Я снова не бог. Книга XXXVIII (СИ) - Дрейк Сириус

— Ты ошибаешься в подсчетах и в том, что мои друзья мертвы. Твой здоровяк уничтожил только оболочки, — ухмылка стала шире. — Но я не буду тебя поправлять. Пусть будет сюрприз.

— Обожаю сюрпризы.

— Знаю. Поэтому и готовлю.

— Ой, скажи, может, с вас что-то выпадает после смерти? Ну знаешь… Для коллекции?

— Жди…

Маска начала расплываться. Серый туман вокруг меня истончался, пещера проступала вокруг, как проявляющаяся фотография. Нечто уходил, но напоследок его голос прозвучал совсем близко, почти у самого уха.

— Кузнецов. Не торопись умирать. Мне будет скучно без тебя. Ты единственный на этой планете, с кем хоть немного интересно поговорить.

И пропал.

Пещера вернулась. Алтарь передо мной больше не светился.

— Разговорчивый, — процедил я.

— Миша, уровень адреналина зашкаливает, — Лора стояла рядом и смотрела на меня с обеспокоенным выражением. — Дыши ровнее.

— Я дышу ровно.

— Нет. Ты дышишь как бык перед корридой.

Я сделал несколько глубоких вдохов. Злость отступала медленно.

Несколько божеств. Не одно и не два. Несколько. И Нечто привел их сюда намеренно. Как хозяин, который приглашает гостей на банкет, где главным блюдом является целая планета.

— Ладно, — я посмотрел на алтарь. — С этой штукой пора заканчивать.

Я положил обе руки на черный камень. Через ладони потянулась энергия, и я направил ее вглубь алтаря, ломая структуру. Серые прожилки потеряли свечение, побледнели и превратились в обычные трещины.

Алтарь раскололся надвое. Две половины упали на каменный пол, подняв облачко пыли. Прожилки погасли окончательно. Все. Еще одна рация Нечто замолчала навсегда.

— Канал связи уничтожен, — подтвердила Лора. — Голем полностью отрезан от любого влияния.

— Хорошо. Идем наверх.

Я развернулся и двинулся к выходу.

— Миша, — произнесла она, когда мы поднялись до основного тоннеля.

— Да?

— Он подтвердил все, о чем мы подозревали. Несколько божеств, приглашенных на Землю. Но он также сказал, что ты ошибаешься в подсчетах. А значит, их больше, чем мы думаем.

— Знаю.

— И тебя это не пугает?

— Пугает. Но паника еще никому не помогала выиграть войну.

— Справедливо, — кивнула она. — Тогда я буду паниковать молча и элегантно. Так, чтобы никто не заметил.

Мы вышли на свет. Голем стоял там, где я его оставил. Солнце палило немилосердно, красный песок обжигал даже сквозь подошвы. Булат прятался в тени скалы и выглядел недовольным.

— Ну наконец-то! — фыркнул он. — Я тут чуть не расплавился. Что там было?

— Алтарь Нечто. Поболтали немного о том, о сем…

— С ним можно содержательно беседовать? — Булат недоверчиво повел ухом.

— Нет. Но послушать полезно. Иногда враги рассказывают больше, чем собираются.

Я повернулся к голему.

— Идем со мной. Только в полном размере ты через портал не пройдешь. Лора, варианты?

Она уже думала об этом.

— У земляных элементалей есть ядро, — объяснила она. — Энергетический центр, обычно где-то в груди. Камень размером примерно с кулак. Остальное тело это оболочка, которую элементаль формирует из окружающей породы. Если отделить ядро, он сможет собрать новое тело в любом месте, где есть камень или грунт.

— То есть мне нужно вытащить из него ядро?

— Ему нужно его отдать, — поправила Лора. — Добровольно. Принудительное извлечение убьет его. Это как вырвать сердце.

Я посмотрел на голема.

— Ты слышал?

— Слышал, — кивнул он. Каменная голова качнулась с тяжелым скрипом. — Ты хочешь забрать мое ядро?

— Не забрать, а перевезти, каменная твоя башка. Там, куда мы отправимся, полно камня. Ты соберешь себе новое тело. Возможно, даже лучше прежнего.

Голем молчал. Потом медленно поднял руку и приложил ее к собственной груди. Каменные пальцы вошли в породу, как в воду. Раздался глухой хруст, и он извлек наружу камень. Идеально круглый, размером с грейпфрут, темно-красный с синими прожилками. Ядро пульсировало мягким светом, и от него шло ровное тепло.

Оставшееся тело замерло на секунду, а затем начало осыпаться, как песочный замок, который разбирает невидимая рука. Песчаник отделялся аккуратными кусками и ложился на землю, пока на месте десятиметрового колосса не осталась лишь горка красных камней.

Я принял ядро в ладони. Теплое и тяжелое, оно вибрировало, как маленькое сердце.

— Спасибо, — сказал я.

— Там будут камни? — голос шел из Внутреннего Хранилища.

— Обещаю.

— Лора, пока мы заняты, проведи ему экскурсию и познакомь с остальными, — попросил я. — И выдели ему остров, какой он хочет.

— С камнями? — спросил голем.

— Естественно!

Я убрал ядро в пространственное кольцо и повернулся к Булату.

— Возвращаемся.

Конь кивнул и подставил мне спину. Я забрался на него и бросил последний взгляд на красную пустыню.

Австралия. Не думал, что когда-нибудь побываю здесь. Хотя, по правде говоря, я уже давно перестал удивляться тому, куда заносит меня жизнь.

— На обратном пути заскочим во Францию, — напомнила Лора. — Или сначала в Москву?

— Сначала в Москву. Нужно оставить ядро в поместье и сообщить Василию. А потом Франция.

— Понятно. Тогда в портал. И Миша…

— Что?

— Очень надеюсь, что во Франции нас встретит получше, чем тут.

— Еще бы. Они же не хотят, чтобы Валера навестил их.

Булат нырнул в пещеру, и через минуту мы стояли перед порталом.

Московское поместье Кузнецовых.

Раннее утро.

Портал выбросил нас обратно в подвал.

Я спрыгнул с коня, достал из пространственного кольца ядро голема и осторожно поставил его на каменную полку у стены. Ядро пульсировало ровно, как маленький маяк. Позже разберемся, куда его определить. Может, сад камней. Может, оборонительный периметр. Ковальский, думаю, не откажется от помощника, который может поднимать стены одним усилием воли. К тому же, на Сахалине еще много чего надо построить.

Я проверил портальную арку еще раз и отключил портал в Австралию.

— Лора, свяжись с Василием. Скажи, что мы вернулись и через час уедем. Пусть не паникует.

— Не нужно связываться, — ответила она. — Он уже идет сюда. Причем быстро.

Дверь распахнулась, и в подвале появился Василий Иннокентьевич. Монокль блестел, черные усики подрагивали, а лицо имело то самое выражение управляющего, который у которого неприятные новости и он вынужден их озвучить. Я уже научился различать его мимику: легкое поджатие губ означало мелкую бытовую проблему, нахмуренные брови предвещали серьезную ситуацию, а вот когда он начинал машинально поправлять монокль каждые три секунды, это было по-настоящему плохо.

Он поправил монокль.

— Михаил, — начал он. Голос был ровным, как туго натянутая струна. — Хорошо, что вы вернулись. У нас ситуация.

— Какая?

Василий аккуратно прикрыл за собой дверь.

— Двадцать минут назад мне позвонил Трофим. Он сообщил, что Айседора Дункан сбежала из лазарета.

Я не сразу понял, о чем он.

— Подожди. Из какого лазарета?

— Из Сахалинского центрального лазарета имени Эля.

— Сбежала? — Я нахмурился. — Там же с ней была Люся?

— Деталей я не знаю. Мне известно только то, что она умудрилась сбежать ночью, мимо охраны. Там случился инцидент.

— Какой еще инцидент? — вздохнул я.

Вот только этого мне сейчас не хватало.

— Во время… кхм… ухода с лазарета, она встретила Дениса Ростиславовича.

— И?

— Сейчас Денис лежит в лазарете на ее месте, — немного смутившись произнес Василий и поправил монокль. — Она вырубила его голыми руками. Будучи с тремя сломанными ребрами и трещиной в тазовой кости.

— Это на нее похоже, — заметила Лора. — Эта девчонка не будет действовать необдуманно. Значит у нее были на то причины.

Я потер переносицу. Ася. Конечно. Она же дочь Федора Дункан. Человека, который в одиночку перебил четырнадцать вооруженных бойцов на глазах у кремлевской гвардии, а потом пропал. Яблоко от яблони, как говорится.