Узник хрустального шара (СИ) - Шелег Игорь (Дмитрий) Витальевич

«Сегодня мне очень повезло, что мы заглянули к Глиновым и вызвали их пристальный интерес, — вдруг подумал я. — Если бы не это, то мы бы не всполошились и та первая неизвестная четвёрка, которая почему-то заявилась на хутор, могла бы поймать нас с Всеславом врасплох. И хорошо, если только ранила бы…»

Пока я размышлял над превратностями судьбы, один из обороняющихся выбежал на улицу с ножом в руке, чтобы добить раненых противников. И стал отличной мишенью, которая на практике продемонстрировала мне реальную силу и эффективность магических заклинаний. Признаюсь, до этого момента я несколько наивно воспринимал «огненные шары» как некоторый, чуть более мощный, аналог пуль, которые нужно применять в случаях, если патроны в оружии закончатся. Вот только реальность оказалась куда суровее. Заклинание быстро пролетело расстояние до цели и, вспыхнув при соприкосновении, прожгло мясо бедолаги до кости.

«Вот тебе и слабый „огненный шар“. С таким оружием Глиновым никакой огнестрел не нужен. Первой группе конец!» — подумал было я, наблюдая за тем, как выстрелы пистолета не могут причинить магу вред, и в этот момент случилось неожиданное. Спешащий следом за родственником Пётр Леонович нанёс ему удар заклинанием в спину'.

Щит мага на миг ярко вспыхнул и пропал, и этого мгновения хватило стрелку, чтобы всадить ему в грудь несколько пуль. Большего сделать он не успел, потому что сорвавшееся с руки Петра Леоновича заклинание, разорвало его на два неровных куска. Следом за этим тучный старик достал из кармана какой-то жезл, направил его в сторону дома, прочитал длинное заклинание, и плотный, отчётливо видимый сгусток концентрированной магии влетел в здание, разбив окно, после чего с глухим грохотом взорвался внутри.

Все стёкла тут же повылетали наружу вместе с какими-то обломками, а старая крыша, которая и до этого не могла похвастаться большой прочностью, частично сложилась внутрь.

'Вот урод! А мы хотели оставить дом в нормальном состоянии, чтобы случайный гость не знал там мы и когда его покинули! — подумал я, а Пётр Леонович одновременно с этим прокомментировал результат работы своего амулета.

— Вы же, сука! Грёбаные Чародеевы, поселившиеся в такой халупе! Только попробуйте мне сдохнуть! Мне нужны ваши жалкие жизни! Хотя бы одного!

— Пётр… — булькающим голосом прохрипел раненый мужчина, полными злобы глазами глядя на старика. — За что? Почему ты решил стать предателем рода?

— Предателем? — неприятно рассмеялся он. — А разве моё заклинание хотя бы коснулось тебя? Нет! Это сделали лишь пули того бедолаги. Так что здесь ко мне мне не придерёшься. А за что? Да просто так! Потому что могу. Потому что это удобный случай, который нескоро мог бы представиться! Потому что я заслужил место главы! Я старше, умнее и гораздо больше сделал для рода! Гораздо! И это мои потомки должны будут возглавить семью после нашей смерти! Вот только произойдёт это нескоро, ведь помимо алтаря Чародеевых и их жалких сил, я поглощу и твою силу! Ты ведь случайно погибнешь в печати шкатулки. Но не переживай твой ранг ратника не исчезнет впустую. Он усилит меня. А чтобы ты дожил до этого чудного мгновения и не сдох перед началом ритуала, я сохраню тебе жизнь.

Последние слова Пётр Леонович будто выплюнул и, достав из кармана очередной амулет и разломал его над лежащим. Появившееся из него свечение тут же накрыло собой тело раненого, заставив его закрыть глаза и замереть.

— Вот и всё! — потёр руки старик. — Как всё хорошо получаетсмя! Я не предатель рода! Не предатель! Я, наоборот, делаю всё, чтобы спасти главу семьи, даже целебный амулет активировал, чтобы не дать ему погибнуть раньше времени! Ха-ха!

Закончив с основными делами, Леонович рявкнул:

— Сергей! Сучий ты потрох! Беги сюда! Я видел, что ты успел сбежать!

Не прошло и десяти секунд, как к Глинову приблизился сутулый худощавый старик, который, шёл замыкающим в последней группе и успел юркнуть в темноту, не поймав ни одной пули.

— Да, господин! Я выжил!

— Молодец, мой верный слуга. Я всегда знал, что ты вывернешься в любой ситуации! Бойцы рода бесславно подохли, а водитель не получил даже раны! — рассмеялся Леонович и добавил: — Беги в дом и найди мне отца с мальчишкой. У старшего должен быть на шее амулет. Это очень ценная для меня вещь, так что будь аккуратен. Выполняй!

— Да, боярин, — суетливо поклонился Сергей и замер. — А что делать с ещё одним нашим выжившим? Это Влад, который был из охраны вашего брата. Он лежит за колодой и пытается прийти в себя.

— Убей! Верным мне, в отличие от тебя, он точно не будет! — коротко велел Глинов, и его помощник, достав нож, поспешил недрогнувшей рукой добить попытавшегося отмахнуться мужчину.

Закончив с грязным делом, ссутулившийся, но довольный Сергей устремился в дом, а Пётр Леонович, покосившись на трупы, задумчиво протянул:

— То, что сегодня мы потеряли наших лучших людей, это, конечно, плохо. Но, полагаю, один маг высоких рангов справится с защитой рода гораздо лучше, чем целый отряд бездарей, позволивших себя убить. Ну а новых бойцов мы всегда нанять успеем. Желающих достаточно.

Пожилой мужчина говорил не так уж и громко, однако я неплохо его слышал, потому что во время его общения с братом и слугой успел отойти от опушки и незаметно сократить дистанцию. Тем временем Пётр Леонович опустился на колено перед главой рода и, сняв с его плеча чёрную небольшую сумку, достал из неё шкатулку. Подозреваю, что ту самую, разговор о которой мне удалось подслушать ранее.

В темноте мне было трудно отследить действия Глинова, однако, судя по нажатиям его пальцев на разные выступы и постоянным перепроверкам своих действий, я осознал, что подслушанные слова относительно лёгкости ритуала были откровенным преувеличением: ни я, ни лежащий на земле глава рода не сумели бы самостоятельно активировать артефакт правильно.

Завершив настройку и дождавшись, когда многочисленные мелкие драгоценные камни шкатулки засветятся мёртвым зелёным цветом, Пётр Леонович поставил её на землю и одним движением повернул выступающий на крышке и ярко светящийся малахит.

Раздался едва слышный, но отчётливо различимый щелчок, а в следующий миг из мерцающих камней выбрались десятки тусклых огоньков, которые стали медленно, но верно стелиться по земле, вычерчивая на ней замысловатые фигуры, линии и руны, складывающиеся в достаточно большую и сложную печать.

Это представление длилось несколько минут, после чего все огоньки вернулись в шкатулку, оставив за собой слабо мерцающую зелёным огнём ритуальную схему и, удовлетворённый данным обстоятельством Глинов достал из сумки ещё один предмет — тёмно-красный пульсирующий камень размером с три кулака. Его он торжественно установил в свободное место рядом со шкатулкой, затем бросил взгляд на пустое пространство для алтаря Чародеевых, что едва слышно и произнёс, а затем нетерпеливо посмотрел в сторону дома. Видимо, для ритуала было уже всё готово. Не хватало лишь меня с Всеславом и нашего алтаря.

Слишком долго копающийся в доме Сергей, не нашедший в здании никого похожего на мальчишку с отцом, за неимением альтернатив решительно подхватил верхнюю часть разорванного Глиновым мужика и потянул его к Петру Леоновичу, надеясь хоть так смягчить его гнев. Мол, случайно захватил не того! Вот только, как по мне, мужик сейчас совершает большую ошибку возвращаясь. На его месте я бы поспешил сбежать. Глинов не допустит, чтобы в живых остался свидетель его чудовищных преступлений, а в особенности смерти главы рода, как я понял.

— Вот, первого притянул! — доложил он и тут же пропустил сильнейшую пощёчину, сбившую его с ног.

— Кто это⁈ — прошипел разъярённый Глинов и ещё раз ударил слугу, только на этот раз ногой. — Я же сказал! Найти мальчишку и его отца! Мальчишку и отца! Ты что⁈ Не слышишь меня⁈

Пользуясь тем, что противник разъярён и не следит за обстановкой, я скользнул в сторону, обходя ритуальную схему, чтобы пули не летели через магическую печать. Вдруг это как-то на них повлияет? А затем, сосредоточившись, бросил в противника сначала первый, а потом и второй «огненный шар» и тут же открыл огонь из двух пистолетов. По моим расчётам заклинания должны будут перегрузить магический щит Глинова, а пули, окончательно его пробьют.