Волчий клан (СИ) - Муллагалеев Валерий

«Кто ты?»

Маг вздрогнул и в удивлении открыл рот.

Стоп-кадр: Волколак против Хранителя

По заявкам читающих: арт к главам 14 и 15!

Встречайте Снеговика — Хранителя рода Свиридовых!

Смотрите еще иллюстрации к циклу (в том числе неудавшиеся «кадры» и кринжи): https://author.today/post/853858

Глава 16

Гребаный псих

Я повторил телепатический сигнал.

— Я тебя слышу, волколак, — проговорил маг неверяще и чуть опустил серебряный клинок. — А ты меня понимаешь?

«Да, — ответил я. — Тоже мне достижение».

— Я думал, ты из диких… Но в таком случае кто ты? В уезде есть только один клейменый — барон Рыков.

«Я первый спросил! Невежливо отвечать вопросом на вопрос, человече».

Я оскалил зубы в, как мне казалось, улыбке, но маг попятился и снова выставил перед собой меч.

— Небольсин моя фамилия. Я маг-куратор, надзирающий… надзиравший за волколаком Рыковым. Случилась беда, я еду в Пригорье с донесением. Не задерживай меня, кто бы ты ни был.

«Вот так бы сразу к делу. Я капитан Лютиков. Говори, что стряслось в Красных Родниках, и я тебя пропущу».

— А, так ты особист? — проговорил Небольсин. Он сходу записал меня в служащие Канцелярии, даже не допуская мысли, что я из полка. — Эк тебя занесло в наши края. Слушай же. Рыков не выдержал полнолуние. Я провел все ритуалы, но попытки задавить Ярость только усилили всплеск! Он вырвался и обезумел. Разорвал всю свою семью…

"Ты слинял, значит? — спросил я.

— Но-но! — нахмурился Небольсин. — Я пытался остановить Рыкова, но магия бессильна. А в рукопашную… ты видишь, я ранен? Я чудом уцелел. Он чудовищно силен. Пострашней тебя будет!

Последнее заявление показалось мне оскорбительным. Я достиг четвертой формы, мать вашу! Я астральный волк, неподвластный законам физики!

«Неужели какой-то клейменый заморыш достиг большего? В какой он форме?»

— Ни хера он не достиг, Лютиков. Старик сошел с ума. Ярость, которую он подавлял десятилетиями, выплеснулась разом и превратила его в… в… у этой формы нет названия. Это гротеск, мутация… Черт, как только он покончит с местными, то двинется к Пригорью. Я спешу предупредить город!

«Вот как? А люди в Красных Родниках?»

Небольсин развел руками и криво улыбнулся.

— Увы, их судьба предрешена. — В исходящей от него эманации я не чуял и капли сожаления. Он продолжил: — Там живет община староверов, почитающих волколаков. Какая ирония, да? Это в очередной раз доказывает, что волколаков нужно держать под тотальным контролем…

Дальше я его слушать не стал и рванулся вперед по дороге к Красным Родникам.

Небольсин вскрикнул и отшатнулся, но он меня не интересовал. Честное слово, не будь у него тяжелого ранения, которое хоть как-то оправдывало его бегство, я бы его загрыз. Может быть, так влияла на меня полная луна, а может, и нет.

Точно нет, я загрыз бы его и человеческими зубами!

По моему разумению, капитан корабля тонет со своим кораблем, а маг-куратор, надзирающий за волколаком, пусть сражается с ним насмерть, коли не справился со своей подлой задачей. Иначе это как в анекдоте про пожарных получается: «Платят хорошо, но как пожар — хоть увольняйся!»

Что ж, пусть Небольсин предупредит Пригорье, сделает хоть что-то полезное. Там ему еще Свиридов вставит, он-то свое дело знает.

А я погляжу, что там с Рыковым. Я помнил его искаженный вой, и слова Небольсина только подтвердили мои предположения. К искаженному волколаку у меня была инстинктивная брезгливость и ненависть, как у здорового хищника к больному и заразному.

Я бежал вперед галопом, лапы едва касались земли. Ветер от моего движения приминал траву вдоль обочины.

Лютый удар сотряс ворота амбара. Мужики отпрянули от створок, и снова навалились, поправили треснувший засов величиной с бревно.

Дюжина удерживала ворота, остальные столпились у входа, сжимая в руках оружие, какое смогли найти. Топоры, вилы, косы. Уцелевшие стражники из замка барона Рыкова были вооружены алебардами и мечами, но и это не вселяло надежды. Вверху на сеновале застыли охотники с луками и несколько арбалетчиков.

В глубине амбара собрались женщины и дети. Они уже перестали вопить и причитать, сидели тихо, сжав зубы и неотрывно глядя на содрогающиеся ворота.

— У мага огненная кобыла, — сказал Ратибор, вытерев вспотевшую ладонь о штаны и перехватив древко алебарды. — Скачет как ветер! Вот-вот из Пригорья придет подмога. Надо только продержаться…

— Дурак ты, Ратибор, — оборвал его Митрич, дернув подбородком.

— Я тебе по лбу щас древком дам, — ответил тот.

— Вот об этом я и говорю. Удали в тебе много, а ума-разума еще не нажил. Не успеют они. Это раз. И никого сюда не отправят — это два. Пригорцы сосредоточат силы на обороне города и будут молиться, чтобы волколак не добрался до них за ночь.

— Ну а вдруг подтянутся регулярные войска? — не унимался Ратибор. — Я слыхал, сейчас леса зачищает полк.

— Эт хорошо бы, — сказал мужик рядом.

— Да заткнитесь оба, — сказал Митрич и сплюнул на солому под ногами. — Я служил раньше. Пока полковник отправит роту, уже и снег выпадет. Никто не придет. Забудьте.

Рык за воротами перешел в вой. Все в амбаре инстинктивно втянули голову в плечи и зажмурились.

— Немного надежды не помешает, — сказал кто-то, когда вой стих.

— Помешает, — покачал головой Митрич. — Без нее мы хоть погибнем по-мужски, без оглядки по сторонам.

— А я еще пожить хочу! Мир посмотреть, себя показать, — сказал Ратибор. — Легко тебе говорить, Митрич, с твоими-то сединами.

— Ты так думаешь? — тихо сказал Митрич и глянул за плечо.

За его спиной в амбаре сидели его жена и дочери. Старшая дочь держала на руках первого внука Митрича.

Ратибор осекся и стал пристально рассматривать лезвие алебарды.

Новый удар сотряс ворота. Сквозь расщепленные доски просунулись когти, раздалось нетерпеливое рычание.

Не будь я в форме астрального волка, сточил бы когти до основания — так быстро я бежал. Ядро высвобождало целые потоки Ярости, и тут же наполнялось вновь, благодаря свету полной луны.

Дорогу пересек выгнутый дугой мост через речку. Я перемахнул через него одним прыжком. Деревья кончились, вдоль дороги раскинулись поля. Слева вдалеке показалась высокая мельница.

Потом я увидел холм со старинным замком и деревню у его подножия. В нос ударил запах дыма — несколько домов горели. Ближе к Красным Родникам я почуял запах свежей крови. Человеческой крови.

Я ожидал услышать крики паники и звуки сражения, но деревня была странно тихой.

Огромными скачками я достиг первых домов и тут же почуял омерзительный запах, наполненный эманацией безумства. Шерсть у меня встала дыбом. Ядро оторопело, столкнувшись с тем, чего не должно существовать в природе. Это было извращение самой жизни.

Я побежал навстречу источнику этого запаха, хотя все инстинкты вопили о том, что нужно его избегать, как чумы, как зверя, зараженного бешенством.

Я увидел амбар, а у его ворот был он — барон Рыков.

Назвать это существо волколаком язык не поворачивался. Это была химера. В косматой туше размером со слона сложно было различить, где перед, а где зад. В хаотическом порядке из тела торчали зубастые морды. Лишь одна из них, центральная, обладала глазами, что полыхали красными отсветами Ярости, остальные же головы состояли только из челюстей с ощеренными клыками.

Сейчас чудовище погрузило передние лапы в разбитые ворота и нетерпеливо зарычало. Из амбара слышались крики.

Зарычал и я, подходя ближе. Рыков встрепенулся, слепые морды заклацали зубами, с них полетела желтая пена.