Попаданка даст вам к(с)екса (СИ) - Бэк Татьяна

— Ну же, Лана, дай мне знак! Почувствуй, что мне удалось пробиться в твои мысли! Где ты? — вновь закричал, срывая голос, хотя и знал, что она меня не услышит.

— Как же страшно сгореть на костре! Надеюсь, Ларион не увидит моей смерти… — донеслось откуда-то издалека, а затем всё затихло.

Я пришёл в себя, от первых крупных капель дождя, попавших на мою кожу, покрытую липким потом. Во рту отчётливо чувствовался привкус крови, а голова гудела, будто с перепоя. Но главное, — теперь знал, что делать.

Глава 55

Я думала, что не смогу сомкнуть глаз, в ожидании казни, но к своему удивлению провалилась в глубокий сон. Возможно, организм просто устал от испытаний и решил, что с него хватит. Я была настолько измотана, что сил на волнение и страх просто не оставалось. Во сне пыталась отыскать Лариона, ведь не могла не проститься с ним. Сейчас, находясь буквально в одном шаге от эшафота, почувстовала, насколько важен для меня этот мужчина. Мне казалось, что принц где-то рядом, только протяни руку и дотронешься. Но сколько ни старалась его почувствовать, ничего не получалось. Те, кто стоил эти стены, явно позаботились о том, чтобы заключённые не смогли ни с кем связаться. Инквизиторам удалось заточить не только моё тело, но и мой дух. Громкий тревожный лязг замков вывел меня из дремоты. Два безмолвных инквизитора застыли мрачными тенями. — Сегодня на площади тебе огласят приговор, ведьма! — заявил один из них. Ну вот, кажется, и всё... Сердце тревожно сжалось, пропуская удар, а затем застучало так, будто хотело вырваться из груди. Силы оставили меня внезапно: я не могла даже пошевелиться. Если не встану сама, то эти двое потащат меня, словно безвольную тряпичную куклу. Нет, я приму гордо свою судьбу, какой бы она ни была! Я поднялась на ноги, слегка покачнувшись, и гордо встряхнула волосами. Один из инквизиторов даже хмыкнул, когда бросила надменный взгляд. Эх, жаль здесь нет зеркала, надо бы превести себя в порядок. Моя казнь всё же пройдёт в публичном месте, поэтому мне хотелось выглядеть прилично. Странные мысли... Мне бы кричать, рыдать, умолять стражников меня отпустить, а я переживаю, что у меня не уложены волосы. На меня надели тяжёлые кандалы, в которых едва могла переставлять ноги. Но и это пережила мужественно и не показала вида, что железо терзает мою нежную кожу. Наконец, бесконечные коридоры остались позади и меня вывели во внутренний дворик. На секунду мне показалось, что ослепну от яркого солнца, игравшего тёплыми лучами сквозь пышную зелень деревьев. Сколько же времени я провела в проклятом подвале? Но мне не дали насладиться свежим воздухом. Весьма увесистый тычок в спину, заставил меня сделать несколько шагов к карете, в которой меня повезут на площадь. Меньше всего мне хотелось пользоваться этим мрачным транспортом с зарешеченными окнами, но выбора у меня явно не было. Почему-то я надеялась, что вновь сопровождать меня будет юный инквизитор, — перед смертью хотелось увидеть знакомое неравнодушное лицо, — но его не оказалось в карете. Надеюсь, что хотя бы девочки из дома мадам Шпротс придут меня поддержать. Карета катила по брусчатке, а прислушивалась с гулу голосов, который становился всё громче и яростнее. — Ведьма! — Дьявольское отродье! — Сжечь её! Да, что-то настроение горожан мне не очень нравилось... Инквизиторы окружили меня кольцом, едва вышли из кареты, спасая от гнева раскалённой толпы. Вместе с проклятиями в меня полетели камни и тухлые овощи, так что защита святых братьев была очень даже в тему. Но среди толпы, жаждавшей крови, я увидела своих покупальниц. Они выделялись среди серой массы яркими нарядами и сочувствием на лицах. Но то, что наше женское предприятие хотя бы немного изменило этот мир, согрело и успокоило. Значит, всё было не напрасно. Крутые ступени лестницы оказались последним испытанием, и вот я взошла на эшафот, глядя сверху вниз на бушующее человеческое море. В первых рядах обнаружила своих подруг и улыбнулась им. Сима грозно стискивала кулаки, словно была готова сейчас броситься на инквизиторов и освободить меня. Мими горько рыдала, размазывая по красивому личику слезы. Зинаида, побледневшая и ещё похудевшая, смотрела на меня со страданием и болью. Даже сдержанная мадам Шпротс с трудом сдерживала слезы. — Всё будет хорошо! — произнесла я одними губами, обращаясь к ним, хоть это и была ложь. Высокий инквизитор, стоявший рядом, прокашлялся и принялся зачитывать список моих злодеяний, но я уже не вслушивалась в его речь, понимая, что весь судебный процесс был фарсом. Я лишь стояла и наслаждалась последними секундами жизни: тёплым солнцем, гладящим кожу, лёгким ветерком, развевающим мои волосы, близостью любимых подруг. — Дева Лана признается виновной в ведьмовстве и ереси! — холодно и неотвратимо прозвучали слова инквизитора. — И по приказу Верховного инквизитора подлежит сожжению! Вот теперь точно всё...

Глава 56

Ларион

— Откройте чёртовы ворота! — кричал я, пытаясь проломить неприступные двери, за которыми находилась резиденция Верховного инквизитора, ничем не уступавшие по высоте и толщине замковым.

Кажется, с такой крепкостью стен и ворот можно выдержать атаку противника, а не просто мои удары. Но я был не готов отступать. Сейчас, когда я узнал, что Лана находится в опасности, ничто не могло меня остановить. Потом мне, конечно, будет о чём поговорить с этой девчонкой, но сперва нужно её спасти.

— Вы что, не слышите меня?! Это принц Ларион, наследник престола, ваш будущий повелитель. Не откроете, сейчас же прикажу взять здание штурмом! — закричал ещё громче, продолжая отчаянно молотить в ворота.

Я был уже и впрямь отправиться в казармы и поднять солдат в ружьё, но в этот момент дверь наконец-то распахнулась и передо мной предстал высокий священнослужитель, лицо которого тонуло в тени капюшона. В морщинистой руке он сжимал тусклый фонарь.

— Сын мой, зачем ты нарушаешь покой святых братьев, которые поглощены молитвой? К тому же сейчас комендантский час, обязательный для всех! — хрипло проскрипел он, словно старая несмазанная телега.

— Я принц Ларион! И у меня срочное дело к Верховному инквизитору Вермонту! Немедленно пропусти меня!

— Для меня и для инквизиции нет значения, кто нарушает правила, — хоть король, хоть конюх. Лучше вам покинуть это место и вернуться завтра, когда Вермонт будет готов вас принять! — всё так же неспешно произнёс незнакомец, словно каждое слово давалось ему непросто.

Я не знал, смеяться мне или плакать. Ещё час назад я был уверен, что одного моего слова будет достаточно, чтобы вытащить Лану оттуда, где она находилась, но теперь получалось, что даже не могу поговорить с Верховным инквизитором.

— Да ты хоть понимаешь, с кем разговариваешь? — заорал в бешенстве, чувствуя, что вот-вот брошусь на скрипучего старика, хоть это было и не в моих правилах.

— Здравствуйте, Ваше Высочество! — раздался вдруг из темноты знакомый голос, и в круг слабого света вышел сам господин Вермонт собственной персоной, облачённый в домашний халат и тапки из мягкой кожи.

Пожалуй, впервые я созерцал грозного Верховного инквизитора в подобном виде и удивился настолько, что на секунду забыл, чего вообще хотел.

— Спасибо, Карл! — произнёс он, обращаясь к скрипучему. — Но, думаю, нам лучше впустить юного принца, пока он в пылу молодого азарта и впрямь не сломал на ворота. А теперь ступай к братьям, я сам провожу нашего гостя.

Послушно следуя за Верховным инквизитором, с интересом осматривался по сторонам. Его дом примыкал к самому древнему зданию, являвшегося оплотом священного братства. Почему-то был уверен, что жилище этого старого лиса будет поражать своей роскошью, ведь не даром Вермонт слыл самым богатым человеком королевства, затмевая даже моего отца. Но тёмные стены, слабо освещённые оплывающими свечами, были голыми, неуютными и пугающими.