(не) Вдова и три ее мужа (СИ) - Добринская Ева

Как я и ожидала, на звон сонетки пришли не слуги, а явился сам князь. Он подошел к своей «невесте», ловко вынул из ее руки кинжал, а когда она открыла рот, чтобы высказать свое негодование, ткнул ей пальцем в лоб. Барышня тут же стала смирной и покорной.

— Радость моя, можешь убрать щит, — так же, как я помнила, обратился ко мне Арсений.

— Не могу, — я чувствовала, что теряю силы, наваливается слабость, но, как и прежде, понятия не имела, как этот щит убрать. В технике, которой меня обучали, щит строился и выглядел иначе.

— Посиди минутку, я сейчас.

Он отвел «невесту» к выходу из гостиной. Я сидела и слушала его распоряжения. Он подозвал стражей, пришедших вместе с ним, и велел отвести барышню в гостевые покои, в другие покои отвести тетку и выставить охрану, запретив дамам общаться. Служанкам велел упаковать все вещи гостий.

Потом Арсений плотно прикрыл дверь в гостиную и вернулся ко мне.

— Сашенька, ты можешь встать и подойти ко мне? — он говорил со мной так, будто боялся напугать.

Мне было нехорошо, но встать и направиться к Арсению я смогла.

— Иди ко мне.

Я знала, что щит пропустит Арсения, и подошла к нему вплотную. Он обнял меня, склонился, легко поцеловал в губы, а потом развернул, прижал к своей груди спиной, положив руку над моим солнечным сплетением.

— Любовь моя, ты видишь щит?

Я кивнула.

— Ты видишь нити, идущие к узлам. Убери их.

— Как?

Он хмыкнул.

— Я не знаю. Как ты его ставила, поэтому захоти. Помоги себе руками, забери нити.

Я по старой памяти коснулась рукой одной из нитей, той, что шла в центр щита, попыталась ее ухватить и потянуть на себя. Нить я схватить не смогла, но желания оказалось достаточно, чтобы она беззвучно лопнула, и остальные втянулись в средоточие, а весь щит мигнул и рассыпался мелкими искрами. Меня тряхнуло и толкнуло отдачей. Довольно сильно, но не больно. Арсений меня держал: иначе я бы упала.

— Солнышко, как же тебя научить? Что с тобой делать? Ты совсем не чувствуешь магию, — расстроенно констатировал Арсений.

«Не просто не чувствую, я все никак не могу поверить в ее существование во мне, несмотря ни на что. И долгие годы жизни с ней мне не в помощь». В который раз призналась себе, что в освоении магии проявила себя неумелой тупицей.

Так закончилась неожиданная эскапада грузинских родственников Арсения. Дворец князя они покинули после опроса Арсения через пару часов, несмотря на упреки тетушки и слезы несостоявшейся невесты. О результатах опроса, который, скорее всего, выявил инициатора этого демарша, я спрашивать мужа не стала. Арсений тоже не стал это обсуждать, вероятно, ему было неприятно об этом говорить. Только сказал, что Нанико будет сурово наказана.

Надеюсь, больше никаких неприятностей со стороны его родственников не предвидится.

Ближе к вечеру вернулись совершенно довольные собой и друг другом Митя и Константин. Глядя на них, я подумала: «Мальчики поиграли в войнушку успешно».

Да, связи Потемкина и списки противников и пособников заговора, изъятые Китом, видимо, в комплексе дали обнадеживающий результат. Я расспрашивать не стала, мне было достаточно того, что это устраивает мужчин: сами похвастаются, если есть чем. Лавры полководца меня не прельщали, в прочем, это и невозможно, я в военных делах абсолютно ничего не смыслю, как, в прочем, и в местных дворцовых интригах.

Двести пятьдесят лет все интриги разбивались о мою прямоту и упертость в своих принципах. Моим защитником был Кит. И мать-Императрица всегда принимала мою сторону. Теперь у меня защитников втрое больше. Надеюсь, и здесь Её Величество не оставит меня своим расположением.

Глава 20. Муж и жена. Нежные удовольствия

Глава 20. Муж и жена. Нежные удовольствия

Я не позволяла Киту приблизиться к себе. Я не вредничала: меня вело некое внутреннее чувство, не дававшее вступить в близкие отношения с ним. И я даже знала, что именно мне мешает, но не знала, как с этим можно сладить.

Все дело было в том, что несмотря на дистанцию, которую я держала между нами, Кит вел себя так, будто имел на меня эксклюзивные права, а моих любимых мужчин считал досадным недоразумением. Ага, старперами, которые по глупому стечению обстоятельств оказались моими мужьями.

— Детка, как ты смотришь на то, чтобы построить нам виллу в Земле Ста племен недалеко от приисков? Рудники мы передадим короне, но можем договориться с вождями и оставить за собой кусочек побережья. Или отдать прииски в Земле унанган, а Калифорнию оставить себе вместе с приисками.

Митя после бурного соития баюкал меня в своих объятиях. Я была полностью умиротворена и чувствовала его умиротворение.

— Митенька, а зачем нам это?

Митя выбрался из кровати, надел шелковый халат, больше похожий на просторное кимоно, завернул меня в покрывало, подхватил на руки и отправился вон из спальни. Я настолько удивилась, что не сразу поинтересовалась, куда это мы. Вопрос отпал почти сразу, потому что ушел Митя недалеко: ровным счетом через пару минут, внес меня в спальню Арсения.

— Сеня, детка не понимает, почему нам нужно срочно искать пути отхода, — усмехнулся Митя, увидев вопрос в глазах князя.

Багратион кивнул, я видела, что он понял Потемкина, а вот я не поняла ничего.

— Мальчики, вы о чем?

— Видишь ли, радость моя, — заговорил Арсений. — Константин очень близок к срыву. Мы с Митей не хотим и не будем тебя подталкивать к нему. И, раз уж ты не хочешь его, нам нужно, насколько возможно, увеличить расстояние между нами и Его Высочеством. Перебраться на другую сторону планеты будет в самый раз. Это необходимо для того, чтобы уберечь его от фатальных для всех нас поступков.

Я задумалась, лежа между двумя мужьями: Митя уложил меня в постель рядом с Арсением и улегся сам.

— Вредить он нам не будет, наши владения в безопасности, чего нельзя сказать о наших жизнях. Если он сорвется, последствия грядут непредсказуемые, но, определенно, неоптимистичные.

Хотя было совсем не смешно, меня вдруг пробило на хихи:

— То есть вы надеетесь, что мы успеем добежать до канадской границы*?

— Почему до канадской границы?

— Какой такой канадской границы?

Одновременно спросили мои мужья. Продолжая хихикать, я пояснила:

— Это из литературного наследия моего родного мира, о скорости поиска путей отхода. Вы думаете, нас не попытаются задержать, не будут искать, не придут следом. Вы собираетесь воевать с короной? Из-за меня?

(* ставшая крылатой фраза из юмористического рассказа-новеллы американского писателя О. Генри — «Вождь краснокожих».)

Мужчины оба набычились.

— Мальчики, я, конечно, польщена, но думаю, такую войну мы не потянем.

Я задумалась. Кит! Разве в нем что-то радикально изменилось? Он и в родном мире был нахальным, эпатажным, местами авторитарным. В предыдущем мире он в своей манере был наглым и настойчивым. Конечно, меня это раздражало. Но после тяжелого бремени смертей моих любимых мужей, он был спасением, глотком свежего воздуха и, как только я сдалась на его милость, утешением и поддержкой. Он никогда ничего плохого мне не делал, наоборот…

Кит раздражал меня и в родном мире, но я была с изломанными душой и телом и наращенной толстенной броней, потому неровности характера Кита меня не задевали. Я всегда знала, что в любой момент могу уйти и не оглянуться, мне оставлять было нечего: тогда я не позволяла себе любить.

В этом мире до сих пор, да и в предыдущем тоже, я плыла по течению, купалась в обожании и бережном отношении ко мне моих мужчин. Они были моей радостью и счастьем и вместе, и отдельно. А Кит… Кит был раздражающим фактором, потому что наросшей в родном мире брони уже не было. Значит, как и в предыдущий раз нужно сдаться на его милость, и он станет поддержкой и опорой, а гонор его мы втроем сумеем обломать.

— Мальчики, я не рассказала вам, каким был Кит в предыдущем мире. Так вот. Он обожал ваших наследников, он играл с малышами, воспитывал подростков и выводил в жизнь молодых мужчин. Он был им хорошим отцом и замечательным другом. Он был после вашей смерти для меня утешением и опорой. Он всегда раздражал меня, но вы научили меня любить, и я его любила. И, какой бы занозой он ни был, Кит достоин любви. Сценарий с побегом не годится. Я не могу ТАК поступить с ним. Главным образом, меня сейчас в нем раздражает его отношение к вам. Мне все время хочется прибить эту наглую морду…