Дело рода (СИ) - Уточкин Вячеслав

— Тайво, — терпеливо сказал я. — Какой я тебе крылан? Совсем сдурел?

Я начал доставать из инвентаря всё, кроме живого металла, и складывать рядом с чемоданчиком.

На каменную площадку легли переговорник, маркер, фигурка минотавра, документы на дом, россыпь алхимии из лаборатории покойного людоеда, серый шарик, стопка бумаг де Макрэ. Из них выпала платиновая карточка с деньгами, полученная ещё в поезде от Харченко.

— О, думал, потерял её, — улыбнулся я находке.

Тайво присел рядом и спросил:

— А что ты ищешь?

— Способ сделать так, чтобы ампулы раскололись через два часа после передачи.

— А зачем?

— Оставлять оружие массового поражения в руках межмировой корпорации мертвецов — так себе идея.

Тайво помолчал. Потом полез в карман куртки и достал серый брусок размером с колоду карт.

— Пластид. Хватит на все пять. Детонаторы встроенные, химические, с таймером. Можно заложить под подложку внутри чемодана. Снаружи не видно будет.

Я уставился на него. Потом на брусок. Потом снова на него.

— Тайво. Ты носишь с собой взрывчатку?

— Да.

— В кармане куртки?

— Да.

— Тебя привезли в финский бункер связанного, с мешком на голове. И у тебя в кармане лежала взрывчатка?

— Они меня не обыскивали. Только рюкзак.

— Откуда вообще привычка таскать с собой пластид?

Тайво пожал плечами.

— Дед учил, мол, из дома без универсальной отмычки ни шагу. А с пластидом любая дверь открывается. Вопрос дозировки.

Он уже присел возле чемоданчика и аккуратно извлёк подложку с ампулами. Его пальцы двигались уверенно. Ни тени суеты.

Я смотрел, как мой будущий слуга рода, тот самый, которого полчаса назад считал обузой, минирует оружие массового поражения с невозмутимостью сапёра на пенсии.

Искатель кладов, интуит, полиглот, подрывник. Мой внутренний хомяк с уважением приподнял шляпу.

Через пять минут ампулы снова лежали в чемоданчике и выглядели ровно так же, как до начала работы.

— Два часа, — Тайво захлопнул крышку. — Плюс-минус три минуты. Точнее на алхимическом таймере не выйдет.

Я удовлетворённо кивнул и принялся загружать обратно в инвентарь разбросанное имущество.

— Тайво, ты молодец! Повышаешься до старшего слуги рода.

На лице Тайво впервые за весь день появилась довольная улыбка.

Йорик появился раньше обещанного. Вышел из-за деревьев тем же размеренным шагом. В левой руке он нёс чемоданчик — копию моего.

Коснувшись набалдашником сетки, вошёл.

Поставил чемоданчик на камень, щёлкнул замками и откинул крышку.

Содержимое прикрывала тонкая кожаная папка. Йорик извлёк её и протянул мне.

— Спецификация на объект. Полагаю, вы хотите ознакомиться лично.

Я принял папку. Пока он одёргивал рукав фрака, бросил короткий взгляд в открытый чемоданчик.

В бархатной ложе лежала свеча. Грязно-зелёная, будто отлитая из бутылочного стекла, пролежавшего столетие на дне болота. Неровная поверхность с пузырьками воздуха, тёмные вкрапления, мутные прожилки. Фитиль — тонкая чёрная нить, уходящая в глубину.

Уродливая вещь.

Я раскрыл папку. На первом листе оказалась схема предмета в разрезе, выполненная с аптекарской точностью. Подписи на языке, которого я не знал.

Второй лист — краткое описание на английском от руки:

Свеча Исхода.

Кристаллизованная субстанция границы между миром живых и мертвых.

Функция чёрного пламени: извлечение фрагментов душ из любых носителей.

Горение: 5–7 минут. Однократное применение.

Ого! Артефакт для работы с душами. С таким ни разу не сталкивался даже в прошлой жизни.

Я с невозмутимым видом закрыл папку.

— Зачем вашему Патриарху этот артефакт? — Йорик задал вопрос с видом светского любопытства, но взгляд у него был цепким.

— Понятия не имею, — я пожал плечами. — Патриарх своей шее не докладывает.

Выдержал паузу и добавил:

— Встречный вопрос. Зачем Ассоциации мутагены?

Йорик чуть склонил голову. Видимо, отвечать тоже не хотел, но из уважения к моему статусу решил пойти навстречу.

— Это катализатор. Мутагенная субстанция при правильной обработке усилит энергетическую матрицу Некрополиса, и мы расширим зону влияния Ассоциации.

Он позволил себе тонкую улыбку.

— Меня всё устраивает, — я открыл свой чемоданчик и вновь продемонстрировал ампулы.

Йорик окинул их взглядом. Кивнул. Я закрыл крышку. Мы обменялись чемоданчиками.

Йорик убрал свой в инвентарь. Я сделал то же самое и выжидающе приподнял бровь.

— Да, разумеется, — Йорик достал из кармана фрака кроваво-красный кристалл размером с фалангу пальца. — Через полчаса после моего ухода разбейте. Вас перенесёт на базу, а прокол закроется.

Я взял кристалл — тёплый и пульсирует, как маленькое сердце.

— И последнее, — сказал Йорик, покручивая в руке трость. — Сейчас наша сеть агентов в Российской Империи пострадала. Рода Мазеповых фактически больше нет. Пользуйтесь резервным каналом через род Мышиных.

Я еле удержал равнодушную маску на лице. Ну и дела! Род, с которым я заключил ритуальный союз через рукопожатие с Василием. Вот тебе и «мышиная осторожность». Тем временем Йорик продолжил:

— В этом роду старший наследник, Максим Мышин, наш человек. Единственный из всего рода. Остальные пока не в курсе.

У меня аж от сердца отлегло.

Он протянул тонкую визитку чёрного картона, которую я убрал в карман. На ней были выгравированы серебром имя и номер переговорника.

Йорик поклонился.

— Было приятно вести дела с профессионалом. Передайте Патриарху наши заверения в искренней дружбе.

Коснулся набалдашником сетки и шагнул в проход. Фрак мелькнул между стволами и растворился в зелени леса.

Полчаса тянулись и тянулись.

Тайво дважды предложил раздавить кристалл раньше. Второй раз вообще с аргументом: «а вдруг он нас обманул, и надо успеть первыми».

— Тайво, — я повертел красный кристалл в пальцах. — Если раздавим раньше, скорее всего, Йорик вернётся. Очевидно, что он не убьётся в свёртываемом проколе и будет очень недоволен. А ещё у него в руках — наш заминированный чемоданчик. Мне очень бы хотелось, чтобы он взорвался подальше от нас — в мирах Некрополиса.

Тайво открыл рот, чтобы возразить.

— Ещё одно гениальное предложение — и понижу обратно до младшего слуги, — осадил его я.

Ровно в озвученное Йориком время я раздавил кристалл. Тёплая скорлупа хрустнула. По пальцам потёк жидкий свет.

Перед глазами выскочила надпись:

Закрытие межпространственного разрыва: завершено.

Начислено: Сила Духа +2, Сила Мысли +2.

Мир подёрнулся рябью, как вода от брошенного камня. Ноги потеряли опору. Секунда невесомости — и мы оказались в столовой.

Знакомые стены, знакомый запах остывшей ухи. Печь сдвинута. На месте прокола — бетонный пол.

Входная дверь была завалена с той стороны чем-то тяжёлым. Серафима с Плутархом подошли к нашей защите серьёзно. За дверью стояла тишина. Никто не скрёбся и не пытался вломиться.

Похоже, ожившие мертвецы стали обычными мертвецами.

Я задумался. Ассоциация объявила награду за мою голову, а Йорик — эмиссар той самой Ассоциации. И не узнал. Интересно, почему. Может, он уже давно в проколе и без связи со своими мирами. Представляю, как он удивится, когда вернется. Впрочем, с учётом заминированного чемоданчика, удивляться Йорику предстоит недолго.

Пока я размышлял, Тайво огляделся. Прошёлся по кухне, простучал стены. Заглянул даже в кладовку. И исчез там за стеллажами.

— Михаил, тут люк.

Под мешком с мукой обнаружился металлический люк с ржавым кольцом. За ним узкий лаз, выводящий наружу через дренажную канаву.

Я вылез первым, выпрямился и огляделся.

Купол Люция мерцал в лунном свете — бледный, истончившийся, но пока целый. Твари на нём больше не висели. Десяток лис-мутантов бродили за периметром, но без прежнего остервенения. Скорее, просто не успели ещё разбежаться по своим мутантским делам.