что угодно, лишь бы не быть сейчас в центре внимания. Княжна смерти моей хочет? Я столько сделала, а она меня в центр бури тащит?

— Спорить? Интересно. И какова же ставка? — заинтересовался Лебедев.

Князь, спасайте! Это… это же ужас какой-то! Что творит княжна? Мне что делать?

— Я готова поставить на это проект колледжа. Вот только тогда в ответ я потребую равносильную ставку.

— Княжна, Алексей Константинович, Владислав Валерьевич, я напоминаю что у нас сейчас идет Большой Совет… вы действительно считаете что это подходящее место и время для споров?

— Князь, господин Давыдов усомнился в том, что от женщин бывает польза. Меня, как женщину много сделавшую для княжества, это задевает. Уверена что и Надежду Викторовну тоже. Это высокомерное заявление, на мой взгляд, показывает что Владислав Валерьевич не соответствует занимаемой должности.

— Надежда Викторовна, а какого ваше мнение в сложившейся ситуации? — неожиданно обратился ко мне князь.