Уровни силы (СИ) - "Nezloi"

— Вот этот подойдёт: и монстр там не особо опасный, неповоротливый.

До нужного портала пришлось прошагать пару километров — и я оказался на пустом месте. Там, где должен был висеть мутный пробой в пространстве, не было ничего.

— Ёж… То есть, ёбаный по голове, проебал! — немного разочарованный пожаловался я миру.

Пришлось опять обращаться к блокноту, выискивая что‑нибудь достаточно ценное, но при этом без кошмарной твари внутри.

— Малый осколок мира Уз. Третья категория. Живые существа: гоблиноид — 1 шт. Ресурсы: плоды интегры — 34 шт., друза лазурита — 1 шт.

Прежде чем ломиться в портал, сначала поискал в бестиарии, кто такой гоблиноид. Оказалось, человекоподобный монстр за два метра ростом. Причём именно человекоподобный: на ту же гориллу он походил весьма отдалённо. К счастью, тварь была абсолютно безмозглой и до использования хоть какого‑нибудь оружия не дошла. Хотя это не делало её менее опасной: исполинская сила и ярость могли преподнести неприятный сюрприз.

«Тут бы, конечно, больше копьё подошло или рогатина».

Попечалившись о том, чего нет, вошёл в портал.

Осколок встретил меня ледяным ветром и угрюмым пейзажем каменистой пустоши с редкими и изъеденными ветрами и временем скалами.

Поёжившись от пронизывающего ветра, перекинул из‑за спины в левую руку щит, в правую взял топор и пошёл вперёд.

Первым, как ни странно, я нашёл друзу с лазуритом. Выглядела она как причудливый цветок с лепестками, состоящими из прямых и ломаных линий. Но самое удивительное — это был цвет: от светло‑голубого до глубокого синего.

Полюбовавшись кристаллическим бутоном, осторожно, чтобы не порезаться о острые грани и не сломать лепестки, обхватил друзу и потянул. С тихим хрустом «цветок» отломился от своей ножки и оказался у меня в руках.

— Десяток килограммов будет, — пробормотал я, крутя головой во все стороны. Но кругом всё было тихо, гоблиноида тоже нигде не было видно.

Вытащив друзу из портала, немедленно вызвонил скупщика. Сорок минут спустя баронский служащий Ныряев с вечно недовольной физиономией, приехал.

Друза ушла почти за двести тысяч рублей, разом поправив мне настроение. У меня даже была мысль на этом закончить, но, вспомнив о сегменте сферы Науфрагии, решил всё же закрыть портал.

Следующий заход: я искал не плоды интегры и даже не гоблиноида, а место для нашего боя. И двадцать минут спустя нашёл.

Это был вросший в землю огромный камень, почти скала. С трёх сторон он был неприступен, вздымая свои чёрные бока на добрый десяток метров, зато с четвёртой имел довольно пологий склон, по которому, пусть и небыстро и не без риска, можно было забраться наверх.

— То, что надо!

Ещё немного времени заняло найти пару камней мне по силам. А вот поднять их наверх оказалось задачкой со звёздочкой. Конечно, я не уподобился Сизифу и не стал катить их по склону. Просто обвязал альпинистским шнуром, поднялся сам, а после затянул камни наверх. Кстати, это тоже оказалось не так просто: пришлось ухлопать на это почти час времени.

К моей удаче, во время всей этой возни гоблиноид не пришёл меня проведать.

Посидев немного на камне, дождался восстановления выносливости и пошёл искать монстра. Почти час я шатался по всей пустоши, успев продрогнуть чуть ли не до костей, но смог найти только плоды интегры. Они, кстати, росли прямо на земле, как капуста. И если бы не грязно‑бурые листья, торчащие во все стороны, то я бы даже не понял, что передо мной живое растение, а не очередной валун.

Аккуратно собрав плоды в мешок — благо, они были не больше кулака и весили совсем немного, — отступил к выходу, где и оставил мешок с хабаром. Также пришлось оставить каску с баллистической маской и бронежилет: мне предстоит много и быстро бегать, и лишний вес мог сыграть со мной злую шутку.

Вернувшись, снова принялся за поиски и только четыре часа спустя, совершенно случайно, в едва заметной ложбинке нашёл трусливую тварь.

Гоблиноид мгновенно понял, что обнаружен, и, вскочив на ноги, зарычал. Выглядел он совсем как человек: даже лицо, пусть и имело грубые рубленые черты, было человеческим. Отличался он только гипертрофированной мускулатурой, светло‑зелёной кожей и клыками.

Подняв с земли камень, метким броском засветил ему в лоб. Конечно же, не вырубил, зато разозлил.

Не дожидаясь, когда гигант на меня бросится, развернулся и припустил к камню. Монстр, увидев убегающего врага, взревел и погнался за мной, но уже метров через сто замедлился. Оглянувшись через плечо, убедился, что трусливая тварь уже передумала меня преследовать.

— Вот же перетрухан!

Развернувшись, вытянул из ножен на предплечье свой запасной нож и порысил к гоблиноиду. Тот предупреждающе заворчал и поднял свои ручищи над головой, стараясь казаться как можно больше.

Остановившись в десяти шагах, тщательно прицелился и точным броском всадил нож ему во внутреннюю сторону бедра, стараясь попасть в бедренную артерию, но почему‑то невольно отвлекаясь на его зелёный «шланг».

Гигант взвизгнул — я попал куда и целился. Едва успел развернуться и броситься прочь: несколько секунд разъярённый гоблиноид буквально висел у меня на пятках, я даже чувствовал затылком его горячее дыхание. Но постепенно он стал отставать — видимо, сказывалось ранение в бедро.

Оглянувшись через плечо, увидел, что он отстал уже метров на пятьдесят. Тоже замедлился, дав себя нагнать, побежал буквально вполсилы, держа между нами дистанцию около десяти метров. Тем временем от быстрого бега нож выпал из раны, и кровь широким ручьём изливалась из раны, рисуя красную ленту на ноге твари.

Когда до камня осталось около сотни метров, резко ускорился и буквально птицей взлетел на вершину. Уже наверху оглянулся и неожиданно обнаружил, что тварь уже карабкается по склону.

— Вот же шустрый нудист!

Схватив приготовленный камень, с громким выдохом поднял его на грудь, подождал, когда гоблиноид окажется от меня в нескольких метрах, и с могучим хэканьем метнул орудие пролетариата в тварь.

Тридцатикилограммовый булыжник буквально смёл великана. Вниз уже упала изломанная фигура.

+ 20 ОП

— Ого, а за стриптизёров нынче немало дают!

Тащить тушу весом под полтора центнера не было никакого желания, тем более мне претило сдавать скупщику тело, слишком похожее на человеческое.

«Это уже какой‑то каннибализм получается».

Глава 12

С Мироном и его командой мы встретились ещё в городе, точнее будет сказать, в его предместьях, где, собственно, охотники и проживали.

Пришлось заехать к главе группы в гости, дожидаясь, когда соберутся остальные.

Мирон жил в собственном бревенчатом доме в два этажа, имел большое подворье с кучей разных хозяйственных построек и вообще — крепкое хозяйство. Чтобы не скучать, разместились вместе с хозяином в беседке, сплошь увитой диким виноградом. Под крепкий чай с вареньем я принялся расспрашивать более опытного коллегу о жизни охотников.

Как‑то незаметно наш разговор съехал с нашей местности на Омское Пятно.

— Говорят, поганое местечко, — покачал головой Мирон, закуривая.

— Но, с другой стороны, мой сват уже седьмой год туда как на вахту ездит и всегда при барыше бывает.

— Неужели один⁈ — удивился я.

— Да нет, конечно. Там у них небольшой охотничий клан: особо никуда не лезут, по краешку побираются да кому надо вовремя долю малую заносят. Бешеных деньжищ, конечно, не зарабатывают, но на кусок хлеба с маслом хватает.

Из дальнейшего разговора, или, правильнее будет сказать, рассказа, я узнал, что в Пятне есть целые поселения. Конечно, самые крупные и безопасные принадлежат боярским родам, но есть и так называемые вольные. Но даже они принадлежали кланам охотников или мутным сектам, которых в Пятне тоже хватало.

— А на чём там вообще зарабатывают? Неужели на органах монстров?

— Нет. Охота — это, пожалуй, третья по доходности статья в Пятне. Конечно, ей так или иначе занимаются все, но основные деньги — это выращивание некоторых растений‑эндемиков.