Небесный всадник 7 (СИ) - Кири Кирико

— Класс… вот это настоящие всадницы, — кивнула Ози. — Не то что ваши курицы. Если надо, яйца отрывают без лишних разговоров и уговоров. Раз и всё.

— Ага, высокомерные, туповатые и агрессивные.

— Ты бы не так громко завидовал, Самсик, — хмыкнула она и отпила из бокала. — А ты кого-нибудь из них в постель затащил?

— А тебе это обязательная информация?

— Ну интересно же! — подалась Ози вперёд. — Я слышала, что у них поперёк идёт, а не вдоль.

— Да так же вдоль…

— Ага, видел значит!

— Конечно видел, — я вернулся к еде, которая потихоньку остывала. — Как будто ты не видела мужиков и не знаешь, что там и как делается.

— Так речь же не об этом. Ну так что, пробовал?

— Отвали, Ози. Ты будешь слушать дальше или нет?

Она надула губы и уселась обратно, откинувшись на спинку стула.

На месте с падающим замком Ози уважительно закивала головой. Я вообще заметил, что конкретно это место всем нравилось больше всего. Хотя потом и рассказывать особо было нечего. Нет, про деревню я упомянул, но её ни капли не впечатлила смерть жителей. Как будто мы обсуждали, как я в муравейник наступил.

— А тот артефакт, — спросила она, когда я наконец закончил. — Он у тебя сейчас с собой?

— Да.

— А можно попробовать?

— Потом, лады? Не сейчас.

— А чего не сейчас? Я сейчас хочу!

— У меня на лице достаточно красноречиво написано, как мне плевать на всё, что ты хочешь, Ози? — улыбнулся я.

— Не-а, не почерк слишком неразборчивый, — хмыкнула она. — Сразу видно чернь, которая грамоте не обучена.

— Ты про себя что ли? Ты же не аристократка сама.

— Но я гордая дитя агадарского народа, сильнейшая из сильнейших, умнейшая из умнейших. Я не ваши бабы, которые ноги раздвигают перед мужиками по щелчку пальцев, потому что не знают, что такое гордость. Я независимая, сильная и свободная.

— И сейчас ты здесь.

— Да, — вздохнула она, повесив уши. — Как ты говорил, Самсик? Жизнь ­— боль?

— Да.

— Жизнь — боль.

— Ну если тебе больно находиться со мной…

— Да лучше уж с тобой, чем там в у нас. Хоть какое-то разнообразие. А то мне только и говорят, что вот, будь спокойнее, будь терпимее, будь, будь, будь, будь, будь…

— Будь собой.

— Вот не надо мне се… а… ну да, быть собой, — кивнула Ози. — Этого хочу. Ну да ладно, Самсик, а ты как? Тебя ещё замуж не отправили?

— Нет.

— А служанок тискаешь? Я тут видела одну, ну ту, которую ты забрал в уплату долга, она мне мыться помогала. У не такая задница большая, я аж сама засмотрелась! Так и хотелось потрогать! Не пробовал?

Похищенная с большим задом? Ну… да, бампер у неё там был прямо внушительный, аж засматриваешься, когда по остальным параметрам обычная девушка.

— Тебе настолько интересно знать, кого я тискаю и с кем сплю?

— А ты с кем-то из них ещё и трахался? — у неё аж глаза заблестели от любопытства.

— А тебя не должно смущать, что я с кем-то обжимаюсь, хотя нас уже посватали?

— Да мне вообще плевать. Ты же не мой муж, верно? Вот был бы в браке, тогда да, а так мне плевать. И тебе плевать должно быть, с кем я там и когда.

— А с кем ты и когда, раз тему подняла? На ком скакала?

— А меня не отпускали никуда, — воздохнула Ози. — Сказали, сиди и работай, ещё натрахаешься ещё потом.

— И что, вообще ни с кем никогда?

— Ну я же всадница типа… До этого я готовилась, да и мало ли что перед вступлением, всякое бывает. Меня жёстко контролировали. А потом мне мол все говорят, что молодая, куда лезешь, ещё испортишь всё своими похождениями, хотя сами так и прыгают по всем. А я тоже хочу! А нет, нихрена, мы все равны, но ты ещё молода и глупа, можешь залететь, когда сами… — она махнула ладонью. — Короче, не будем о грустном. Как вспоминаю, так сразу зло берёт. Вот же стервы!

— Рад, что ты это признала.

— И твои тоже стервы. А иначе нас бы уже сожрали. А глядя на вашего нового дуболома, даже не удивлена, что мы такие. Попробуй с подобной особью посоревноваться.

Что ж Вольфган всем так не зашёл. Нет, мне он тоже не зашёл, но я и не его целевая аудитория, будем честны. А вот агадарки, наши, да даже Мелисса — в теории он должен быть прямо в точку по их вкусу, но что-то как-то не сложилось…

— Ну что ж… — она отодвинулась от стола. — Ты будешь показывать мне свои владения или что? Я не собираюсь тут сидеть и ждать хорошей погоды.

— Так погода и так хорошая, — заметил я, хотя через тёмные стёкла это было невидно.

— Слушай, помалкивай, а? — огрызнулась Ози и встала из-за стола. — Давай, показывай, что да как тут у тебя…

— Вот же ты достанешь… — пробормотал я, вставая следом.

Всё равно уже доели, и действительно, чего здесь сидеть.

Начал я с самых верхних этажей, чтобы не нарезать круги, и так от чердаков до самого подвала. Сначала Ози остановилась у меня в комнате и первым делом прыгнула задницей на кровать, после чего кивнула, типа пойдёт. Что пойдёт, если я ей в отдельную комнату буду заселять, мне было категорически не ясно. Потом она задержалась в подвале.

— Как-то скучновато здесь у тебя… — с брезгливостью и скукой двумя пальцами она взяла клещи. — Инструментов почти нет, да и выглядит негостеприимно.

— А что по твоему скромному мнению гостеприимно?

— Ну где, например, «цветочек»?

— Какой «цветочек»?

— Такой вот… — она нарисовала в воздухе форму груши. — Ты его крутишь, а его лепестки раскрываются и рвут всё. Его обычно в задницу засовывают. Только у него зонтик нужен специальный, а то может дерьмом обдать.

У меня от такого описания у самого очко сжалось. Я вроде даже слышал о таком агрегате в своём мире, но как-то не интересовался. Пытки были не в сфере моих хобби.

По двору она тоже прогулялась, но ничего не сказала, лишь нос морщила. А потом попросилась уже проехаться на территории.

— Ну это можно, конечно, а ты укрываться будешь?

— В смысле? — посмотрела она на меня недовольно.

— Ну свой плащ надевать будешь?

— Это ещё зачем? Ты что, меня стесняешься, я тут не поняла? — сразу повысила она голос.

— Ты же сама приехала в нём, чтобы тебя никто не видел, — раздражённо напомнил я.

— Я сюда так ехала, чтобы лишних взглядов не привлекать. А здесь, я так полагаю, если ничего не изменится, мой будущий дом, и пусть все знают, кто тут будет хозяйкой на районе!

— Да кто тебя в жёны возьмёт-то?

— Ты!

— Ага, хрен тебе! Мне и свободным норм быть!

— Да будто тебя будут спрашивать! За кого скажут, за того и женишься!

— Ну это мы поглядим ещё…

Хотел я ей дать ослика за плохо поведение, но решил не позорить ту, кто действительно рисковала оказаться моей женой. Свят-свят, конечно, от такого, но чем чёрт не шутит, да и гостья, в конце концов. Поэтому мы оседлали одну-единственную лошадь и поехали по владениям. Я в седле, она за мной, ноги свесив.

И сказать, что на нас таращились — это не сказать ничего.

Люди с меня и тем более Ози глаз не сводили. И если взрослые ещё пытались не пялиться, украдкой косясь, то вот дети таращились на неё во все глаза. Таращились так, что казалась, сейчас у них глаза вывалятся. И тут я их понимал: пусть все и знали про соседей, в глаза их никто не видел. И вот так в своём захолустье увидеть молодую красивую агадарку, это была прямо-таки новость, о которой судачить будут ещё очень долго.

Ну и тем более она была, пусть и другой расы, но молодая и красивая, отчего в мужских взглядах прослеживалось от силы две эмоции. А Ози, казалось, только этого и ждала, вся выпрямившись, выпятив грудь и проезжая мимо с гордо поднятой головой.

За оставшийся день я успел показать ей почти все достопримечательности: от своих деревень и полуразрушенного моста, который почему-то каждый раз почти смывало, до места сражения двух драконов и озёр, где сидел Бегемот.

— Ты меня прокатишь?

— На нём? Сейчас? — удивился я.

— Ну да, а чего ждать-то?

— У него, если помнишь, чешу гладка. А после воды так и вовсе нефиг-нафиг соскользнуть без седла. Так что не, давай в следующий раз.