Искра Свободы 2 (СИ) - Нова Александр

Я ответил всё с той же дрожью в голосе, продолжая держаться выбранного направления и говорить, пока мог найти хоть какие-то аргументы:

— Время. Это всё займёт недели. За это время Пятирог может уйти. Или его убьют браконьеры. Или прикидывающиеся браконьерами охотники из другого баронства. И тогда его милость не сможет сдержать данного им слова. А это урон чести. Вы же знаете, брат Конрад, насколько это щекотливая тема для аристократии? Особенно если слово дано самому герцогу.

Визитарий скривился: ставки для Конрада резко выросли. В герцога он, конечно, не поверил. Но в то, что барон предъявит счёт епископу, Конрад допустить мог. Потому что его милость уже так поступал. И в случае ошибки именно визитарий опять останется крайним. Второй раз в эту ловушку Конрад попадаться не желал — он был достаточно умён, чтобы научиться с первого раза. Конрад несколько секунд молчал, не отводя от меня тяжёлого взгляда. Мои слова всё-таки попали в цель: визитарий понимал, что в этот раз рисковать слишком дорого.

Содержательная часть разговора на этом закончилась, и началась заключительная, единственная задача которой была дать Конраду сохранить лицо. Визитарий угрожал, давил, цеплялся к словам, но уже скорее на удачу, чем с конкретным планом. За два часа такой беседы я даже пообвыкся с обстановкой и немного расслабился.

Разговор наконец-то выдохся. Конрад ещё пару минут буравил меня взглядом, словно надеялся выдавить из меня хоть что-то полезное, потом резко поднялся.

— Всё, Эллади. На сегодня достаточно, — бросил визитарий, уже не скрывая, что спектакль окончен. Голос его звучал устало и раздражённо — не так он представлял себе нашу беседу. Так что я был свободен. Как минимум до окончания контракта с Арно.

Я тоже встал, чувствуя, как затекли ноги от двух часов неподвижного сидения на этой проклятой табуретке.

Мы молча поднялись по той же крутой лестнице обратно в верхний зал часовни. Воздух здесь показался свежим после сырости подвала. Визитарий остановился, ещё раз посмотрел на меня и коротко кинул:

— Свободен.

Я вышел на улицу, и дверь за мной закрылась с тяжёлым, гулким стуком. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая крыши города в тёплые тона. Я вдохнул полной грудью и только сейчас почувствовал, как сильно напряжены плечи.

Как бы не хотелось вернуться к парням и Селене, домой я не пошёл. Конрад слишком долго и старательно давил на меня в подвале, чтобы вот так просто отпустить. Я был уверен, что визитарий приставит ко мне слежку. И вести церковников прямо к дому ночной гильдии в мои планы не входило.

Я свернул в первую же боковую улочку, которая вела к рынку, и зашагал неспешно, словно решил прогуляться перед ужином. Я шёл, иногда оглядываясь и внимательно слушая шаги за спиной.

Первый «хвост» я заметил почти сразу: молодой парень в сером плаще, слишком чистом для простого горожанина, старательно держался на расстоянии десяти шагов. Он даже не пытался особо прятаться. Я вспомнил, как Лис вёл меня через город, и быстро выстроил в голове маршрут. Свернул за угол у старой конюшни и нырнул в узкий проход между домами, где обычно сбрасывали мусор. Пару секунд — и я уже сидел на корточках за кучей пустых бочек, прижавшись спиной к холодной стене. Парень, тяжело дыша, пробежал мимо и исчез за поворотом. Это оказалось настолько легко, что вызвало приступ здоровой паранойи: визитарий не настолько туп, чтобы отправить следить за мной дилетанта. Или на то и расчёт? Что я обнаружу один «хвост», скину его и посчитаю себя самым умным, а на самом деле за мной будет идти ещё один человек? На всякий случай я решил немного покружить по городу.

Подождал ещё минуту, пока сердце не успокоилось, и вышел обратно на улицу. Теперь двигался медленнее, заходя то в одну лавку, то в другую, якобы разглядывая товар.

Второй «хвост» я засёк совершенно случайно. Уже почти у южных ворот я остановился у лавки стекольщика. Хозяин выносил на улицу несколько мутных стёкол. Я сделал вид, что рассматриваю одно из них, и в этом кривом, покрытом пылью стекле вдруг мелькнуло отражение человека. Средних лет, в неприметном коричневом камзоле, с капюшоном, надвинутым чуть ниже обычного. Он стоял у противоположной стены, делая вид, что чистит сапог, но его взгляд был прикован ко мне.

Навык «Наблюдательность (F) (⅗)» мягко толкнул в затылок, заставив обратить внимание на мужчину. Я присмотрелся и вспомнил, что эта фигура уже мелькала несколько раз на других улицах. Сердце ускорило темп. Новый «хвост» был гораздо профессиональнее.

Сбросить его оказалось сложнее. Людей на улицах становилось всё меньше, да и город преследователь явно знал лучше меня. Я кружил по Конфлюану почти час, петляя переулками, прячась в тени, ныряя в таверны через чёрный ход и выходя через парадный. Дважды мне казалось, что мужчина в камзоле меня потерял, но каждый раз «Наблюдательность (F) (⅗)» упорно указывала на мою ошибку.

На небе взошло Око Владыки и залило всё лунным светом. Я спрятался в узкий, тёмный проход между двумя складами, где почти невозможно разглядеть человека. Прижался к стене, затаил дыхание и стал ждать, что преследователь пройдёт мимо. Но он остановился и прислушался.

Пальцы сжались на рукояти кинжала: я был готов решить проблему кардинальным образом. И плевать на трупы в городе, заплачу Жану по двойному тарифу за «уборку».

Преследователь немного поколебался и сделал шаг в мою сторону. Я плавно вынул кинжал из ножен. Оружие вышло с лёгким, тихим шелестом. Но мужчина всё равно услышал звук и на мгновение замер, а потом отступил назад. По его реакции я понял: передо мной не убийца, а именно наблюдатель. Его задача — проследить за мной, а не лезть на нож. Значит, нужно надавить сильнее. Я сделал шаг навстречу преследователю, перехватывая кинжал так, чтобы он блеснул в лунном свете. Мужчина резко развернулся и быстро устремился прочь.

Минут десять я стоял в тени и смотрел по сторонам. Ничего. Только далёкий лай собак. Я спрятал кинжал и вышел на более широкую улицу. Ещё немного побродив по городу, просто на всякий случай, я повернул к дому ночной гильдии.

Дверь открылась с привычным скрипом. Внутри горел свет, и пахло ужином. Я постоял ещё пару секунд на пороге, прислушиваясь к улице за спиной. И только убедившись, что там никого нет, шагнул через порог и прикрыл за собой дверь.

На первом этаже, у камина сидел весь мой отряд в полном сборе. На столе стояла тарелка с моим остывшим ужином. Я сел на скамью и, активно работая ложкой, быстро пересказал свои сегодняшние приключения.

Когда я закончил, в комнате повисла тишина, нарушаемая только треском дров в камине. Бойцы переглянулись — в их глазах читался один и тот же немой вопрос, который произнёс Бывалый:

— Что делать будем?

Я не торопился с ответом, смотрел в огонь и прикидывая варианты. Наконец в голове сложился чёткий план.

— После охоты на Пятирога лучше Конфлюан на время покинуть, — ответил я спокойно. — Пока всё не утихнет и визитарий не вернётся обратно к епископу. А чтобы не бесцельно по лесам ходить, предлагаю к искажённым с товаром отправиться.

Лис довольно улыбнулся — лес он любил. Бывалый отреагировал спокойно, а Селена немного поморщилась:

— Опять в походные условия, — недовольно проворчала девушка. — Но лучше уже так, чем к церковникам «в гости».

Я улыбнулся про себя: как людям мало нужно для счастья. Интересно, как бы отреагировала Селена, узнай, какой уровень комфорта доступен обычному человеку на Земле? Даже воду для бадьи, которую Селена так высоко оценила, греть не нужно: достаточно открыть кран!

— Тогда я завтра отправлю письмо искаженным, пусть скажут, что им необходимо и по какой цене готовы брать. Гюго говорил, что у них есть контакт в Сен-Бернаре, некая Амели Ангваль, — резюмировал я.

Мы ещё немного посидели и уже собирались идти спать, когда дверь отворилась и на пороге появился Жан. Судя по его виду, пришел он не спокойной ночи пожелать и не узнать, как у меня дела. Ночные визиты Жана становилось нехорошей традицией.