Набор (СИ) - Видум Инди

Клятву я у них принял, а дальше уже они устраивались сами. В общий дом не пошли, действительно предпочли выгородить кусок в одной из старых конюшен, корову тоже пристроили рядом.

Я собирался заняться с утра Каменным стражем, но пришлось делать для них отопительную систему — дети же замерзнут, не дело. Да и сама система не слишком сложная, а мне тренировка как артефактору. Когда устанавливал, внезапно появилась София.

— Петр, зачем ты тратишь время на это сиволапое мужичье? — презрительно бросила она, как будто мы с ней были вдвоем.

— София, я тебя просил не шляться по дому? — недовольно спросил я.

— Я и не хожу. Меня там никуда не пускают. Но неужели я не могу выйти во двор и подышать чистым воздухом? В доме находиться всё время невозможно. Ваша собака воняет псиной и противно лает почти всё время. Это вызывает у меня мигрень и несварение.

Учитывая, что Валерон,как демон не пах вообще ничем, а сейчас его вообще не было в доме, София возводила на бедную собачку грязный поклеп. На свою беду, выбежал песик новых поселенцев и недовольно гавкнул.

— Господи, Петя, еще одна шавка? Я этого не вынесу. У меня слишком тонкая натура.

Она приложила руку ко лбу и, как мне показалось, раздумывала, не упасть ли в обморок, но вовремя обнаружила сзади Милкину лепешку, поэтому желание терять сознание пропало.

— София, во дворе тебя очень просто подстрелить заклинанием или болтом. Я так понимаю, ты решила сделать подарок своему супругу и умереть? Ты хотя бы завещание написала?

— Что мне здесь может грозить? — удивилась она. — У вас на ограде защита. И заклинания, и болт она притормозит или вообще развеет. Я не могу сидеть всё время взаперти. Мне скучно.

— Почитай.

— Не хочу я читать. Здесь совершенно нечего делать. Не то что в Святославске. Мы там постоянно ходим то в гости, то на выставки, то в театры.

— То в цирк, — поддержал я её.

— Какой цирк? Приличные люди в цирк не ходят.

— Они его устраивают, — согласился я. — София, ты сидишь в своей комнате, пока мы не придумаем, как можно безопасно отвести тебя к твоему брату.

— Мне там скучно. Наташа могла бы со мной поговорить хотя бы. А она заявляет, что у неё много дел и уходит! — выкрикнула София. — Я что, так и буду сидеть взаперти?

— Предпочитаешь лежать в гробу?

— Я имею право на толику гостеприимства. Ты мог бы наплевать на мужичье и развлечь гостью.

Она топнула ножкой в изящном сапожке, и я понял, что если ее немедленно не поставить на место, то она окончательно обнаглеет. Подозвал дружинника, неодобрительно присматривающего за ней со стороны, и сказал:

— Софью Львовну проводите в ее комнату и заприте. Будет упираться — тащите за шкирку.

— Ты не посмеешь так со мной обращаться! — завопила она.

— Мне не нужен твой труп в моем поместье, — отрезал я. — И я сделаю всё, чтобы этого не случилось. Что ты при этом думаешь — мне наплевать.

— Тупой необразованный мужлан, — зло бросила она. — Правильно Антоша говорит — торгашеское воспитание.

После чего развернулась и гордо пошла в сторону основного дома. Побоялась, наверное, что за шиворот потащат. Очень уж с грозным видом шагнул к ней дружинник. Похоже, достала она уже всех в доме. Я не Валерон, но и мне захотелось в нее плюнуть.

— Может, мы сами как-нибудь? — тихонько спросил меня муж Милкиной хозяйки. — А то как бы вам боком помощь нам не вылезла.

— У этой особы прав здесь намного меньше, чем у вашей Милки, — отмахнулся я. — А детям нужно тепло. Я уже заканчиваю. Вариант, конечно, временный, но мы потом что-нибудь придумаем получше.

На большие морозы мой вариант отопительной системы не сгодится — слишком низкий у меня уровень Жара, но больших морозов уже не должно быть, так что должно хватить. Доделав, я пояснил мужику, как пользоваться системой, добавлять и убирать тепло, после чего направился заниматься уже Каменным стражем.

Схема у меня имелась уже давно, но раньше до нее просто не доходили руки. Сейчас дошли, и пришло понимание, что заниматься этим нужно сразу на улице. Махина выйдет немаленькая по размерам, спускать отсюда замучаешься. Поэтому я до обеда собрал основные блоки в кабинете, который у меня одновременно был и артефакторской мастерской, а уже после обеда (на котором София нам старательно портила аппетит своим кислым видом и постоянными претензиями) отправился во двор, где ко мне присоединился Митя с вопросом, чем я занимаюсь.

— Будем делать еще один круг обороны, — пояснил я. — Как там сидящие в засаде люди?

— Только с одной стороны осталась группа, — отрапортовал Митя. — Они близко не подходят, наблюдают.

И, поди, уверены, что хорошо замаскировались и о них никто не знает. Но Митя их вычислил уже давно, на него навыки скрытности не действуют.

— Ты, кстати, не видел, наш мастер по защитным плетениям добавил что на ограду?

— Добавил. Хорошо работал, аккуратно. Всё уже закончил. А это что будет?

— Сейчас увидим, — ответил я и принялся за работу.

Да, основные блоки были сделаны, но соединять их на холоде — то еще удовольствие. Руки мерзли, точность нарушалась, приходилось переделывать, но в конце концов всё соединилось в одну стройную систему, которая после активации превратилась в… Не знаю, можно ли это было назвать созданием. Рот у него был, как были и глаза, но если в отношении Мити я был уверен, то этот артефакт свободой воли не обладал, а значит, созданием считаться не мог. Работал исключительно по заданной программе, куда включалось как время работы, так и люди, на которых он не должен был нападать. В спокойном состоянии этот артефакт больше всего напоминал огромный камень, полупогруженный в землю, но при появлении нарушителя он должен был резко увеличиться в размерах, его глаза зажигались красным светом, а если нарушитель не ретировался сразу, то оказывался в зубах артефакта, из которых выбраться без прямого моего приказа не смог бы. Отдельным контуром блокировалась магия, поэтому попавший в западню маг терял возможность использовать свои навыки.

Проверить действенность пока возможности не было, так что я больше полагался на Митю, чем на эту страхолюдину. Сделал еще четырех, объединив их в одну сеть и завязав на себя, чтобы получать от них сигнал в случае опасности. Но Митю попросил ночами дежурить, пока не узнаем, насколько эта система будет эффективной.

Ушло у меня на это всё добрых два с половиной дня. Наташа уверяла, что всё должно сработать как надо. Но как в этом убедиться без проверки? Следующей попытки убить Софию никто не предпринимал, хотя она очень старалась. Все, с кем она контактировала, уже наверняка не единожды желали ей провалиться хоть куда-нибудь. При близком общении Антошина супруга оказалась совершенно невыносимой, так что желание кузена заменить супругу я бы даже понял, если бы выбор оказался не в пользу Наташиной сестры.

К сожалению, держать ее постоянно под замком было нельзя — она не пленница, но я уже не мог дождаться возвращения Валерона, чтобы отправиться в поездку и передать Софию на руки её брату. После чего могли быть варианты.

Но княгиня Воронова приехала раньше.

Глава 17

Прибыла княгиня сразу после обеда и находилась в состоянии крайнего раздражения. Вряд ли это случилось потому, что она не успела к нам на трапезу. Скорее, не привыкла моя родственница к столь дальним переездам в столь неудобном транспорте. Поначалу ехала она на поезде, потом пересела на сани, которые уже не скользили легко по снегу, а затыкались на каждой рытвине. Обычно в такое время путешествовать по дорогам никто не хотел, только по острой необходимости, которая и накрыла княгиню.

— Собирайся, — скомандовала она Софии, как только последняя пришла в гостиную, куда проводили княгиню.

Обстановка княгиню не заинтересовала. Но это вовсе не говорило о том, что она никогда не бывала в доме главнюка Черного Солнца, ныне покойного. Княгиню вообще мало что интересовало, кроме ее самой. До прихода Софии со мной и Наташей она обменялась только приветствием и наотрез отказалась от чая. Я невольно задумался, не боится ли она отравления. А если так — не зря ли я что-то пробовал у нее в доме.