Кто ты, Такидзиро Решетников? Том 11 (СИ) - Афанасьев Семён

— Занятно.

— Их законодательная формула: протокол изъятия без двух понятых является недействительным. Нарушение предписанной законом процедуры равно нарушению закона.

— С процедурой и у нас так, а доказательство действительно в суде не примут? — товарищ не шутит, но верить сложно.

Зачем налогоплательщикам полиция, на которую без обязательных свидетелей положиться нельзя?

— Судья просто пошлёт государственного обвинителя, который додумается с так оформленным изъятием передать дело в суд.

— Хм.

— Есть масса примеров, когда те же протоколы изъятия в суде признавались сфальсифицированными-дробь-недействительными, если защита доказывала, что понятые — родственники либо друзья сотрудников полиции. Либо даже просто были знакомы с ними ранее.

— Хм ещё раз.

— Там своя правовая система. Какое-то время даже известная фраза человека, побывшего один срок президентом, на эту тему популярна была.

— Что за фраза? — Хину тренировки ради напрягла мозги.

Решетников или очень сосредоточен на контроле прокурорского — и не подбирает слов, или действительно считает, что она в контексте — тогда в каком?

— «Давайте уважать различия наших правовых систем», — Такидзиро честно удивился.

— Не слышала… Получается, суд и государство там не доверяют собственной полиции по определению? — Хьюга всё-таки озвучила вывод вслух. — Раз служебные действия тамошних омивари-сан, не будучи засвидетельствованы независимым гражданским, не являются законными? Занятное место ты выбрал в качестве примера, Такидзиро-кун.

— Увы мне, увы. Выбрал не я — заместитель прокурора-сан. Я лишь считал его намёк между строк.

— Если суд не верит полицейским без обязательного свидетеля…

— Минимум без двух обязательных свидетелей.

— … значит, полиция по умолчанию рассматривается как институт, которому нельзя доверять априори? — её тяга к справедливости требовала переуточниться повторно.

Насколько Хину помнила, не только в Японии гражданский, названный Решетниковым понятым, полиции в случае того же обыска без надобности. Ещё — Канада, Австралия, другие страны по списку.

Те же Штаты, не к ночи будут помянуты.

Если полиция во время рейда находит, допустим, белый порошок — в Японии для изъятия и отправки его на экспертизу разыскивать пару посторонних гражданских не требуется. Хотя бы и потому, что полиция получает деньги за свою работу.

Иное бы значило, что МВД со своим функционалом не спра-вля-ет-ся. Перекладывает собственную работу на других, неважно по каким причинам.

— И где ты только о таких местах услышал, Такидзиро-кун.

— В учебном центре, — хмыкнул товарищ. — Возвращаясь к нашему гостю. В данном контексте: он является сотрудником правоохранительного органа при исполнении. Всё то, чему он стал свидетелем на работе — автоматически принимается судом как доказательство с его слов.

— Дальше? — Хину дала понять, что не всю суть уловила.

— После получения повестки адвокатом Миёси Моэко я, на основании имеющейся у меня информации, прямо обвиняю господина заместителя прокурора и пославших его сюда в уголовном преступлении — имеет место их преступный сговор с целью введения в заблуждение Суда, также — с целью сокрытия улик, с целью манипулирования обвинением в личных корыстных интересах. — Таким Такидзиро бывал крайне редко, по крайней мере она в этой ипостаси его практически не видела. — Господин заместитель прокурора в ответ на мою официальную позицию выдал свой прозрачный намек — на кого булку крошишь, букашка? Извиняюсь за вольный перефраз.

Чиновник пытался не выпустить из поля зрения говорящего, то и дело рефлекторно скашивая глаза в бикини хозяйки бассейна — со стороны смотрелось весело (по лицу Хину, впрочем, её эмоций никто бы не угадал).

— Намёк номер два. — Логист сделал шаг вперёд и навис над посетителем. — Помощник прокурора обозначил, что планирует обвинить меня в клевете, если я в своей правовой оценке зайду дальше текущей устной беседы — то есть, если я об их преступлении заявлю гласно и открыто в рамках последующих процессуальных действий. Иными словами, он пытается меня запугать. Авансом, на всякий случай. Теперь подтекст вам понятен, Хьюга-сан?

— Полностью. Благодарю за разъяснения.

Следующие слова сотрудника юстиции сняли с её языка недосказанный вопрос:

— Мне очень интересно, Решетников-сан, как вы всё, что тут наговорили, собираетесь доказывать? — чиновник отнёсся к услышанному крайне серьёзно.

Помощник прокурора не стал ёрничать, острить, спорить — вместо этого он максимально собрался и включил мозги на полную.

— А вот этот вопрос находится уже явно за пределами ваших законных полномочий, фукудзи-сан. — Такидзиро безукоризненно вежливо поклонился, чего за ним, почти всегда игнорирующим классический японский этикет, большую часть времени не водилось. — Вы принесли свою писульку, — кивок на карман Моэко, — мы её приняли. Кроме прочего, передача вашей бумажки зафиксирована системами безопасности специального объекта — олимпийского бассейна, — метис повёл рукой. — Вы же поэтому не попросили нигде расписаться в получении? Ни на бумаге, ни в электронке, ни в планшете?

Чиновник молчал. Он смотрел на метиса и не моргал.

— Поскольку ваше уведомление является первым этапом нового процессуального действа, я вас уведомляю в ответ — это второй этап наших с вами будущих отношений, — Решетников ничуть не смутился, даже отбил ещё один поклон. — ДО вручения вами бумажки доказуемого состава преступления в ваших действиях не было, по крайней мере, у меня на руках. А сейчас налицо.

Если запись этой встречи с моих камер будут проигрывать в суде, к Такидзиро вроде бы не подкопаться, с разгорающимся любопытством думала про себя Хьюга. Но что за этим всем стоит?

— Мы сейчас же используем своё встречное право, возникающее только вследствие вашего демарша, — новоиспечённый помощник адвоката непринуждённо выхватил служебный смартфон из рук начальницы-адвокатессы и под напрягшимся взглядом Моэко принялся что-то набирать в той же служебной программе.

— Прогрузится примерно через полминуты, — озадачено заключила химэ Эдогава-кай, когда по экрану пополз червяк электронного подтверждения в ответ на загадочные поползновения Такидзиро.

— Мы подождём, — Решетников, технично перехвативший у «шефини» инициативу, стал похож на пилота гоночного болида, ведущего машину по хорошо знакомой трассе. — Чтоб фукудзи-сан, когда будет докладывать о результатах визита сюда, в полном соответствии с законом сообщил руководству: на их незаконную повестку адвокат Миёси Моэко, реализуя свои конституционные права, предсказуемо ответила встречным уголовным обвинением в адрес Токийской окружной прокуратуры.

— Слегка плаваю в теме, — деликатно обозначила Хину желательность продолжения.

— Хьюга-сан, суть такова. Вызывающий Миёси-сан для следственных действий прокурор ИМЕЛ БЫ право так делать, — многозначительная пауза длиной в пару секунд, — если бы потрудился соблюдать закон. В данном случае: если бы он являлся беспристрастным и НЕ заинтересованным лицом процесса. Являясь же персоналией ангажированной, предвзятой и лично заинтересованной, некто прокурор Сузуки Кэнтаро прямо нарушает часть… статьи… Антикоррупционного Закона Японии от декабря… года.

По лицу Моэко Хину видела смесь эмоций — удивление, осознание и такое же точно любопытство, как у себя: якудза в отличие от топ-менеджера Йокогамы понимала как юрист, к чему клонит её «помощник». Но она пока не видела как адвокат, каким образом новоявленный ассистент собирается свою позицию доказывать.

Контролировать обстановку нужно всегда — один из незыблемых постулатов Миёси Мая (особенно если происходит что-то нестандартное и интересное). Пловчиха из-под опущенных ресниц мазнула взглядом по физиономии помощника прокурора: тот утратил интерес к женскому декольте и сейчас раскачивался с пяток на носки, изо всех сил шевеля извилинами.