Мастер Трав XI (СИ) - Мордорский Ваня

— На, понюхай. Что чувствуешь? У некоторых талантливых травников, говорят, очень хороший нюх. Вот и проверим твой. А заодно и узнаем, какие ты травы знаешь.

Я с облегчением вздохнул. Что ж, похоже Хабен сегодня в нужном настроении для таких разговоров.

Глава 11

Я осторожно взял бутылочку, поднес горлышко к носу и сделал короткий вдох, но одновременно с этим использовал Анализ.

[Большое зелье бодрости.

Качество: Хорошее (68%)

Свойства: Временное снятие физической усталости, блокировка утомления в мышцах, стимуляция потоков живы. Увеличение выносливости.

Длительность: около 24 часов.

Состав: Эссенция кислотника, кора каменного древа, золотая мята, пыльца ясноглаза, кристалл живы.]

Я моргнул, запоминая состав, но Хабену, разумеется, ничего не сказал. Мне не хотелось показывать, что я знаю состав. Это было ни к чему. Хабен меня хотел чему-то научить, и если травники действительно могут определять состав по запаху, мне это нужно уметь тоже. Даже несмотря на то, что у меня есть Анализ. Я не мог вечно полагаться только на него, он ведь во-первых истощает, а во-вторых я могу как вчера оказаться без инструмента определения. И думаю у того же Хабена есть методы определять качество отваров. Ну а вдобавок — это просто интересно.

Я закрыл глаза, сделал еще один, более глубокий вдох, отсекая лишние мысли. Несмотря на то, что состав я уже знал, я попытался выделить какой-то конкретный запах и определить его. Найти соответствие в своей памяти. Вот только…почувствовал я только мяту.

— Чувствую… немного мяты, — произнес я, открывая глаза.

Хабен одобрительно кивнул.

— Да, мята. Уже хорошо. Но есть какие-то отличия? Запах серебряной тебе знаком, ты с ней работал. А тут? Какой вид мяты использован тут?

Я мог бы легко сказать, что «золотой», но…зачем? Я хотел чему-то научиться у Хабена, а не показывать свои возможности. Так что я просто снова принюхался, на этот раз фокусируясь именно на мятной ноте, пытаясь вычленить ее из общего букета. Я пытался понять, что именно отличает запах этой мяты от уже знакомой мне серебряной.

— Не знаю. Не встречал такой мяты. Она как будто… более насыщенная. Густая. Серебряная как будто холодит…а эта нет. Не знаю.

— Верно, серебряная холодит, это ты правильно уловил, а эта — нет. Эта будто медом пахнет чуть-чуть. — уголки губ Хабена дрогнули в улыбке. — Золотая мята. Редкая штука. Дико тяжело выращивать, капризная, и редко где растет.

— В Кромке растет? — тут же спросил я. Не мог не спросить — такая мята мне нужна.

Хабен рассмеялся.

— Ишь какой шустрый! Так я тебе и сказал, где она растет. — Он чуть посерьезнел. — Да и если б она росла в Кромке на каждом шагу, какая в ней была бы ценность?

— Ну, — я почесал затылок, — ведь и в Кромке встречаются редкие растения, разве нет?

— Ну… — протянул Хабен, — Есть такие места. Но их мало и они так близко к Глубинам, что и Кромкой их уже и не назвать. Там опасно. Это не говоря уже о расширении Кромки, которое все карты спутало.

Кому и какие карты оно спутало — он не объяснил. А я не спрашивал. Тут либо он говорил в целом о добыче ингредиентов, либо о своих делах.

— Но я вообще не к тому веду. — продолжил он, — Первым делом, Элиас, ты должен через запах понять, какое именно это базовое растение. Ты уловил мятный оттенок — значит, тут есть мята. Любая мята, пусть и с различиями, пахнет одинаково в своей основе. Твоя задача потом выявить, какая в зелье она: серебряная, золотая, лунная, обычная, кристаллическая или кровавая.

— Многовато мят, — сказал я, — О таких я даже не слышал.

— А тебе не нужно знать все разновидности Зеленого Моря, достаточно выучить основные, которые используются в самых ходовых зельях. — ответил Хабен. — Так что на самом деле их совсем немного.

— Ну, допустим, — кивнул я. — Но одной мяты мало. Я вот не чувствую, что там дальше. Запах перебивается.

— Запах выходит слоями, Элиас, — наставительно произнес Хабен, опираясь локтями на прилавок. — Сперва легкое, вот как мята. Потом тело зелья. Потом низ — корни, тяжелые масла, смолы. Хороший состав пахнет ровно, одно перетекает в другое, как вода по камням. Плохой состав кхм…как бы это сказать… сразу выдает кучу запахов, будто внутри зелья идет драка. По этой драке я сразу понимаю, что и как там намешано и криво ли сварено.

Хабен забрал у меня бутылочку, сделал короткое, резкое движение кистью, взбалтывая жидкость, и снова протянул мне.

— Когда ты почувствовал «верхний» запах, чуть взболтай флакон. Даже не так — чуть тряхни его. И почувствуй следующий аромат.

Я принюхался.

— Почему всё это так важно? Почему прежде всего важен нюх? — спросил Хабен меня и сам же ответил, — Потому что рецептов нам, самоучкам, никто не дает. Гильдия свои секреты бережет пуще золота. И мне, и многим другим вольным травникам приходится ориентироваться на «свои» методы определения состава. Подбирать его, пробовать на нюх, на язык, ошибаться и выливать варево в помойную яму.

— Ну хорошо, — вздохнул я. — Но ведь проблема в том, что я банально не знаю стольких запахов. Я знаю то, с чем работал.

— Да. Поэтому хороший травник запоминает все запахи, которые чувствует. Ходит в лавки, на рынок, к сборщикам, и даже если не купил, то пытается запомнить запах, понимаешь?

Я кивнул. Звучало…логично. Особенно для таких как Хабен. У них ведь нет анализа.

Хабен улыбнулся ушел в подсобку, — где, видимо, хранил большую часть своих зелий и ценного, — и вернулся уже через секунд двадцать. Я только-только начал присматриваться к еще одной любопытной и явно ценной бутылочке.

Он положил передо мной длинную, отполированную деревянную дощечку на которой в ряд были закреплены крошечные стеклянные колбочки-полусферы, под которыми лежали засушенные фрагменты листьев в которых явно угадывалась мята. И все листья мяты отличались. Всего же их было с десяток.

— Вот этот ряд, — Хабен постучал пальцем по дереву, — полностью посвящен мяте.

Он пододвинул доску ко мне и жестом велел наклониться. Снял одну из колбочек.

— Нюхай и запоминай, — скомандовал он.

Я послушно наклонился.

— А почему они не высохли в труху? — удивился я, разглядывая идеально сохранившиеся листики, которые выглядели свежими, будто их только сорвали.

— Потому что они покрыты специальной смесью, — с ноткой гордости ответил Хабен. — Которая позволяет им храниться годами и удерживать свой истинный запах. А вот такие доски мы, самоучки, используем именно для обучения. Впрочем…в гильдии вроде что-то похожее тоже есть.

Специальная смесь? Это интересно. Если прикоснусь к листку, узнаю состав?

— Только пальцами стекло не трогай! — повысил голос Хабен, едва увидел как я тяну свой палец к листу.

— Хорошо-хорошо, — ответил я и убрал руку.

— Запоминай каждый вид и впитывай разницу. Буду снимать по одному. Вот это серебряная. Ты ее знаешь. Вот это золотая… это лунная.

Я кивал и…нюхал.

— Обычная. Тоже надо знать, — кивнул Хабен на совершенно обычный листок мяты, — Вот это кристаллическая…

Я присмотрелся к обычной с виду мяте, на которой поблескивали почти незаметные кристаллики.

— А это кровавая.

Ну тут было понятно почему такое название. Во-первых она была алой, а во-вторых от нее, вместе с обычным мятным запахом угадывался запах крови. Будто железный.

Я послушно прошелся носом по всему ряду, запоминая всё.

После еще раз взглянул на Хабена как-то по-другому. И ведь он для кого-то, похоже, постарался, создавая это «учебное пособие». Пытался компенсировать нехватку таланта или Дара наработанными навыками. Или же дело в другом. Может у него было желание передать кому-то свои знания.

— А у тебя были ученики? — тихо спросил я.

Хабен тяжело вздохнул, и его взгляд на секунду потускнел.

— А ты думаешь для кого я всё это делал?.. Были.