Я один вижу подсказки 19 (СИ) - "Son"

— Готово.

— Так быстро?

— Да.

Теперь я по-настоящему поверил: при должных ресурсах эта пещера способна стать крепостью. А со временем и целым городом.

Я обернулся снова к своим и сказал:

— Вопрос решён. Давайте заходить.

Глава 14

Предатель

Топ. Топ.

Звук наших шагов снова разлетелся эхом по каменному коридору. «Инспекция» спускалась на самый нижний этаж.

Здесь запаха уже не было. Вдоль стен горели светильники, бледно-белое пламя с фиолетовыми всполохами.

Камень был вычищен до блеска, будто ремонт закончили минуту назад: ни пыли, ни грязи, ни намёка на то, что тут было.

Но мы-то знали правду. Потому данная чистота не успокаивала, а, наоборот, вызывала омерзение.

Впрочем, больше всего интересовал другой вопрос:

— А где, собственно, все?

Раньше на каждом этаже нас встречали люди. Здесь же никого не было. Пустой коридор уходил прямо, а по обе его стороны тянулись ряды запертых деревянных дверей.

— Может, внутри?

— Скорее всего.

Мы подошли к ближайшей двери справа. Я взглянул на деревянную ручку и кивнул Рейму:

— Открой.

Он замешкался, крепче перехватив лук. Стрела уже лежала на тетиве, готовая сорваться в любую секунду.

— Не могу. Руки заняты.

За дверью, по его расчётам, мог поджидать «монстр». Потому он предпочитал держать оружие наготове, а открыть дверь предоставить мне.

Бран раздражённо цыкнул:

— Хватит играться. Когда вы уже вырастете? Ладно, мой сын, его в детстве роняли. Но ты, Рейм? Мы с тобой ровесники, а в душе ты такой же ребёнок. Ярв, ты взрослый — открывай.

Ярв промолчал. Подстава была слишком очевидной, тот явно не горел желанием прикасаться к «чистым» ручкам этого места. Все перекидывали дело друг на друга.

Рокт вздохнул, понимая, что с нами каши не сваришь. Он молча шагнул вперёд, взялся за ручку, до конца провернул её и толкнул дверь.

Скрип.

Комната открылась перед нами. Зрелище было страшным: у стены, скованные чёрными цепями по рукам и ногам, сидели с десяток высохших тел.

Веселье, что ещё секунду назад было между нами, исчезло без следа. Я смотрел на застывшие в агонии лица и чувствовал, как внутри всё сжимается.

Что нужно было совершить племени, чтобы заслужить такую смерть? Ответа не было ни у меня, ни у остальных. Я подошёл ближе и щёлкнул пальцами.

ЩЁЛК.

Кандалы, послушные моей воле, разомкнулись сами собой, и тела мягко осыпались на пол. Ключа у меня не было — эти цепи были частью самой пещеры, и хватало одного слова Духа Врат.

Рейм поменял своё мнение о Шерке, теперь в нём разгоралось откровенное желание притащить вождя сюда силой, приковать его жирное тело к стене и дать прочувствовать всё на собственной шкуре.

Сколько преступлений он совершил против своих же людей, сложно было даже представить. Но время ещё не пришло: Шерк был наверху, связанный, как и остальные, кто посмел сопротивляться.

Того, что искал, в этой комнате не нашлось. Мёртвые ничего не расскажут. Я тихо прикрыл дверь и двинулся дальше.

В комнате напротив нас ждала ещё одна группа скованных пленников. Среди них, в самом центре, оказалась живая женщина.

КХ-КХ.

Она закашлялась при виде нас, ткнула пальцем в сторону рта и замычала:

— ААА-АААА! — было понятно без слов, что просит воды.

Свята вышла вперёд. У неё имелась фляга с водой и с зельем, которое могло бы удержать те крохи жизни, что ещё теплились в этом измождённом теле.

— Пей осторожно, — предупредила она.

Женщина пила жадно, взахлёб, не слушая ничьих слов. Через пару минут она попыталась прийти в себя, но силы оставили её.

Освободившись от цепей, она просто уснула. Перед тем как провалиться в сон, она успела прошептать:

— Найдите Тейнера… он расскажет вам всё о предательстве Шерка.

Её слова прозвучали прямее некуда. Будить её я не стал, вместо этого решил сразу отыскать Тейнера. Он наверняка был в одной из соседних комнат.

Скрип!

За следующей дверью оказался человек, если судить по голове, «старик». Длинные, спутанные во все стороны волосы, такая же неухоженная борода, словно он не стригся годами. Впрочем, так оно, судя по всему, и было.

Тело говорило совсем другое. Полуобнажённый торс: рельефный пресс, широкие плечи, тяжёлый бицепс, будто минуту назад он вышел из тренировочного зала, а не просидел здесь взаперти невесть сколько лет.

Самым странным был цвет его кожи, будто смешавшийся из чёрного, серого и синего. Словно пьяный татуировщик прошёлся по всему телу, не оставив живого места.

Я подошёл ближе и присел рядом.

— Ты Тейнер?

Он открыл глаза. Голос оказался неожиданно чистым и спокойным:

— Нет. Меня зовут Зима.

Люди Огня редко называют детей в честь холода: считалось, что это дурной знак.

— Интересное у тебя имя. Что ты здесь делаешь?

— Меня посадил сюда вождь.

— Зачем?

— Боится меня. Я слишком «опасный».

Зима рассказал свою историю. Он родился в Младшем Роду и прошёл ритуал Пробуждения. Только его ритуал оказался особенным. Тотем счёл юношу достойным редчайшего наследия: Массива Запечатывания Неба.

Массив этот создавался поколениями. Сотни предков племени Древлян культивировали технику Запрет Огня, а затем один за другим обращались в прах в пламени тотема.

Их понимание барьеров спрессовалось в единственный, неповторимый массив, который достался Зиме.

В шестнадцать он верил, что жизнь изменится: он будет служить племени, защищать его. С такой силой достаточно было одной мысли, чтобы запечатать всё в радиусе нескольких километров.

Но использовать массив ему позволили лишь однажды. Этого хватило, чтобы Шерк испугался. Зима был всего на первом уровне. Страшно было представить, что случится, если он дорастёт до второго.

Его жизнь действительно изменилась только в худшую сторону. Вождь запер его здесь, на нижнем этаже.

Шестой год на цепи, с редкими порциями воды и еды, ровно столько, чтобы не дать умереть. Козырная карта на случай войны: если придёт враг, массив Зимы понадобится.

Чем дольше я слушал, тем сильнее поражался. Парень прошёл через одиночество, предательство и голод, а он тут сидел и спокойно рассуждал о мотивах Шерка, без злобы, почти отстранённо.

— Почему ты не сбежал? Разве ты не можешь разорвать цепи?

Зима усмехнулся:

— Бежать некуда.

— В другое племя?

— Кто в здравом уме примет к себе чужака такой силы? Да и Шерк не отстанет, он всегда говорил, что Массив Запечатывания Неба не моя личная сила, а достояние всего племени. Что его можно использовать только ради защиты племени.

Честно говоря, я не ожидал встретить у Древлян личность подобного масштаба. Против Морозных Людей его сила пришлась бы как нельзя кстати.

— Идём со мной. Твой массив не для того, чтобы гнить здесь.

Зима прищурился:

— А кто ты такой?

— Глава союза двух племён: Кривичей и Ляхов.

Я коротко рассказал о себе, снял с него кандалы, протянул воду и еду. Мы просто говорили, как два человека, пытающихся узнать друг друга.

Я не давил, не требовал немедленного согласия, не обещал сделать его сильнее в обмен на покорность. Мне искренне было интересно его слушать.

В этот момент в комнату вошла Свята:

— Мы нашли Тейнера.

— Живой?

— Да. Идём скорее. Тебе нужно это услышать.

Я хотел оставить Зиму отдыхать, чтобы он не забивал свою голову чужими проблемами. Тем более его телу требовался отдых.

— Ты хочешь идти со мной?

— Я шесть лет тут просидел. Хочу увидеть других людей.

Отдых ему не требовался: Массив Запечатывания Неба держал тело в пиковом состоянии.

— Тогда пойдём.

Мы вышли из камеры, пошли почти в самый конец коридора. Большинство дверей уже стояли открытыми.

Людям оказывали помощь: освобождали от цепей, кормили, расспрашивали. Из разговоров постепенно сложилась картина того, почему тут держали почти полсотни человек.