Измена. Я теперь (не) твоя, дракон! (СИ) - Васина Илана

— Значит, мог любой. Тогда почему ты пришел к выводу, что это сделала именно Луара, хотя она на тот момент отсутствовала?

— Все равно, кто это сделал, — Фабиан в примиряющем жесте поднимает ладони, видимо, осознав, что не стоило было верить словам Эйрины. — Просто найди виновника и накажи!

— Эйрина Гравиали, — Дарран небрежно указал на побледневшую девушку, до побелевших костяшек сжимающую лямку серой наплечной сумки. — До того, как стала адепткой Магической Академии, была поймана на подделке документов и воровстве. Каждый раз родители откупались большими деньгами. Не так ли? — дракон пристально смотрит на объект своих обвинений.

— Подумаешь! — хорохорится блондинка, сжимая маленькие кулачки. — Разочек позаимствовала ожерелье у одной, морщинистой зануды! У нее таких в шкатулке полно! А то, что возраст подделала на документе — так меня в клуб интеллектуалок не хотели принимать. Не надо теперь из меня делать преступницу!

— Делают преступников сами преступники, — пожимает плечами Дарран. — Зачем вы испортили документы?

— Это не я! — шипит Эйрина. — Нечего выгораживать свою жену! Думаете, раз она Амакиир, то всегда невиновна?

— Мне известно одно занятное плетение, — говорит муж. — Им пользуются агенты, первыми нашедшие улики. Оно покажет нам руки, которые прикасались к улике до нас.

Мне становится неуютно. Надеюсь, он знает, что делает. Я ведь тоже прикасалась к леденцам. Вдруг заклинание что-нибудь напутает и покажет не того человека — меня?

Муж подходит к Фабиану, одной рукой поправляющему щегольский коричнево-золотистый камзол, а второй зажимающий нелепый ворох бумаг. Опускает кончики крупных пальцев на леденцовую крошку и тихо что-то шепчет.

С интересом смотрю на то, как из-под его ладоней выходит серебристое мерцание. Оно рассыпается в тысячи искорок и вдруг сходится в единую картинку, обретая форму и цвет двух маленьких кистей с тонкими, женскими пальчиками. На запястье отчетливо виднеется браслет из розового жемчуга, который носит Эйрина.

Девушка в волнении... не кусает — грызет свои губы и тянет вниз манжет белой блузки в безуспешной попытке скрыть украшение. Все взгляды устремляются к ней.

— Что? — она, побледневшая до нездоровой белизны, сплошной комок нервов, переводит взгляд с Даррана на ректора. — Ладно, признаю! Это был небольшой дружеский розыгрыш. Можете дать мне штрафные баллы! Я отработаю.

— Штрафных баллов мало, — строго припечатывает магистр Луций. — Если смотреть на ваше поведение в целом.

— Да что вы понимаете о поведе... — она с видимым усилием замолкает и добавляет умоляющим тоном: — Я буду самой примерной, самой послушной адепткой, только дайте шанс! Я должна доучиться, поймите! Иначе родители сошлют меня в глушь, на самый край Империи, с ее коровами, курами и... Я не могу… Лу, скажи им! — девушка умоляюще смотрит на меня. — Я просто пошутила! Я бы призналась… Просто меня взбесило, что одним все, а другим ничего…

На ее агонию больно смотреть, и я вопросительно вскидываю глаза на мужа. Тот качает головой, призывая не вмешиваться.

— Глушь для вас — отличный вариант, леди Гравиали, — с лица магистра Вернона не сходит любезная улыбка. — Уверен, вы подружитесь с коровами! Говорят, на окраине Империи они дают самое вкусное молоко.

Не знаю, как и когда ректор успел вызвать охранников, но в конце его неоднозначного напутствия раздается стук в массивную дверь, и Эйрину уводят в неизвестном направлении двое хмурых, широкоплечих детин в темно-зеленой форме. Вот только она, активно работая локтями, вырывается. Выкрикивает:

— Вы сами преступники! Я про вас все знаю! Каждый что-то прячет! Ректор... Магистр Луций, я про вас догадалась! И про вас, лорд Амакиир! А ты, Луара, ты... просто доверчивая дурочка!

Когда стражам удается закрыть дверь и крики затихают, Вернон обращается сразу ко всем:

— Думаю, на этом следует считать инцидент исчерпанным.

Киваю вместе с остальными и поворачиваюсь к выходу. Следом за мной выходят и остальные — Дарран и Фабиан.

Оба, галантно попрощавшись с госпожой Кларой и мной, тихо перекидываются фразами и за разговором исчезают за ближайшим поворотом.

Я рада, что ситуация разрешилась, но до сих пор ощущаю горький осадок. Неприятно получить удар в спину от человека, к которому успела привязаться.

Медленно вздыхаю. Как бы то ни было, наши дорожки разошлись. Ее козни в прошлом, а в настоящем мне надо решить, куда я потрачу ближайшие полчаса до обеда. Я уже пропустила большую часть следующего занятия. Идти в самую дальнюю часть здания, чтобы застать зеленое мерцание стены, нет никакого смысла. Поэтому, с минуту потоптавшись на месте, отправляюсь в сторону столовой.

Погруженная в свои мысли, резко вздрагиваю, когда на мое плечо опускается тяжелая ладонь, а за спиной раздается голос.

Глава 43

— Почему ты молчала? — это Дарран стоит за моей спиной, вот только его вопроса и упрека в карих глазах я не понимаю.

Недоуменно развожу руками:

— Ты о чем?

— Тебе нужна помощь с плетениями. Фабиан считает, что у тебя особая магия. Сильная, но дикая. Как необъезженный жеребец. Другие с детства объезжают свою силу, а ты дождалась ее расцвета.

— Я боялась.

— До обеда осталось пол часа. Позанимаемся?

Я киваю, сдержанно, даже слишком, хотя меня захлестывает благодарность. Муж готов мне помочь, хотя наверняка сознает, что подобная помощь поможет мне задержаться в Академии! И тем не менее, он готов поступиться своим желанием ради моего.

Хочется его обнять, прильнуть к широкой груди, но я сдерживаю порыв. Ограничиваюсь выразительным «Спасибо!»

Мы заходим в мой любимый тупичок. В Академии осталась всего парочка таких мест — совершенно не обустроенных, заставленных полузасохшими кустиками в кадках, без единой скамеечки, а потому всегда малолюдных. Снимаю с плеча сумку с учебниками и оставляю на полу, рядом с кадкой.

Мы становимся рядом, плечом к плечу, лицом к окну. Дарран принимается медленно выводить огненное плетение, тихо приговаривая:

— Следи за моими руками. Видишь? Они напряжены... Ты должна не просто совершить нужные движения, а делать это с силой. Чтобы магия проскользнула в твои пальцы и сразу ощутила себя в узде.

Повторяю за ним. Черточка к черточке вывожу мерцающий голубизной узор, одновременно прислушиваюсь к бархатистому голосу.

Когда из мерцания дракона складывается небольшое пламя размером со свечку, мой узор превращается в целый костер, на котором можно запросто запечь взрослую индюшку. Я ахаю и начинаю бестолково махать руками, в попытке его притушить. К счастью, муж быстро сплетает капли, которые с шипением гасят мое творение.

Стыдоба какая! Прячу лицо в ладонях.

Ну вот. Намагичила огонь! В результате пол мокрый. Лужа не большая, но… позорная.

Выдавливаю из себя тихое:

— У меня не получается.

Дарран задумчиво складывает руки на груди и окидывает меня оценивающим взглядом. Чувствую себя бесталанной девчонкой, из которой пытаются выжать хоть какой-то, пусть даже мизерный, результат.

Муж становится вплотную за моей спиной. Что он творит? Растерявшись, шагаю вперед, но он хватает меня за талию левой рукой и практически вжимает мою спину в себя. Приказывает:

— Сделай то же самое еще раз!

Мне не по себе. От его прикосновений мысли утекают в другую сторону — в ту, где мы стоим вплотную если и для магии, то совершенно другой.

— Ну же, малышка, — шепчет дракон, склонившись к уху, — фокусируйся! Только так я увижу, в чем твоя ошибка

Буквально заставляю себя сосредоточиться на магии. Повторяю тот же узор, собираюсь уже задать последний мерцающий штрих, как вдруг Дарран хватает меня за правое запястье, останавливая процесс. Моя рука в его горячей ладони сбивает с мыслей! Вся суть происходящего: его близость, желание помочь в учебе кажется мне каким-то нереальным подарком.

Внезапно Дарран ликующе восклицает: