Да если б и молчала, то одежда
И худоба сказали бы за нас
О том, как сладко мы живем со дня
Изгнанья твоего. Подумай сам ты,
Есть ли на свете кто несчастней нас?
Ведь нам, тебя увидя, от восторга,
От радости бы плакать и плясать,
А сердце мрет от ужаса и горя,
И очи плачут, видя, как мой сын,
Как муж ее, как дорогой отец
Ребенка этого – как ты терзаешь
Свою отчизну. И твоя вражда
С родной землей для нас смертельный нож.
Молитвы воссылать и то не можем
Из-за тебя. За отчий край молиться
Должны мы, и молиться за твою
Должны победу. Как же совместить?
Теряем либо край наш – нашу жизнь,
Либо тебя, отраду нашу в жизни.
Погибель нас и так и этак ждет.
Либо тебя в оковах поведут
По улицам, как родинопродавца,
Либо пройдешь развалинами Рима,
Увенчан лаврами за то, что ты
Отважно пролил кровь жены и сына.
Что ж до меня, то ожидать не буду,
Чем кончится война. Раз не могу
Я упросить тебя, раз ты не сменишь
Гнева на милость, осчастливив обе
Враждующие стороны, то знай –
Когда на город двинешься, я трупом,
Я трупом лягу на твоем пути.