Спокойный Ваня 5 (СИ) - Кожевников Павел Андреевич

Чуть дальше было отведено место под парк. Пришлось пойти на уступки Татьяне. В другой стороне располагалась большая площадка. Надеюсь, когда-нибудь на ней будет стоять вертолёт или другое устройство для полётов. Пусть космос для нас закрыт, но летать в атмосфере я точно буду.

Моя жена с интересом наблюдала, как рабочие вязали арматуру для каркаса. Бруно, как я и ожидал, отказался от использования клеевого пистолета в строительстве. Он довольно доходчиво объяснил мне преимущество перевязки арматуры проволокой. Ну и, конечно же, главный аргумент был связан с отсутствием проверки на надёжность «клеевого» соединения. Возможность сэкономить на арматуре меня мало интересовала, и в этом вопросе я настаивать не стал.

На мои новшества архитектор соглашался в тех местах, где их использование не несло риска для здоровья будущих жильцов.

— Тань, проблема есть. — Подошёл я к жене и приобнял её за талию.

— Что на этот раз? Насколько опасно? — Вопреки словам, она оставалась спокойной и расслабленной.

— Катя от Кости ушла. Как я понял, он налево пошёл и был пойман с поличным.

— Ну и правильно сделала. Я бы тоже ушла. Убить тебя у меня не получится. — Вздохнула Татьяна, а потом радостно добавила: — Надо у дяди пистолет Нобеля для такого случая попросить.

— Вот спасибо! Я к ней за помощью, а она планирует моё убийство! — Я демонстративно отодвинулся от жены.

— Извини. — Таня притянула меня обратно, чему я не сильно сопротивлялся. — Просто поставила себя на место Кати. Дальше оно как-то само получилось. Так в чём проблема?

— Не шути так больше, а то я начинаю вспоминать одного короля, у которого во всём были предки виноваты.

— Ты боишься, что это остатки памяти, доставшиеся от червя, так на меня влияют? — Таня задумалась. — Может быть. Но влияние слишком значительное.

— Проехали. — Я не стал указывать жене, что изменения в её характере, очень даже заметные. Хорошо хоть проявлялись они в ситуациях, близких к экстремальным, а не в обыденной жизни. — Нужно поддержать Катю. — Я протянул переговорник. — Прокоп парный ей увезёт. Пообщайтесь. Только без планов убийства.

— Не забывай, что Костя хоть и ловелас ещё тот, но он всё-таки мой брат. — Вздохнула Таня. — Когда переговорник окажется у Кати?

— Завтра, наверное. Сегодня Прокоп здесь занят будет. Только не говори Кате, что я знаю об их размолвке. И Косте не говори про Катю, когда он появится здесь.

Глава 16

Возле палатки-лаборатории меня перехватил Чук.

— Ваше Величество. Мне нужно руну поменять на установке.

— Я сам поменяю. Какая следующая идёт? — Парни мне сейчас в лаборатории не нужны. Добавлять им лишнюю дозу радиации я не хотел. — Вы мне чуть позже понадобитесь.

— Жаль. — Тяжело вздохнул Чук, тоскливо глянув в сторону кухни.

— Какие-то проблемы? — Решил уточнить я. Слишком красноречивым был взгляд алхимика.

— Да. Мэнни… Э-э-э, Эммануил Витольдович сейчас освободится и опять на нас будет свои эксперименты ставить. Надоело в сортир бегать.

Понять, какие опыты ставит на них Мэнни, было несложно. Поэтому я решил объяснить Чуку, что они — меньшее из зол.

— Ты помнишь, что я рассказывал про радиацию?

— Помню. Но ведь сейчас мы здоровы!

— Вы здоровыми себя чувствуете только потому, что Мэнни регулярно вас подлечивает. Без него вы через месяц начнёте бегать в туалет с тем же поносом, но уже кровавым. Не думаю, что такая перспектива тебе нравится больше. — Я изучающе смотрел на Чука.

— Не нравится. — Парня передёрнуло. Видимо, представил последствия.

— Поэтому терпите и делайте, как он скажет. Как только Мэнни удастся вывести из ваших организмов радиоактивные вещества, мучить он вас перестанет. Он всё-таки лекарь, а не садист. — Я ободряюще улыбнулся Чуку, хотя сам не верил в свои слова. Мэнни, конечно, не садист, но ради практики готов мучить даже здоровых людей. — Пойдём, заберёшь часть готовых инструментов и передашь их Прокопу. Совсем про них забыл.

Первым делом я изготовил из свинца новый контейнер для пузырька. Теперь у меня в дальнем углу находилось три потенциальных источника радиации. Списывать со счетов наведённую радиацию и загрязнение продуктами распада радона я не торопился.

Рунная цепочка детектора была намного проще всего диагноста, но я также не видел в ней упоминания чего-либо хоть отдалённо похожего на радиацию. Возможность дистанционной подпитки на этот раз нейросеть предусмотрела. Выходит, и потребление энергии должно быть небольшим.

Используя очень мелкие руны, я уместил всю цепочку на обычном листе бумаги. Откладывать не стал и сразу активировал её. Над листком появился зелёный шарик. Взяв листок, я прошёлся по комнате. Цвет шарика менял свою насыщенность, но только в одном месте явственно пожелтел. Сюда я ставил бутылочку при проверке диагноста.

Наступил решающий момент. Я начал медленно приближаться к своему складу радиоактивных отходов. Примерно за метр до него, шарик начал менять цвет на жёлтый. До красного он так и не дошёл. Я всё же надеялся, что нейросеть правильно отградуировала конструкт и зелёный и жёлтый цвета означают низкую и приемлемую степень опасности, соответственно. Конструкт повторял принцип действия известных мне приборов. Он регистрировал радиацию в месте своего нахождения. Пока с ним не приблизишься к источнику, не поймёшь, насколько тот опасен.

Скороварка, отнесённая в сторону от контейнеров, фонила на жёлто-зелёном уровне. В общем-то, весь фон от неё и шёл. Закрытые контейнеры лишь слегка отдавали желтизной. Буду считать скороварку неопасной и захороню не открывая. Убрав со стального контейнера верхнюю плиту, прикрывающую небольшую выемку, оставленную под пузырёк, я получил возможность увидеть красный сигнал. Но он возникал, если я подносил листок почти впритык к выемке. Вернув крышку на место, я откупорил свинцовый контейнер.

Возле пузырька конструкт не только горел ярко-красным светом, но вдобавок начал орать, как теплоход у причала. Мне даже интересно стало, справился артефакт тишины с этим рёвом или нет.

В целом работоспособность конструкта сомнений не вызывала. Учитывая его относительную простоту, на первое время большего желать бессмысленно. Вряд ли мой вариант счётчика Гейгера получится более информативным, если вообще будет работоспособным.

До конца дня я успел вырезать форму и отлить матрицу для серийного изготовления конструкта. С помощью неё сразу сделал пробный экземпляр. Технология несложная. Если делать аккуратно, то проблем с изготовлением детекторов быть не должно.

Дальнейшую работу могу поручить алхимикам. Не совсем их профиль, но других свободных и имеющих допуск к моим секретам, рук у меня нет. Сомневаюсь, что Мэнни или майор захотят в этом деле мне помогать.

Утром я позвал с собой алхимиков и проверил их ранее изготовленным конструктом. У обоих радиационный фон находился в норме. То есть, индикатор даже не желтел.

— Ваше Величество, а можно вопрос?

— Можно. Если по делу. — Кивнул я Чику.

— Зелёный цвет означает, что мы не радиоактивны? Тогда зачем Эммануил Витольдович нас мучает? — Вопрос был щекотливым. Подставлять Мэнни не хотелось, поэтому я решил показать парням реакцию конструкта на источник радиации.

— Мучает, говоришь? Идём. — Я провёл их в дальний угол. Возле скороварки с вещами алхимиков, индикатор привычно пожелтел. — Это одежда, в которой вы пришли. Открывать скороварку у меня нет никакого желания. Но думаю, примерный смысл вам понятен.

Для пробы я снял крышку со стального контейнера. На сей раз свечение индикатора лишь немного отдавало краснотой. Уровень радиации за прошедшие несколько часов упал значительно. Я помнил, что большая часть продуктов распада у радия — это короткоживущие изотопы, но точные цифры из головы выветрились. Буду надеяться, что со временем уровень радиации ещё снизится. Легче захоранивать будет. Оставлять, даже слабо фонящие вещи я не хотел. Сталь я другую куплю, а излишки полученной радиации никому не продам.